Чтение онлайн

Джо не сдавалась. Может, оттого, что глаза ее наполнились слезами, а может, в господине Вэйле сострадание проснулось по какой-то другой причине, выражение его лица вдруг смягчилось. Он отодвинул книги на край стола и наклонился к ней поближе:

– Я не могу найти то, чего там нет. Но, может быть, вы знаете, что, когда человек использует чужое имя или по какой-то надобности изобретает себе новое имя, он подсознательно может включить в подпись часть своего настоящего имени. Слова «Лэннинг» тут нет. Возможно, человек пытался написать «Лэйн» – простое имя, быстро забывается и очень часто используется. –

Вэйл выдержал паузу и произнес опять напыщенно: – Возможно, запомните это, я сказал возможно, тот, кто это писал, начал писать Лэнн по ошибке. Не люблю предположений, но это необычная комбинация букв.

По дороге обратно к Майку Джо хотелось орать что есть мочи – так озадачил ее великий графолог. Маркус Лэннинг – имя сына Мадам Дэви. Барри так гордился, что может представить ей Маркуса. Джо помнила все слишком хорошо. «Ее настоящее имя – Светлана… Светлана Сергеева – с этим именем она родилась».

Получается, Светлана вышла замуж за человека по фамилии Лэннинг и родила сына – Маркуса Лэннинга, и с ним сейчас встречается Алекса. Кажется, этот человек прочно обосновался в мыслях сестры и управляет ее чувствами.

«Хочу тебя кое с кем познакомить», – сказала Алекса много месяцев назад, когда впервые попросила Джо приехать в Нью-Йорк. Был ли это Маркус Лэннинг? Этого выяснить не удалось. Алексе всегда нравилось быть загадочной, заметать следы. Сколько они встречаются? Он ли привлек внимание своей матери к Алексе? Джо не знала, как не знала многого из новой, напряженной и сумасшедшей, жизни сестры.

Лэйн. Джо снова вернулась к этому имени, так озадачившему ее. Она близка, близка к разгадке дьявольской головоломки, но не все части еще складываются в картинку.

Джо наклонилась вперед и начала дышать глубоко и ровно. Она читала, что рожающим это помогает справиться с болью – с физической болью. А здесь боль умственная. Пусть у нее еще нет доказательств, но она знает, что Алекса в опасности. Если Мадам Дэви, Светлана Лэннинг, урожденная Сергеева, окажется одним человеком со Светланой Лэйн из клиники «Фонтан», возможно ли, чтобы она не знала, что Алекса Шепвелл, Лицо Вечной Молодости «Дэви», является дочерью Тери Шепард, женщины, изуродованной в «Фонтане» – той, которую Светлана Лэйн толкнула на самоубийство?

И что это за таинственный тип, что стоит за компанией «Дэви»? Тот, о ком Алекса с горящими глазами говорила, что он может купить и продать весь мир… который при первом взгляде на обложку «Вью» решил, что нашел лицо, которому будут доверять женщины со всего света… Он знает, кто такая Мадам Дэви? Известно ли ему ее прошлое? Если Мадам Дэви и Светлана Лэйн – одно и то же лицо, возможно ли, чтобы он не знал, с кем связался? С той, которую несколько лет назад привлекали к суду за лживую рекламу по почте, обещания молодости и красоты, которые обернулись уродством и отчаянием?

Приступ бешеной злости на Алексу пронзил Джо, как ток. Это издевательство. Она до сих пор не знает, как зовут этого богача. Если б знать, она могла бы выяснить больше. Как можно так секретничать? Если б она знала больше… если… если… Сознание затуманилось, Джо стало плохо.

Приехав на квартиру к Майку, Джо была выжата, как лимон. Она завалилась на кровать в задней комнате

и тут же отключилась.

Вечером, лежа на коленях у Майка, она пыталась проанализировать все досконально, прокручивая с Майком факт за фактом.

– Сейчас я начинаю все понимать. Мама была красивой, очень красивой. Но с годами работу найти становилось все трудней… Потом, я говорила тебе, что их женитьба, мамы и папы, не удалась. Ему легко польстить. Появилась еще эта малолетняя преступница, как Алекса ее звала. Теперь я просто уверена, что Алекса не ошиблась – у отца была связь с этой девочкой, именно девочкой. Может быть, это продолжалось и после маминой смерти. Мама всегда любила все иностранное. Наверное, ей попалась реклама этой маски – «восточное волшебство», «индийский рецепт» или что-нибудь в этом роде. Она по-детски верила в такие вещи. Всегда хотела уговорить отца послать меня в Европу, во Францию, набраться культуры и всякое такое…

Майк привлек ее к себе.

– Мы вместе разрешим все это. Вот увидишь. Я с тобой, рядом.

Да, думала Джо, сейчас рядом. А что ты скажешь, когда выяснится, что мне надо ехать в Нью-Йорк и предупредить Алексу – по телефону этого не сделаешь? Нужно оторвать ее от «Дэви». Сможешь ли ты поехать со мной?

– Но как Магда вписывается во всю эту картину?

Джо уронила голову ему на плечо.

– Я не знаю. Может, это Магда сказала маме о маске. Светлана и Магда, очевидно, работали в одном бизнесе. Трудно сказать. – Джо посмотрела на Майка, пытаясь взглядом высказать все свои чувства. Момент настал. – Майк, мне надо вернуться в Нью-Йорк. Сказать все Алексе в лицо. Пусть знает, что все это значит – или может значить. Надо попробовать заставить ее отказаться от «Дэви» и вернуться в модели. В данный момент она в самом центре всей этой истории. Надо ее выручать. Слишком много ужасных совпадений. – Джо собиралась остаться спокойной, но ничего не выходило. Она знала, что и выглядит, и говорит возбужденно.

Майк смотрел угрюмо, такой он был всегда, когда дела шли из рук вон плохо.

– Джо, я все понимаю, но нельзя, чтоб ты ехала одна. А я сейчас уехать из Сан-Диего не могу. Эта история с планами развития города вот-вот выплывет наружу. Ты не можешь подождать пару недель, хотя бы дней десять, и я поеду с тобой? Я не хочу отпускать тебя одну…

– Пару недель?!

– Ну, может, меньше, но по крайней мере неделю. Не обязательно это будет потерей времени. Мы сможем взяться за некоторые дела из моих папок, те, которые каким-то образом связаны с «Фонтаном», я только не могу вспомнить, как и почему.

Майк пододвинулся ближе.

– Джо, сейчас все по-другому. Я по-другому стал относиться к тому, что было и есть между нами. – Он говорил правду. Она видела, что это так. Он расстегнул лифчик, высвободил ей грудь и с жадностью начал целовать ее, лицо его горело. Она повернулась к нему, выскальзывая из трусиков, чувствуя, как его пальцы, два, три, четыре, проникают глубоко внутрь. Она извивалась в его руках, близкая к вершине блаженства. Она знала, что сейчас он хочет ее не меньше, чем она его. «Майк…» Он был внутри нее, его пульсирующая сила уносила ее тело и разум в вихрь сказочных открытий. Так продолжалось бесконечно…