Чтение онлайн

– Сколько раз в день? Раза три хватит?

– Да.

– Ну тогда зачем туда- сюда ходить, – машет смешно руками смертная. – В кулон, из кулона. Живите так. Я завтра утром встану, наготовлю.

– Ну, это хлопотно. Проще… – хочу поумничать.

– Да всё в порядке вещей, – хохочет Ольга. – Я была замужем. Вот это хлопотно было.

– А где мне спать? Я тоже сплю.

– Ну вон диван. Спи… ой, то есть спите, сколько хотите.

3

Нет,

мне не дают отдыхать, сколько хочу! В шесть утра уже Ольга шумит водой, хлопает дверями, гремит посудой, ещё и напевает. Ну ладно. В целом, глупо будет выдвигать претензию. Это её жилище.

– Доброе утро, – здоровается она.

– Да, оно определенно доброе.

– Во всяком случае, сегодня воскресенье. И это хорошо.

Она выглядит пободрее, получше. Главное, что трезвая.

– На "ты" можно? – спрашивает женщина. – Всё ж вчера вместе выпили.

– Ну давай.

– Яичницу будешь? Пока борщ варится.

– Ничего из перечисленного не пробовал, – честно признаюсь.

– А сколько уже живёшь?

– Ну так- то пять тысяч лет.

– Едритьтвоюналевоочуметьневстать! – Ольга роняет лопатку.

– В России я – где- то век.

– И не пробовал борща. Чем же ты питался?

– Да в обсидиан возвращался, там отдыхал, брал силы…

– Ага… то есть ты у экономных людей гостил?

– Сложно назвать это словом "гостил", – вспоминаю прошлых хозяек моей тюрьмы.

– Да неважно. Кушать подано. Садитесь жрать, пожалуйста.

Яичницей оказались жареные яйца. В целом, логичное название. Ладно. Мне важно, что это белок. Смертная догадливая. Она ставит мне тарелку с двойной порцией.

– А сколько тебе лет? – надо как- то поддерживать разговор.

– Много.

– Ну сколько?

– Да много, говорю! – видимо, это больной вопрос.

– Не думаю, что больше, чем мне.

– Ладно. Тридцать пять.

– Да ты совсем маленькая.

После завтрака Ольга берёт дрель, начинается опять шум- гам. Рука женщины дрогнула, сверло летит по стенкам шкафа. В этот момент смертная похожа на героя блокбастера, который даёт очередь из автомата.

– Может, я как- то помогу? – вопрошаю ехидным тоном.

– А ты знаешь, что такое дрель и сушилка для посуды?

– Нет. Но я должен выполнять твои желания.

– А, точно. Ну, давай, маг, чаровник, дух ветра.

Сначала касаюсь руки женщины, чтобы прочесть её мысли и понять, как должна висеть эта сушилка. Потом заставляю вещи самостоятельно выполнять работу.

– Здорово как! Спасибо большое! – Ольга, по сути, первая, кто очень рад такой мелочи, ещё и благодарит.

Она, счастливая, как ребёнок, выставляет кружки и тарелки.

– Хвед, а ты не мог бы ещё и с кондиционером поколдовать?

– Да легко.

Аппарат находится на грани издыхания.

– Его

проще пристрелить, как лошадь, чтобы не мучался, – сообщаю смертной.

– Ишь ты, стрелять он тут собрался. У меня нет денег на новый. Я в университете работаю! Где мне взять так резко тысяч двадцать?

– Не поверишь, – скалюсь, искоса смотря на возмущенную женщину.

– Что? Фальшивые деньги мне наштампуешь?

– Нет. У тебя же есть купюры? Покрупнее. Дай мне.

Клонирую тысячные бумажки. Люди всегда трепетно относятся к звонкой монете. Это их главная слабость. Но Ольга придирчиво пересчитывает сумму. Отдаёт мне половину:

– Это лишнее.

– Ну, потом будет не лишним.

– Нет уж. Ты тут нафальшивил. И если я пожадничаю, мне точно потом прилетит.

– От кого? – удивляюсь такой силе воли.

– От вселенной.

Ответ вызывает у меня хохот. Обычно от вселенной достаётся мне.

– У тебя очень маленькие и простые желания, – изучаю светлые глаза женщины, подведённые чёрным карандашом.

В них плещется грусть. Смертная подпирает голову кулаком.

– Глобальное ты не осилишь.

– Насколько глобальное?

– Ну, может, ты отменишь пандемию?

– Нет, это вряд ли.

– Тогда даже не знаю.

4

– Куда ты собралась?

Ольга крутится у зеркала, как всегда, поёт. Потом надевает кулон с обсидианом. Это меня пугает. Э, нет! Ты никуда в нём не пойдёшь! Особенно, без меня.

– На свидание.

– А зачем надела мою тюрьму?

– Нельзя, что ли? – она, когда удивляется, чуть задирает подбородок.

– Без меня внутри нельзя.

– Почему?

– Ну там… прилетят грубые женщины на пегасах и хорошенько меня отстегают молниями.

– За что? – слушая мой рассказ, она уже готова обуваться.

– Засчитают мне, как попытку побега.

Смертная крепко задумывается. Снимает кулон.

– Ну, хорошо. Не скучайте тут вдвоём.

– Да я просто внутрь залезу…

На самом деле, мне нужно увидеть, какие мужчины Ольге нравятся. Потом напою её… и рано или поздно в процессе соблазнения она меня поцелует. Да… это мой унизительный квест. Заставить человека с чистой душой подарить мне поцелуй любви.

– Нет уж! – смертная трясет завитыми кудрями. – Я, может, потом на кофе к мужчине зайду. А ты будешь подслушивать!

– Я там ничего не слышу.

Я умею врать, не моргнув и глазом. Моя специализация все- таки.

– И не видишь?

– Мамой клянусь.

Хаха… обожаю эту фразу. Которой из матерей? Той, которая меня бросила? Или той, которая потом отвернулась от меня? В целом, жалко обеих. И в то же время, обеим ничего не грозит.

– И не чувствуешь?

– Нет, конечно.