Любимая, прости...
Шрифт:
Молодая женщина чувствовала себя ужасно. Она наказала мужа за грехи, которых он не совершал, и, вместо того чтобы прислушаться к словам человека, с которым состояла в браке, отказала ему в доверии. Висенте был невиновен, а это означало, что источником всех несчастий, выпавших на ее долю, является только она.
Признаться в подобном самой себе было крайне нелегко. Однако Дженетт хватило мужества сделать это и, более того, понять, что Висенте пострадал еще сильнее. Никаких сомнений в том, что делать дальше, у нее не было.
– Мне необходимо увидеться с Висенте, – прошептала она.
– Ты слышала хоть что-нибудь из того,
Находясь в состоянии психологического шока, действуя словно на «автопилоте», Дженетт испытывала лишь одно непреодолимое желание – увидеться с Висенте. Со времени их последней встречи прошло почти два года. Всеми формальными процедурами развода занимались адвокаты, а Карен на свидания с отцом отвозила специальная няня. Огромные деньги позволяли Висенте избегать каких-либо непосредственных контактов с покинувшей его женой.
– Я должна с ним увидеться, – с отрешенным видом повторила Дженетт, мысленно уже прикидывая, как лучше добраться до Бирмингема. Поскольку сегодня как раз был день, когда она обычно работала, скоро должна была прибыть Мария, чтобы посидеть с Карен до шести вечера. – Ты сегодня куда-нибудь собираешься?
Удивленная столь внезапной переменой темы разговора Элизабет нахмурилась.
– Я ничего особенного не планировала, но…
– Один Бог знает, когда мне удастся поговорить с Висенте. Вряд ли он будет рад меня видеть. Так что я, возможно, вернусь поздно, – объяснила Дженетт. – Договорюсь с Марией, чтобы она побыла подольше и уложила Карен спать. Можешь приглядеть за ней до моего возвращения?
– Встретившись с Висенте, ты совершишь самую большую ошибку в своей жизни! – в крайнем раздражении воскликнула Элизабет.
– Я должна сказать ему, как перед ним виновата, – возразила Дженетт.
Наступило напряженное молчание. Затем нахмуренное лицо сестры разгладилось.
– Что ж, в конце концов, возможно, это не такая уж плохая идея. Ты можешь воспользоваться моментом и рассказать ему о нашем бедственном положении.
Дженетт вздрогнула.
– Нет!
– В таком случае я не смогу присмотреть за Карен, – нагло усмехнувшись, заявила Элизабет.
Дженетт раздирали два чувства: нетерпение и неловкость.
– Хорошо… я упомяну об этом. Может, что-нибудь и получится…
Уступчивость сестры вызвала у Элизабет торжествующую улыбку.
– Отлично! Ради такого случая, так и быть, посижу с твоим ребенком. Надеюсь, ты заставишь Висенте проявить щедрость.
Уведомленный о прибытии Дженетт, Висенте объявил пятиминутный перерыв в заседании, на котором в данный момент председательствовал.
Остановившись на верхней площадке лестницы, он взглянул на Дженетт, стоящую внизу, за стеклянной перегородкой приемной. В обширном, богато отделанном помещении она выглядела маленькой, худенькой и малозначимой. Серая блузка и черная юбка выглядели мятыми и плохо на ней сидели, хотя наверняка были куплены по крайней мере в трех экземплярах.
Дженетт ненавидела ходить по магазинам, поэтому делала все возможное, чтобы заниматься этим как можно реже. Лишенная его заботы и внимания, она отказалась от установленных им стандартов, вновь укрывшись от окружающего мира за внешностью ни на что не претендующей серой мышки. Маникюр на ногтях отсутствовал, шелковистые светлые волосы были довольно небрежно
Хотя в своем теперешнем виде Дженетт отнюдь не выглядела женщиной, привлекающей к себе внимание с первого взгляда, она обладала той неброской красотой, скрыть которую оказалось не в состоянии даже самое скромное оформление. Жадный взгляд Висенте, задержавшись на матовой коже в вырезе блузки, остановился на одухотворенном лице женщины. Внезапная вспышка желания, овладевшего его большим сильным телом, и злость на себя за подобную несдержанность заставили Висенте сжать кулаки.
Некогда, подумалось ему, я считал Дженетт милой, неизбалованной и верной мне до гробовой доски. Ее теплота и скромность очаровали меня, а искренность и доброта чуть было не заставили изменить циничный взгляд на окружающий мир. Он действительно поверил в то, что наткнулся на самородок чистейшей пробы, решил, что этот брак окажется удачным, несмотря на множество обратных примеров. Висенте был человеком, для которого любое поражение немыслимо, поэтому к выбору жены он отнесся со всей ответственностью и осторожностью. Однако, несмотря на все это, Дженетт оказалась недостойной надетого им на ее палец обручального кольца.
Нахлынувший праведный гнев заставил Висенте оторвать взгляд от молодой женщины и попытаться охладить разгорячившуюся кровь. Стоило ли из-за этого прерывать важное совещание? Знакомство с правилами вежливости сослужило мне в данном случае дурную службу, решил он, поворачиваясь, чтобы вернуться за стол заседаний. В конце концов, кто виноват в том, что Дженетт вздумалось явиться по его душу в самый разгар рабочего дня?
Впрочем, подобная реакция на публичное признание Николь Сежурн была для Дженетт абсолютно предсказуемой. Висенте знал ее слишком хорошо и, по правде говоря, когда-то даже гордился тем, что превосходен в том, в чем она так беспомощна. Несмотря на внешнее спокойствие, Дженетт были свойственны импульсивность и неспособность видеть дурные стороны других. Являясь одним из ведущих специалистов в области членистоногих, она была совершенно лишена расчетливости и разумной осторожности, всегда пыталась отыскать хорошее даже в худших представителях рода человеческого.
Однако Висенте вовсе не хотелось быть объектом подобного исследования. У него не было никакого желания встречаться с Дженетт. К тому же появляться здесь сразу же после публикации в газете «сенсационного» признания француженки было с ее стороны крайне неразумно. Есть ли у нее хоть капля здравого смысла? Иногда ему казалось, что нет. Если бы о ее поступке прознала пресса, здесь было бы не протолкнуться от папарацци.
Расправив широкие плечи, обтянутые пиджаком превосходно сшитого серого костюма, Висенте решительно зашагал обратно в зал совещаний…
Не подозревая о том, что за ней наблюдают, Дженетт уселась в кресло; направленные в ее сторону косые взгляды служащих действовали на нервы. Еще дома она попыталась связаться с Висенте. На звонок в его особняке ей ответили, что в данный момент «мистер Перрейра в офисе». А позвонив туда и спросив, можно ли поговорить с ним лично, услышала, что предварительно надо договориться о встрече. Расстроенная неудачей Дженетт дала отбой и решила явиться без предупреждения. И вот теперь, узнав, что Висенте очень занят, она приготовилась к долгому ожиданию, радуясь уже тому, что он не отбыл по делам куда-нибудь за границу…