Lex

Э В А

Лежу. Уже вторые сутки не вылезаю из дома, спальни, кровати.

«Зачем? Для чего? Чтобы увидеть знакомых, которые уже все знают? Их лица, выражающие жалость в отношении меня! Нет уж, увольте! Не хочу!»

Еще два дня назад я была самой счастливой девушкой во всей вселенной! У меня прекрасная семья, отец с мамой и младшим братом, красивый дом в частном коттеджном поселке в тридцати километрах от Москвы, учеба в престижном вузе, ну и конечно, самый красивый и замечательный молодой человек!

И

вот по последнему пункту явно произошел сбой. Нет, парень остался все таким же красивым, но явно перестал быть замечательным! Не приди я на два часа раньше на место нашей тусовки, так бы и осталась в неведении. Но кто-то наверху решил по-другому, уж к счастью или к сожалению, еще не решила.

Гордость говорит, что к счастью. Ведь чувствовать себя полной дурой в глазах окружающих, которые знают, что твой молодой человек тебе изменяет, – это не для нее.

А вот сердце обливается кровью. Потому что парень, которого ты уважала, любила, считала лучшим в мире, которого познакомила с родителями и с которым планировала провести всю жизнь, оказался обманщиком, предателем и кретином. Который даже не соизволил побежать за тобой, когда ты обнаружила его в постели с другой девушкой.

Нет, ну не кретин?! Козел! Урод!

Вот, значит, как он ценит наши отношения!

Хотя, если подумать, то, возможно, он и не понял, что это была я. Но она-то видела меня, это точно.

Все! Он не заслуживает оправданий.

Стук в дверь. В комнату входит Лика.

– Как ты?

И все! Снова началась истерика с непрерывным потоком слез.

Через три дня после этого…

Что я здесь делаю? Этот вопрос я задаю себе уже сотый раз подряд…

Подруга уверяет, что это приключение заставит меня забыть все, что со мной произошло. Что боль в сердце от предательства любимого человека притупится и постепенно уйдёт.

– Новые люди, новые знакомства, новая обстановка просто не дадут тебе впасть в уныние и самокопание, почему и как такое с вами произошло, – это были ее слова, пару дней назад. – Месяц, всего лишь месяц, и знать забудешь, как его звали. Давай! Я тоже буду участвовать. Возможно, встретишь свою новую любовь, – подмигивает она мне. – А нет, так просто будет приключение, которое можно рассказать внукам на старости лет.

Еще полчаса уговоров, взнос в тысячу долларов, подписание договора – и вот я стою и жду аукциона, на котором меня будут продавать в пользование покупателю на целый месяц. И что я понимаю только сейчас, что это ТРИДЦАТЬ дней! Тридцать дней быть чьей-то служанкой! Кошмар!

У нас забрали документы, одну копию договоров отдали на руки и сказали хранить у себя.

Естественно, я их отправила курьером нашему юристу, вернее, в папину компанию. С пометкой, если пропаду и буду отсутствовать больше месяца, начать «копать» с этого аукциона и подруги Лики.

Предварительно я прочла этот договор, и только внеся в него ещё пару поправок, подписала.

Во-первых, пункт о том, что «лот» должен предстать перед покупателями полностью обнаженным. Я не буду стоять обнаженной. На мне будет платье, полупрозрачное, но все же.

А

во-вторых, действия сексуального характера между покупателем и купленным «лотом» категорически запрещены. Исключение – если только инициатива не будет исходить от самого «лота». Но эту возможность я, про себя, отмела сразу. Спать ни с кем я не планирую. Отвлечься, развлечься, потусить, отдохнуть, забыться – это да, но я не буду заниматься сексом с неизвестным мне человеком.

Договоров была два. Один с устроителями аукциона, где указывались моё имя и данные паспорта. А второй – с моим будущим покупателем. Но там моего имени не было. Только номер «лота», который присвоили мне с отсылкой на договор с устроителями. Таким образом они сохраняли конфиденциальность информации перед покупателем и третьими лицами. Мне это условие понравилось. Если захочу, я сама назову своё имя покупателю. Вдруг будет какой-нибудь старик или страшненький мужчина. Хотя, по условиям аукциона, покупателями являлись люди от восемнадцати до тридцати пяти лет, с банковским счётом свыше двухсот тысяч долларов. Нормально так, да? Серьезные люди. И вроде этот момент должен был меня насторожить и заставить задуматься – но нет, мозг атрофировался и совершенно не хотел работать.

Устроители были удивлены моими действиями, наверное, не каждый день такую упрямую девушку встречают, которая читает договор, вносит в него свои поправки и только после утверждения обеими сторонами ставит свою подпись.

Мне, конечно, недавно исполнилось восемнадцать, но я не дура, чтобы подписывать документы, предварительно их не прочитав.

Гены и общение с успешными людьми сделали своё дело, привив мне некоторые навыки, которые я использую в своей жизни. Вывод из них очень простой: никому доверять нельзя, поэтому прежде – читаешь, после – подписываешь.

Вот только почему этот червячок недоверия не зашевелился, когда Лика мне предложила сие мероприятие, не понимаю. Видно, голова совсем не соображала, мозги утонули в огромном количестве пролитых слез, раз я пошла на такую авантюру. А вот теперь стою и думаю, что за фигня происходит?!

Хоть в условиях договора не было ничего супер критичного, все же сейчас трясусь от страха неизвестности, конкретно так. Снаружи я это ничем не показываю, но внутри у меня землетрясение амплитудой в восемь баллов. Я буду находиться в полном распоряжении абсолютно постороннего человека в течение месяца, двадцать четыре часа в сутки. Ни документов, ни денег у меня не будет. Все мои нужды в виде еды, одежды и прочего ложатся на покупателя. От меня лишь требуется беспрекословно выполнять все его просьбы и поручения. Все, кроме секса.

Он тоже будет обязан выполнять все предъявленные ему требования, прописанные в условиях договора. Они не были четко оговорены, но было написано, что все в допустимых рамках. А главное – мне не угрожало ничего. Нанесение вреда телу и здоровью «лота» категорически запрещено – это главное требование к покупателю. По истечении первых десяти дней будет установлена видеосвязь между устроителями аукциона и покупателем в присутствии «лота» для подтверждения хороших отношений между ними, и так каждые десять дней до конца месяца. Если вдруг «лот» изъявляет желание покинуть покупателя, то он выплачивает третью часть от суммы, потраченной на его покупку, и так выходит из игры.