Лили
Шрифт:
– Кхм… кх… простите… а-ха-ха-ха-ха!!!
Нейтан буравил меня злостным взглядом, не отрываясь, и тощеногая большезадая стерва поймала его и обратилась ко мне, переминаясь на кривых ногах с острыми коленями.
– Новая прислуга?
– Я – няня Киры.
Она осматривала меня с ног до головы, бегая своими мелкими глазками цвета соплей при гайморите.
– И сестра Нейтана Сойера. Так ведь, братишка, – перевела я вызывающий взгляд на скота напротив. Его кулаки сжимались, а из ноздрей начали валить клубы белого пара
– Шта? Какая еще сестра?! Незаконнорожденная?
– Сводная, барби… – я стала серьезной и даже угрожающей, ведь переломить пополам эту мымру мне не стоило ничего, при чем, как морально, так и физически. – Хотя нет, ты – не барби, ты – синди. А еще, так, на всякий случай, я – дочь Джейкоба Хилтона. Слыхала? Увидимся за ужином, дорогая семья.
Я развернулась на пятках с ярым желанием устроить шоу с пиротехникой сегодня за столом и помчала вверх, вбивая ноги в ступени по самую задницу.
– Ке-ен, си-инди, встречаемся в шесть, – последовала моему примеру маленькая заноза.
*********************************************
Нейтан.
«Сучки! Две маленькие злостные стервы!!! Два демона. Нет… дьявола во плоти! Нет… ведьма и мегера! Грррр....»
Не так давно я вернулся с самой убогой прогулки в моей жизни, после которой девушка провожала меня до крыльца, где мамуля позвала эту корягу на ужин. Как только я увидел приближающуюся Лилиану в окно…
«Цветочное нежное имя для колючей пышащей страстью бестии.»
Так вот, когда я ее увидел, то сам не знаю зачем, накинулся на эту меркантильную недалекую швабру, которая уже сил нет как меня зае… надоела со своей дебильной помолвкой.
– Это че щас было, котяк?! – открыла свой силиконовый рот ущербная, – Ты че молчал?! Эти две набросились на меня… а ты… э… молчал!
Очередная протеже папочки по имени Патриция для заядлого холостяка и двух слов связать не могла. Она за свою жизнь не прочла ни одной книги, не посмотрела ни одного приличного фильма. Турецкие сериалы, социальные сети и салоны красоты… весь ее багаж. Я на ней никогда не женился бы… но соблазн слишком велик, чтобы использовать идиотку для того, чтобы побесить и поиздеваться над этой оборзевшей слишком самоуверенной малолеткой.
– Я тебе не котик, – равнодушно бросил я, отталкивая от себя неприятную дамочку, которая тут же начала ластиться.
– Ладно, не злись, что это за такая няня? Расскажешь?
– Расскажу, – ухмыльнулся я, смакуя и предвкушая сегодняшний ужин.
*********************************************
Лили.
«Хоспади!» – я вошла в огромную столовую, с люстрами, горящими тысячами свечей, с бархатными стульями… и вензелями на позолоченных зеркалах… бесконечными кружевами нереально изворотливых рисунков повсюду. Посередине стоял длиннющий просто гигантский стол в лучших
«У людей вообще свисток сорвало от денег», – мысленно угорала я над этими роскошными натюрмортами. Стол ломился от самых изысканных яств, и можно было бы даже кормить небольшое африканское племя, примерно, в течение полугода, но все это меркло от одной лишь мысли, – «Но где же фонтан?» – и чтобы не расхохотаться от своего же остроумия, я звонко брякнула.
– Всем добрый вечер!
На меня вытаращились четыре пары ошарашенных глаз, и госпожа Клаудия подлетела ко мне, ласково обнимая.
– Эм… чудесный костюмчик… я плохо разбираюсь в сегодняшней моде… ну в общем Лили, дорогая, мы тебя поздравляем от всей души с окончанием академии и желаем тебе карьерного роста и професси....
– Короче, не помри там! – сократила речь маленькая зеленоглазка в голубом платье, в котором она была похожа на Алису из сказочной страны. Я засмеялась и пустила растроганную слезку, поднимая бокал с шампанским, видимо, стоимость которого превышала всю гастрономию на необъятной переливающейся золотом скатерти.
– Не помри? – силикон так и сидел, распахнув ботоксную хлеборезку, осматривая мой костюмчик. А наряд был просто отпад. Чтобы вы понимали, на мне был надет белый бюстгалтер под расстегнутый пиджак длиной по лопатки. Серый под цвет короткий галстук был туго затянут на шее. Красная клетчатая юбка не прикрывала моих круглых ягодиц, а белые гольфы выше колена дополняли образ развратной школьницы.
– Патриция, милая, ты же не знаешь, Лилиана закончила с отличием полицейскую академию и будет защищать улицы на…
– Может ты сядешь уже, наконец?! – опасно зарычал Нейтан, сгибая вилку в своем огромном кулаке, и Миссис Сойер была снова перебита, а ее размашистая мысль осталась в ее космосе бесконечных словосочетаний.
– Что такое, дядя? – мотнула бедром я, – Сидеть неудобно стало, можешь тоже встать рядом.
– А?! – снова ржавая раскрыла свой хавальник, да так широко, что захотелось что-то вложить ей за щеку!
Но я действительно стояла слишком долго, поэтому покорно села, теряясь в роскошномстуле Гуливера, и, накалывая на вилку потрясающее мясо, максимально сексуально и медленно положила его себе в рот, проводя зубами по металлу и томно мыча.
– Ммм… нежное… сочч–ччное… миссис Сойер, волшебный вкус. Такой отличной прожж–жжарочки.
– Ты считаешь?! – раскраснелась смущенная хозяюшка, – Ох, как я рада, пойду проверю, как там поросенок запекся?
– Все поросята здесь, бабуля, – съязвила «добрая» девочка и поправила себя, будто оговорившись. – В смысле, захвати мне кукурузные булочки.
Клаудия упорхала, счастливейшая, что Кира, наконец, начала есть. А рыжее надутое недоразумение обратилось ко мне, расплескивая свой змеиный яд.