Чтение онлайн

Она повернулась, затем сняла капюшон.

Его обветренное лицо побледнело, огромная челюсть отвисла и он уронил ружьё.

– Рут!
– закричал он в направлении трейлера.
– Рут, быстро выходи, твоя дочь теряет глаза!

– Что?
– закричала Элли. А, слёзы!
– Стой, я не теряю глаза! Не зови её...

Слишком поздно. Мама выбежала в домашних тапочках, едва не спотыкаясь на ступеньках.

– Что такое?
– она откинула от лица свои густые рыжие волосы, одновременно

выбрасывая сигарету.

Эфрем положил на плечи Элли свою мозолистую ладонь.

– Не волнуйся, девочка, мы отвезём тебя в больницу быстрее молнии.

– Я в порядке. Просто я теперь так плачу.

Словно это

что-то

объясняет.

Но как только мать к ним приблизилась, то, едва взглянув на дочь, печатльно покачала головой.

– Элли Энн, это что, слёзы? Что этот мужик

с тобой

сделал?

Когда к ним направился Джош, Элли резко отвернулась:

– Отправь его ниже по склону. Не хочу, чтобы он видел меня такой!

Мама так и сделала, отослав Джоша к его друзьям, затем сказала Элли:

– Лучше тебе войти в дом.

Девушка кивнули и все трое в молчании поплелись к трейлеру. Войдя внутрь мать, разглядев Элли получше - кровавые слёзы, чёрные когти и маленькие клыки - вдруг всё поняла.

– О, Элли, - пробормотала она, - разве ты не знала, что если живёшь с собакой - наберёшься блох?

Она знает, что я такое!

И что теперь?

Оттолкнёт меня? Я ей буду отвратительна?

– Но это не значит, что я не буду любить твою покусанную блохами шкуру.

Элли вдруг захотелось от облегчения присесть. А когда мама открыла объятья, то первой её мыслью было обнять её в ответ, но она заставила себя остановиться:

– Я пока не могу никого обнимать. Я, типа, чересчур сильная.

Эфрем переводил взгляд с одной женщины на другую и обратно.

– Думаю, Элли, ты должна многое нам рассказать.

Мрачно кивнув, она опустилась на потрёпанный диван в гостиной, подняв в воздух пыль и собачью шерсть. Затем приступила к описанию о своих новых способностях, бессмертии и потребности в крови...

Когда рассказ закончился, Ефрем выглядел ошеломлённым.

– Мне надо это переварить. Но факт остаётся фактом: ты - Пирс. Неважно, во что тебя превратили. А своих мы не бросаем. Так что просто скажи, если тебе нужно будет...
– он сглотнул - ...пить или что-то ещё. Я буду охотиться и помогу чем смогу.

Мама сложила на груди руки, обиженно откинувшись в своём кресле.

– Я хочу побольше узнать об этом вампире, который такое с тобой сделал.

И Элли рассказала им и о Лотэре - не упоминая, правда, крышесносящий секс - закончив такими словами:

– И потом он прислал мне в коробке своё сердце и сказал, чтобы я горела в аду. Он не захотел

даже поговорить о том, что случилось, лишь изобразил прощальный поцелуй!

– Я убью его, - глаза Эфрема горели, и это заставила Элли вновь поперхнуться. Увидев её кровавые слёзы, её дядя поклялся, - Я обязательно убью его. Один шаг на нашу территорию - и он мёртв.

– К тебе посетитель, Лотэр, - позвала Карга.

–

Посетитель?

В моём предположительно скрытом королевстве?
– Он оскалил клыки в сторону Стелиана, но тот лишь приподнял брови.
– Как бы то ни было, пригласи этого незваного гостя.

Появилась Никс с маленькой коробкой в руках.

– Как ты сюда проникла, валькирия?

Она огляделась широко раскрытыми глазами, потом прошептала:

– Проникла

куда?

Её волосы растрепались, под глазами залегли тёмные круги. На ней была мятая крестьянская блузка, длинная широкая юбка и - один туфель.

– Тебе становится хуже.
– Почему у него не было желания ненавидеть Никс так, как она того заслуживала? Там, на острове она ему сказала "Следующего

раунда

не будет, вампир" Это потому, что ему уже всё равно?

– А тебе

становилось

всё лучше, - ответила она.
– Чуть раньше. А сейчас - не особенно.

– Если ты пришла, чтобы обсудить выдачу Элизабет, то не трать слова.

Одна восьмая дюйма. Забрала моё чёртово счастье.

– Нет. Я лишь курьер от Элизабет. Ты отправил ей сердце в коробке, и она ответила.

В ту же секунду он переместился к Никс, вырвав у неё коробку. И

когда Лотэр с трепетом поднимал крышку, Никс пробормотала:

– Подсказка: это - средний.

Хрупкий пальчик Элизабет.

Зрелище этого отрубленного пальца вызвало в нём ответную реакцию - вонца боли пронеслась по его собственной руке и распространилось в регенерировавшем сердце.

Сглотнув, он закрыл крышку и сентиментально убрал коробку в карман.

– Палец за сердце, - вздохнула Никс.
– Об этом будут слагать истории.

Стелиан засмеялся, поперхнувшись своим напитком.

Значит Элизабет действительно меня ненавидит.

Похуй.

– Кстати, мой ковен от этого просто сошёл с ума, - продолжала Никс.
– Влюбились без памяти в эту злюку-вампиршу. Если я в ближайшее время не отыщу нашу королеву, то в избирательный бюллетень они, пожалуй, впишут её имя.

У Элизабет в рукаве ещё немало сюрпризов. Валькирии никогда не видели, как она кончает.

– А сейчас у твоей королевы началась новая глава её вечной жизни.