Чтение онлайн

– Твою же мать… Любимая! Жёнушка моя! – позвал он и закашлялся. – Мне надо отъехать на пару часиков! Целунькаю тебя!

Пока Мария в очередной раз отлучилась в комнату, чтобы успокоить расстроенную старшую дочь, Алекса улучила момент, вернулась в гостиную и уставилась на свой портрет. Автор написал её по пояс, сидящей в одном из кожаных кресел, присутствующих в этой самой комнате. На ней было тёмно-голубое платьице с белым ажурным воротничком, белыми воланами на рукавах и пикантным бантиком на поясе. Платье было без излишеств, но ткань бархатная, блестящая, как будто она была воспитанницей богатого дома. Личико получилось размером с кулачок,

как у фарфоровой куколки, кругленькое и маленькое, а само его выражение – детским. При этом она никогда не носила подобных причёсок, которую предложил художник, вплетя в её русые волосы две атласные ленты голубого цвета. Образ заканчивали тонкие, лишённые пухлости губки, растянутые в робкой улыбке, аккуратненький носик, две глубокие ямочки на бледно-персиковых щечках и распахнутый взгляд невинных синих глаз.

Алекса стояла у квартиры Дениса и ждала, пока он накинет олимпийку и выйдет к ней на лестничную площадку. В силу своего характера, а именно острой потребности поговорить по душам и немного развеяться, она довольно часто прогуливалась в сторону его дома, чтобы пошушукаться с ним наедине. В её глазах Григорян был лучшей кандидатурой для подобного времяпрепровождения и умел не только слушать, но и был надёжным соучастником в хранении чужих секретов. В подтверждение их взаимности, как только он вышел к ней, они с трудом могли сдержать улыбки.

– А что это у тебя? – при взгляде на него настроение Алексы значительно улучшилось.

– Это?!! С этого дня – это твой подпопник…

– Под… что!?

– Я лучше покажу… – опередил он всякие расспросы и, положив эту вещицу, похожую на мягкий валик, на одну из ступенек, усадил её сверху. – Мне бы не хотелось, чтобы ты отморозила свою задницу…

– Судя по твоим словам, получается, что это не подпопник, а подзадник! – не сдержав смеха, поправила его Алекса.

– Прости. Ляпнул, не подумав… – смущённо пробормотал он и застенчиво улыбнулся.

Всё-таки, смущение – это первый признак чувств. Отведение взгляда, неловкие паузы, появление румянца – всё это было присуще им обоим в первые мгновения. Вот если бы вместо Дениса здесь был Костя Митин, он вёл бы себя совсем иначе – без умолку трепал языком, заигрывал, травил анекдоты и хулиганил.

Теперь, когда не нужно было стоять или мучиться, сидя на корточках, всё было по-другому. Ей вдруг вспомнилось, как однажды Денис присел на лестничную ступеньку, томным взглядом посмотрел на неё снизу вверх и начал бормотать что-то постороннее, но милое, а ей вдруг невообразимо захотелось подойти и присесть ему на колени, в точности так, как сидит на уличных лавочках большинство влюбленных парочек. Но теперь желание, на которое она почти осмелилась, казалось несбыточным, ведь сесть ему на колени под предлогом усталости и затёкших ног было бы глупо, так как она была снабжена специальной подушкой. Интересно, а думал ли он когда-нибудь о ней в подобном ключе?

– Я боялась, что не застану тебя дома, – задумчиво призналась Алекса, – мало ли… гуляешь с кем-нибудь…

Даже в этом полумраке подъезда было заметно, как его глаза с кошачьим разрезом заблестели, будто улыбнулись.

– Ну или застану не одного… – поторопилась добавить она, зная, что к компанейскому и дружелюбному парню время от времени забегают одноклассники.

– Сегодня я дома… – радостно заявил он. – И, как видишь, тут больше никого, кроме нас. Хотя, ты права, тут постоянный конвейер людей, все заходят друг за другом,

только успевай дверь открывать… Мамка уже не выдерживает. Выходит на лестницу и ругается.

– А кто чаще заходит?

– В основном, Костик, Игорёк… Ты с Юлькой! Серёга Пономарев, Витёк, Мишаня, Колесникова…

Услышав фамилию их одноклассницы, Алекса вспыхнула, будто чиркнутая о коробок спичка. Подобие невозмутимой улыбки возникло на её лице, как лекарство, чтобы подавить неприятное чувство. Она старалась не подавать виду, что личность Ольги Колесниковой занимает её воображение намного больше, чем ей того хотелось. Несмотря на то, что та была стабильной троечницей, спорт и разряд КМС сформировали в ней сильный характер. При незаурядной внешности и проблемной коже, она, однако, обладала шкодливой улыбкой и спортивной фигурой. Титулом чемпионки и завораживающим контральто она искренне гордилась и очень ловко этим пользовалась, чтобы привлечь внимание Григоряна. Находясь с ней в приятельских и абсолютно безобидных отношениях, Алексу всё же страшно задевало, когда та, виляя мини юбкой, приближалась к Денису и более чем навязчиво пыталась его склеить. Наблюдая за тем, как эти длинные ноги в бежевых колготках демонстративно расхаживают перед его носом, в ней происходила странная перемена и остывшие к нему чувства в пользу Костика разгорались с новой силой, заставляя Алексу увлечься самым прилежным мальчиком в классе.

И всё же воображение Алексы иногда играло по чужим правилам – она моментально представила, как он общается здесь с Ольгой, которая бы не упустила своего и искупала его во внимании, флиртовала, хихикала, строила ему глазки. Ревность набирала обороты.

– По-моему, Колесникова по тебе сохнет… – как можно непринуждённее сообщила Алекса, заведомо зная, что это и так хорошо ему известно.

– Пускай… – спокойно сказал Денис, облокотившись о перила, – у неё нет шансов…

– Почему?

– Она не в моем вкусе.

– По-моему, она классная.

– Классная, – подытожил он вышесказанное, – но мне нравится другая…

– Ясно… – понимающе кивнула она, чувствуя, как сердечко внутри сначала замерло, а потом быстро застучало.

Алекса потупила взор, наслаждаясь пониманием того, что Денис не клюнул на обёртку и предпочел гибкой, длинноногой кокетке её, Алексу Димченко.

– Денис, а к тебе может кто-то прийти сейчас?

– Не исключено, – пожал он плечами, внимательно наблюдая за ней. – А что? Ты хотела поболтать?

– Ну да… – замялась Алекса, глядя на него снизу вверх. – Наедине.

– Не переживай. Если кто-то придёт, я попрошу не мешать нам и зайти позже. Говори, что у тебя стряслось.

Он присел рядом на ступеньку, убрал со лба длинную чёлку и серьёзно посмотрел на неё.

– Не знаю, как бы это сказать… – вздохнула она. – В общем, со вчерашнего дня ко мне приставили водителя. Ну он… не совсем водитель… То есть он не только водитель… Он ещё и охранник.

– Типа личного телохранителя?

– Что-то вроде этого.

– А зачем тебе телохранитель?

– Вот и я хочу знать зачем! – пасмурно сказала она. – Не было, не было… И вдруг появился. Теперь возит меня повсюду, ходит рядом, смотрит, что я делаю.

– А где сейчас этот чувак?

– Ждёт внизу. В машине.

– Сюда что ли тебя привёз?

– Представь себе! До твоего дома идти семь минут, а меня везут. Вышел из машины, проводил до подъезда, убедился, что я в него вошла, и теперь ждёт, когда я спущусь, чтобы отвезти меня домой.