Луна прерий
Шрифт:
– Это был очень интересный разговор, – проговорила она, когда они обсудили все до последней мысли друг друга, которые пришли им на ум относительно сновидений. Делла зевнула, прикрыв рот ладошкой. – Пожалуй, мне пора…
Она, как всегда, искала замену слову «постель».
– Спокойной ночи, – сказал Камерон.
Резко поднявшись и сунув руки в карманы, Камерон подбросил ногой маленький камешек. Никогда еще он не путешествовал с женщиной и в самом начале думал, что постоянно будет ощущать неловкость.
Однако
В общем, лучшей спутницы Камерон и представить себе не мог. Она то и дело удивляла его, вызывая восхищение. Она нравилась ему как женщина, он хотел ее и понимал, что добром это не кончится.
Когда Камерон вернулся в лагерь, Делла лежала на своей постели, зарывшись лицом в подушку. Он вылил себе в кружку остатки кофе и уселся около костра так, чтобы удобно было наблюдать за танцующими в ее волосах искорками.
– Вы все еще злитесь? – спросил он тихо, опасаясь разбудить ее, если она уже уснула.
– Да, но не на вас.
Именно это он и хотел услышать.
– Что ж, тогда еще раз спокойной ночи.
Когда угольки в костре прогорели и тьма сгустилась, Камерон вспомнил, как, подхватив Деллу на руки, понес ее к речке. Тогда он желал ее так же сильно, как сейчас.
Стиснув зубы, Камерон провел рукой по волосам, проклиная судьбу. Зачем она сводит мужчину и женщину, хотя им не суждено быть вместе?
Если сны – это знак свыше, как говорит Делла, они подскажут ему, как справляться с чувствами и бушующим внутри пламенем, когда он расскажет Делле всю правду.
Глава 11
– Мы уже проехали несколько городов, – проговорил Камерон, поравнявшись с Деллой. В этот день Отважный все время гарцевал, то и дело становясь на дыбы.
– Я заметила.
– Я вам уже говорил, что, если захотите, заедем в город и переночуем в какой-нибудь гостинице.
К своему удивлению, Делла не была уверена, что хочет этого. Ей нравилось скакать верхом, спать на земле. Работать бок о бок с Камероном, помогая ему устраивать лагерь, и не думать о том, что ее одежда запачкана и измята.
– У нас заканчиваются некоторые продукты. Если хотите поспать на мягком матрасе и принять ванну, мы могли бы остановиться на ночь в городке Рокасе. Я уже бывал там.
– Рокас? Это по-испански «камни», не так ли?
Далеко на западе, у самого горизонта, показалась восточная оконечность Скалистых гор. Среди травы все чаще попадались участки каменистой почвы.
– Знаете, Камерон, мне кажется, вы проявили чрезмерный оптимизм, когда сказали, что до Санта-Фе мы будем добираться примерно три недели.
– Или чуть больше.
– Намного больше.
Они ехали две недели с лишним, но еще не достигли гор, где придется замедлить ход.
– Но я не против, – поразмыслив,
Она представила себе, как рассказывает об этом Клер, и жалела, что не взяла с собой бумагу и перо.
Делай она пометки, легче было бы вспоминать эти удивительные ночи и небо, усыпанное звездами. Делла хотела сохранить в памяти запах лошадей, костра, шипящей на сковородке ветчины. Шелест ветра, гуляющего по траве, взметающего в воздух струйки песка. Впрочем, она не собиралась разговаривать с дочерью – хотела только взглянуть на нее.
– Хорошо, давайте проведем ночь в Рокасе. Я хотела бы купить письменные принадлежности.
Делла никогда не вела дневника, в ее жизни не было ничего такого, что стоило бы записать. Но теперь совсем другое дело. Жизнь ее полна впечатлении. И все благодаря Камерону. Делла осматривалась по сторонам. Что можно написать об этом городке?
«Крошечный, жаркий, пыльный». Вот, собственно, и все. Самым большим зданием, выходящим фасадом на грязную бурую дорогу, именуемую Центральной улицей, оказался «Гранд-отель». Остальные постройки, по большей части лавки, были обшарпанными и выцветшими. Палящее солнце и ветер сделали свое дело, и, глядя на эти домишки, трудно было сказать, красили ли их когда-нибудь.
Камерон ехал по Центральной улице, кивая направо и налево, приветствуя тех, кто высыпал из домов, чтобы посмотреть на гостей. Они подъехали к конюшне, и Джеймс пожал руку мужчине, которого представил Делле как Роберта Аллена.
– Очень приятно с вами познакомиться, мэм.
Делла теперь жалела о том, что не подколола свою косу к затылку и не надела чистую блузку, которую взяла с собой про запас. Пока Камерон беседовал с мистером Алленом, Делла оглядывалась по сторонам. К гостинице были пристроены просторная терраса и три лавки с кружевными занавесками на окнах.
Внезапно ей захотелось принять ванну, да так нестерпимо, как никогда прежде. Ей захотелось смыть с кожи грязь и пыль, выбрать мусор из волос. Захотелось дышать лимоном или лавандой вместо лошадиного пота. И ей отчаянно хотелось скользнуть меж хрустящих чистых простыней на мягкую, словно пух, кровать.
– Остановитесь в том же номере, что обычно, мистер Камерон? – спросил служащий гостиницы, разглядывая Деллу.
– Да. А миссис Уорд поселите в соседнем. Служащий облизал кончик карандаша и с трудом записал ее имя в журнал.
– Ванну принести в номер, или пойдете в баню? Камерон приподнял бровь, и Делла поспешно шепнула ему:
– В номер.
Она не останавливалась в гостиницах с тех самых пор, как проводила с Кларенсом медовый месяц. И теперь ей казалось, что стоять с мужчиной в вестибюле, заказывая номер на ночь, – верх неприличия.