Чтение онлайн

— Там отрабатывают навыки рукопашного боя, — указал он.

Маршалл напряженно всматривался в то, что происходило на открытой площадке, где несколько обнаженных по пояс мужчин отрабатывали под бдительным оком инструкторов приемы рукопашного боя, внешне схожего с борьбой дзюдо. «Интересно, — подумал Гейб, — что скажет Маршалл, когда прочтет в «Ньюс уорлд», что тренировочные единоборства в этом лагере включают двадцатишестираундовые бои без перчаток, отрабатывание приемов кунфу, метание ножа в цель, обучение различным способам убийства с помощью холодного оружия или удушением и занимаются этим парни, готовые безжалостно

искалечить друг друга». Конечно, здесь имелась больница, где человека могли поставить на ноги или срастить ему сломанные кости. Но иногда раненых использовали, чтобы продемонстрировать технику допросов или пыток. Те же, чьи повреждения оказывались слишком тяжелыми, куда-то исчезали; Гейб так и не узнал, куда. Он пытался спасти искалеченных людей, но пока безуспешно.

Гейб медленно вел машину, показывая Маршаллу маршруты пробежек и марш-бросков и отвесные склоны, на которые необходимо было вскарабкаться и закрепиться.

— Последнее испытание состоит в том, что вас оставляют там одного на три ночи с коробком спичек и охотничьим ножом. Только вы, змеи и тарантулы.

Руки Маршалла заметно дрожали.

— Господи! — воскликнул он.

Гейб усмехнулся:

— Да, если необходимо, человек должен уметь это делать. Что будет, если электричество отключат, нефть кончится, а небо в одно трагическое утро почернеет от ядерных взрывов? Если ситуация заставит бороться за выживание, то люди примутся пожирать друг друга на завтрак. Мы же позаботимся о нормальной, привычной пище.

Не раз по ночам он, вопреки здравому смыслу, готов был выть и визжать после нескольких часов общения с этими людьми, которые демонстрировали, как пользоваться щипцами для вырывания ногтей или как прикреплять электроды к гениталиям. Эти ребята, которые прошли Намибию, любили угощать друг друга пивом и делиться воспоминаниями о том, как в Конго отрубленные головы использовались для устройства кукольного театра или как хорошо сохранялись заспиртованные человеческие глаза. Выдержать пытки, выдержать пытки — эта навязчивая идея заставляла содрогаться желудок Гейба. Он видел воочию, как парня лет восемнадцати, не более, ранили на учениях в ногу, а Пинки воткнул в рану ствол винтовки и вскрыл ее штыком. Парень даже не пикнул, и Пинки в тот вечер щедро угостил несчастного ублюдка пивом. Воля. Мужество. На чьи деньги содержался этот лагерь и многие другие? А их действительно было много, и Гейб это точно знал.

— Кто оплачивает программы подготовки? — спросил Маршалл.

— По большей части мы сами. Каждый вносит определенный пай, в соответствии с которым оплачивается и распределяется снаряжение.

— А оружие?

Гейб улыбнулся:

— Мы приходим со своим оружием.

— Вы мне все собираетесь показать? — решительным тоном вдруг спросил Маршалл. — Или это только инсценировка специально к моему приезду?

Обернувшись на каменный дом, Гейб пожал плечами. Заходящее солнце выхватывало кристаллы горной породы в скалах и расцвечивало их в ярко горящие красные, оранжевые и золотые лоскутья.

— Трудненько было бы здесь что-нибудь спрятать. Мы тренируемся не для того, чтобы захватить Техас или Вашингтон. Мы готовимся защитить нас самих и наши семьи.

Явно нервничая, Маршалл высунулся в открытое окно кабины.

— Я слышал, что даже бойскауты проходят такую же подготовку:

рукопашный бой, владение огнестрельным оружием…

Гейб знал, что на самом деле все выглядело несколько иначе: некоторое время назад методы подготовки в одном из таких скаутских лагерей были осуждены, и Совет бойскаутов быстро разобрался с милитаристскими тенденциями в своем уставе. Как ни странно, но именно разбойничьи лагеря ку-клукс-клана и армейского типа скаутский лагерь могли бы вывести газеты на след, ведущий непосредственно в это место.

— Здесь нет никаких секретов, Маршалл. Согласен, что вам и вашим приятелям трудно понять нас и то, чем мы занимаемся. Но объясняться и оправдываться мы не собираемся.

Пока Гейб говорил, Маршалл внимательно к нему присматривался.

— У вас речь интеллигентного человека. Что же вас сюда привело?

— Ведь я уже говорил, — неестественно рассмеявшись, ответил Гейб.

— Где вы работаете?

Гейб распознал один из журналистских приемов, используемых для того, чтобы войти в доверие к собеседнику:

— Эй, Маршалл, мы свободные люди. Мы позволили вам явиться сюда не для того, чтобы вы нас беспокоили или давили на нас. Попридержите свой язык и не лезьте в нашу жизнь.

Гейб внимательно смотрел на пыльную дорогу, петляющую среди белесых скал.

— Я не верю той дерьмовой ерунде, которой вы меня пытались напичкать, Джек, — заявил Маршалл. — Несомненно, здесь есть и тяжелое оружие, а также я уверен, что здесь проходят подготовку коммандос и эти парни готовы выполнить любой приказ. Возможно, вы и не состоите в ку-клукс-клане, но, несомненно, здесь что-то кроется. И я, Джек, намерен до этого докопаться. Как насчет помощи?

Тяжелый вздох вырвался из груди Гейба. Беда с этими молокососами.

— Послушайте, Маршалл. Повторяю вам в последний раз. Мы позволили вам явиться сюда и осмотреть лагерь потому, что нам нечего скрывать. Вы вернетесь домой и напишете о том, что увидели. Вот и все.

— Меня не проведешь, — холодно сказал Маршалл.

Дальше они ехали молча. Гейб остановил машину у дома. Там стоял Пинки и с ним еще несколько человек. Они курили и о чем-то беседовали. Белый дымок поднимался, клубясь, из трубы на жестяной крыше дома. Пилот и еще один парень попеременно потягивали из бутылки виски.

Гейб вышел из кабины и открыл дверь Маршаллу. Журналист не спеша спустился на землю и отряхнул пиджак. Выражение лица при этом у него было совершенно невозмутимым.

Загадочно улыбаясь, подошел Пинки и поприветствовал их.

— Ну, какие впечатления?

Маршалл пристально посмотрел на Пинки:

— Благодарю вас. Прекрасные впечатления.

Пинки уловил что-то в изменившемся тоне журналиста и вопросительно взглянул на Гейба, но промолчал, лишь пригласил Маршалла остаться поужинать.

— Нет, мне, пожалуй, пора, — отказался тот. — Достаточно того, что я увидел.

— Ну а пилот остается, — засмеялся Пинки, — так что у вас нет выбора. К тому же сегодня на ужин оленина. Получите удовольствие. Эй, Джек, спасибо за помощь.

— Не стоит благодарности, — сказал Гейб.

Он достал из кармана рубашки пачку сигарет и закурил. За год до того, как оказаться здесь, он бросил курить, но курение, как легкий наркотик, успокаивает боль, и он не мог обойтись без сигареты.