Чтение онлайн

Она стиснула зубы. Новый владелец был одним из Джилбрайтов. В конце концов, она ему ничем не обязана, а прислуга, сохранявшая верность Киту и его отцу, и подавно не испытывает чувства долга по отношению к новому господину.

Вошла кухарка, и леди Белмонт сосредоточилась на меню, оставив на время мысли о том, что она еще не поговорила с Тео о визите графа Стоунриджа.

Тео явилась домой около полудня. Она была голодна, так как с семи утра не слезала с лошади, но мать и сестры, как только она вошла в столовую, сразу же увидели, что она в отличном настроении.

—

Я чувствую запах яичницы, — проговорила она. — Хорошо ли вы провели утро? Бомонт подал отличную идею насчет Лонг-Мидоу. Он полагает, что мы должны обработать его, как рекомендует Коук, и посадить…

Она остановилась и обвела комнату глазами. На всех лицах, за исключением Рози, которая расчленяла цыпленка с искусством хирурга, делающего сложную операцию, было написано напряжение.

— Что случилось?

— Ничего особенного, Тео, — ровным голосом ответила леди Илинор, беря себе ломтик ветчины. — Сегодня нас посетит лорд Стоунридж.

— Понимаю.

Тео потянулась к яичнице, но остановилась. Она сидела на своем обычном месте и крутила пальцами хлебный мякиш. Невидящим взглядом она уставилась на дубовый стол.

— Он нас сегодня выселит?

— Разумеется, нет. Мы просто должны обсудить кое-какие дела…

— И Джилбрайт, конечно же, готов обсуждать их, как подобает джентльмену, — кисло заметила Тео. — Дедушка полагал иначе.

Леди Илинор сочла момент неподходящим для дискуссий и быстро проговорила:

— Я надеюсь, ты будешь присутствовать, Тео.

Тео отодвинула стул. Аппетит у нее пропал окончательно.

— Извини, мама, но я обещала посетить Гарднеров. У Джо все еще болит рука, а у его жены приближаются сроки родов.

— Я все же надеюсь, что ты будешь дома, когда прибудет лорд Стоунридж, — спокойно повторила леди Илинор, твердо глядя в глаза дочери.

— Хорошо, — проговорила Тео, бросая салфетку на стол.

Затем, не сказав больше ни слова, она вышла из комнаты. Она не может и не желает видеть какого-то Джилбрайта. Он собирается отобрать ее дом, ее землю, все, что ей дорого, все, что составляет память о ее отце и деде… Все, над чем она трудилась последние три года, с тех пор как взяла бразды правления имением в свои руки. Земля была плодородной, арендаторы трудолюбивы и честны. Это все принадлежало ей, а он хочет прибрать все это к своим рукам. Она знала всех арендаторов, их нужды и заботы, знала их детей, и все они знали ее.

Тео стряхнула оцепенение и увидела себя стоящей у лестницы. Руки ее сжимали перила так, что побелели костяшки пальцев. Холл был пуст, массивная дубовая дверь на улицу открыта. Она оглядела комнату, останавливаясь на каждом предмете: скамейке у двери, на которую садился отец, чтобы снять сапоги, длинном столе времен Якова I и медной чаше, полной лепестков роз. Отец любил посидеть возле камина, в котором зимой никогда не угасал огонь. Гостей всегда встречали подогретым вином, а в канун Рождества здесь собирались арендаторы.

С губ Тео слетело проклятие. Она схватила со стола перчатки и хлыст и выбежала на улицу, направляясь

к конюшне. Пусть он повесится, этот граф Стоунридж! У нее полно своих дел.

В столовой наступила неловкая тишина.

— Она вернется, мама, — не очень уверенно проговорила Эмили.

— Я надеюсь, — согласилась леди Илинор, откладывая в сторону салфетку.

— Надо будет представить также и Рози. Позаботьтесь, пожалуйста, чтобы она выглядела надлежащим образом.

С этими словами леди Илинор покинула столовую, а Кларисса и Эмили вздохнули.

— С Тео становится трудно, — заметила Кларисса. — Это нечестно по отношению к маме.

— И к нам тоже, — резко добавила Эмили. — Мне хочется, чтобы Эдвард поскорее вернулся с этого ужасного полуострова и мы смогли бы пожениться. Тогда вы переехали бы к нам и мы могли бы послать этого Джилбрайта… ко всем чертям!

— Эмили! — воскликнула шокированная Кларисса, хотя в душе отлично понимала сестру.

— Пошли, Рози. Тебе надо переодеться, — заявила Эмили, вспомнив об обязанностях старшей сестры.

— Кларисса, не сможешь ли ты отыскать Тео? Она тебя слушается.

— Не всегда, — возразила Кларисса, но покорно отправилась на поиски младшей сестры.

Тео нигде не было видно. Конюх сказал, что она взяла прогулять нового жеребца. «Он с норовом, — пояснил конюх, — бегает резво… но, надеюсь, леди Тео с ним справится».

Вскоре Кларисса обнаружила Тео в одной из аллей, пытающуюся урезонить строптивое животное. Сестры вместе вернулись домой, чтобы переодеться и приготовиться к приближающейся пытке.

Сильвестр въехал на подъездную дорожку Стоунридж-Мэнор. При виде дома у него тревожно забилось сердце. Квадратное строение из дуба стояло, как и три столетия назад, в самом конце изогнувшейся полумесяцем дороги. Красная черепичная крыша пылала на солнце, блестели многочисленные узорчатые окна. Он скользнул взглядом по тщательно ухоженной дороге, аккуратно подстриженному кустарнику и нежно-голубым водам Лалуорт-Коув, виднеющимся за розарием.

Теперь это его владения, правда, за определенную цену. Только сейчас он понял, как трудно будет заплатить эту цену. Кажется, сестер зовут леди Кларисса и леди Теодора. Этикет требовал начать со старшей сестры, и, если только у нее не окажется каких-либо существенных недостатков, у Сильвестра не будет оснований отказаться от нее. В конце концов, это брак по расчету… по крайней мере с его стороны, если не со стороны леди. Но леди благодаря своему любящему деду еще ничего не знает об этой радостной перспективе.

Его светлость спешился, вручил поводья ожидавшему конюху и улыбнулся.

— Он здесь! — В комнату ворвалась Рози. Щеки ее пылали. — Я видела, как он ехал по дорожке.

— Как он выглядит? — в один голос спросили сестры. Леди Илинор проговорила:

— Будь что будет. Рози, иди сюда и сиди тихо.

— Он приехал на огромной черной лошади, — поведала Рози, усаживаясь рядом с матерью. — На нем бобровая шапка, зеленый плащ и коричневые…