Чтение онлайн

Они только-только миновали парк, как она повернулась к нему и выпалила:

— А ты?… А мы?… Секс, я имею в виду…

Он понизил голос, будто собирался посвятить ее в самую страшную тайну:

— Нет. Я отвел тебя домой, проследил, как ты вошла в дверь, и все. Когда закончился праздник, и все ушли, мы остались одни…

Эйслинн вздрогнула.

— Твое слово, — потребовала она, надеясь, что он не настолько жесток, чтобы солгать. — Мне нужно знать. Пожалуйста!

Он успокаивающе улыбнулся ей, и Эйслинн почувствовала аромат диких роз, свежескошенного сена и лесных

костров — того, чего она никогда в жизни не видела, но сейчас была уверена, что не ошибалась.

Кинан торжественно кивнул:

— Даю тебе слово, Эйслинн. Я поклялся тебе, что твои желания станут моими, пока я жив. Я всегда верен своим клятвам.

— Я так боялась. В смысле, не то чтобы я думала, что ты мог бы… — Она замолчала и скривилась, осознав, что только что пыталась сказать. — Это просто…

— То, что ты могла бы ожидать от фейри, так? — Кинан криво ухмыльнулся, вид у него был абсолютно нормальным как для короля. — Я читал истории смертных о нас. Большинство из них весьма правдивы.

Эйслинн с силой втянула носом воздух, ощутив на языке странный летний аромат.

— Но фейри, которым… я принадлежу, так не делают. — Кинан ответил на несколько поклонов других невидимых фейри кивком головы и сверкающей улыбкой. — Мои фейри не занимаются ничем подобным. Мы ничего не берем без согласия.

— Спасибо… То есть, я рада. — Она чуть не обняла его, в восторге от облегчения. — Тебе не понравились эти слова, верно?

— Верно.

Он рассмеялся, и Эйслинн показалась, что весь мир обрадовался.

В ней самой радость била через край. Я девственница! Эйслинн понимала, что ей предстоит еще многое обдумать, но сейчас все мысли занимало одно только это простое, но такое важное предложение. Ее первый раз должен быть чем-то особенным, запоминающимся, и это должен быть ее выбор.

Они продолжали идти, и Кинан взял Эйслинн за руку.

— Я надеюсь, что ты вовремя поймешь, как много значишь для меня и моих фейри.

Аромат роз — диких роз — смешивался с другими странными запахами: разбивающиеся о скалистые берега волны, ныряющие дельфины… Она пошатнулась, чувствуя притяжение тех далеких волн, как будто какой-то странный ритм извне впитывался в самое ее существо.

— Это странно — быть тем, кто ты есть. Я еще никогда не ухаживал за девушкой, которая знает меня настоящего. — Голос Кинана сливался с отдаленными звуками накатывающих друг на друга волн неизвестных морей и с каждым словом звучал все мелодичнее.

Эйслинн остановилась. Он по-прежнему держал ее за руку, как якорь, не дающий возможности сбежать. Они стояли у «Мира комиксов».

— Здесь мы встретились. — Он погладил ее по щеке свободной рукой. — Я выбрал тебя здесь. В этом месте.

Эйслинн вяло улыбнулась и внезапно осознала, что чувствует себя счастливее, чем должна была бы себя чувствовать. Сконцентрируйся . Что-то было не так. Сосредоточься . Эйслинн до боли прикусила щеку и сказала:

— Я подарила тебе танец, о котором ты просил, а ты дал мне свое слово. Я знаю,

чего хочу от тебя…

Кинан пропустил ее локон между пальцами.

— Что я могу дать тебе, Эйслинн? Хочешь, я вплету цветы в твои волосы? — Он протянул ей руку ладонью вверх. На ладони лежал распустившийся цветок ириса. — Или подарить тебе золотое ожерелье, о котором любая смертная может только мечтать? Я в любом случае все это подарю тебе. Не трать зря свое желание.

— Нет, мне ничего этого не нужно, Кинан. — Она шагнула назад, подальше от него, стараясь не обращать внимания на крики чаек, которыми сопровождался слышимый ею ритмичный рокот волн. — Я просто хочу, чтобы ты оставил меня в покое. И все.

Он вздохнул, Эйслинн захотелось разрыдаться от нахлынувшей вдруг тоски. Трюки фейри, это все их трюки. Она нахмурилась:

— Не делай этого.

— Знаешь ли ты, скольких смертных девушек я добился за прошедшие девять веков? — Неожиданно спросил Кинан и уставился на витрину, в которой красовался постер очередного фильма о вампирах. С задумчивым выражением лица он продолжал: — Я вот не знаю. Я мог бы спросить у Ниалла, может, даже у Донии.

— Мне плевать, — сорвалось с языка Эйслинн. — Я не собираюсь становиться одной из них.

Океан исчез под резким порывом пустынных ветров, иссушающих ее кожу, когда лицо Кинан вспыхнуло от гнева.

— Какая ирония судьбы! — Воскликнул он, а потом вдруг мягко рассмеялся, и Эйслинн почувствовала себя так, словно нежный прохладный бриз обласкал ее опаленную кожу. — Я, наконец, нашел тебя, а ты меня даже не хочешь. Ты видишь меня, и я могу быть тем, кто я есть на самом деле — не смертный, а фейри. Но я по-прежнему связан определенными правилами: я не могу рассказать тебе, почему ты так много значишь для меня, и кто я…

— Летний Король, — перебила Эйслинн, отодвигаясь от него, готовая в любой момент дать деру.

Она старалась держать себя в руках. Он не сделал с ней ничего плохого, но это ничего и не меняло. Он фейри, и она не могла позволить себе забыть об этом.

— А-а, значит, это ты тоже знаешь.

Нечеловечески быстрым движением Кинан оказался рядом с ней и подступал все ближе и ближе, пока они едва не соприкоснулись. Не успела она моргнуть, как он стал самим собой — без «иллюзии». Тепло волнами накатывало на них, будто солнечные лучи, отражаясь от его волос, выливались на нее теплым медом.

Эйслинн задохнулась. Ее сердце стучало так быстро, что казалось, оно вот-вот взорвется. Тепло перекатывалось по коже, пока у нее не закружилась голова, как тогда, когда она танцевала с ним.

А потом все исчезло, будто он просто щелкнул выключателем. Не было никаких волн, никакого прохладного бриза, был только его голос:

— Я пообещал тебе, что сделаю все, что ты попросишь, если это будет в моей власти. То, о чем ты просишь, Эйслинн, не в моих силах, но я могу многое другое.

Ее колени подогнулись, ей захотелось закрыть глаза. Ей до безумия хотелось, чтобы он все это сделал — что бы там он ни имел в виду, но она понимала, что это неразумное желание.