Чтение онлайн

Чувство было такое, будто он стоял на берегу и видел, как к нему катится высокая волна. И он не убегал. Напротив... он хотел, чтобы эта волна накрыла его с головкой.

Нахлынувшее ощущение сложно было назвать удовольствием. Нет, куда там, удовольствие - это такая мелочь. Кешу же захлестнуло и переполнило чувство любви ко всей вселенной. Мир взорвался золотыми красками, с поля колосьев поднялись тысячи бабочек. И среди всего этого стоял как языческий истукан Билли, тоже глядя в небо со счастливой улыбкой. По лицу у него катились слезы.

– Никогда больше не давай мне

эту хрень, - сказал он тихо-тихо.

– Жалеешь что согласился?
– спросил Кеша.

– Нет, не из-за этого, - покачал головой парень.
– Просто теперь я страшно боюсь на это подсесть.

– Давай-давай, - подбадривает рыжий.
– Ты мне еще потом спасибо скажешь.

– Тебя надо было не в зеленое, а в синее общежитие запихнуть, - бурчит Билл, хмурясь и откладывая в сторону учебник.
– Там таким заучкам как ты самое место.

– А тебе с твоей ленью самое место в голубой общаге, - фыркает Кеша.
– Впрочем, ты с этими лентяями от скуки умер бы. Давай, пересказывай тему. А то если ты не выучишь эту гребаную классификацию стихийно магии, то Грег тебя завтра без хлеба и соли сожрет.

Билли куксится, морщится, но начинает рассказывать. Видно, что с трудом ему это дается, но он все же старательно выцарапывает у своей плохой памяти то одну ветку магии, то другую, то третью.

– Неуверенно как-то, - хмыкает Кеша, когда друг заканчивает. – Вот вроде и все верно, но ты мямлишь как девка на первом свидании. И как ты только, мошенник, умудрялся у себя на родине людей дурить.

– Да то же люди, - обижается Билл.
– Другое дело - Грег. Такие как он обычно дознавателями работают. Как посмотрит... у меня прям так внутри все и обмирает.

– А может тебе на него тогда не смотреть?
– предложил Кеша.
– Ты лучше это... рассказывай так, как ты обычно блефуешь. У тебя это круто выходит. А на Грега не смотри, мне рассказывай.

– А можно я тебе тоже что-нибудь расскажу?
– раздался из-за спины у Кеши приятный голос.

Он не успевает повернуться, как теплые ладошки опускаются ему на плечи. Пальчики чертовки проходятся по уставшим мышцам - такие теплые и пахнущие корицей, принимаются разминать уставшую шею, потом перемещаются в волосы. Кеше хорошо, Кеше нравится, Кеша в дурацкой улыбке от удовольствия расплывается. На это Билли хищно скалится и просит:

– А меня? У меня тоже плечи затекли.

– Ой, прости, пальчики устали, - хихикает девушка, звонко чмокнув Кешу в лоб.
– Но чая я вам, трудяги, так уж и быть, налью.

– Да-да, чаю с чертовкой, - разомлевше бормочет Кеша.

– Чертовка то, чертовка се, - хихикает Фрея, изящно ставя на плиту чайник.

Цок, цок, две большие чашки встали на стол как два готовых к боевым действиям стрелка. Цок, цок, летят в них кубики коричневого кристаллического сахара.

– А кто я такая на самом деле - не знаешь, - продолжает девушка.

Хлоп... и рядом с кружками уже стоит их командир - большая банка с сухой заваркой. Клац... и ситечко, будто железная венерина-мухоловка, захватывает высохшие листики чая. Цок-цок-цок...

это уже Фрейя идет к холодильнику.

– И ведь самое интересное, - говорит она, открыв дверцу и наклонившись так низко, так соблазнительно, - что тебя это и не волнует.

– А должно?
– уточняет Кеша, любуясь, как чуть приподнимает складчатую юбку ее хвост.

– Еще бы!
– девушка поворачивается. В одной руке у нее имбирь. в другой - лимон.
– А вдруг я какое-нибудь поедающее красивых парней чудовище?

– Ну, тогда Кеше точно ничего бояться, - глупо хохочет Билл, и Кеша одаривает его взглядом, говорящим «ну ты и придурок».

– Говорят, канибализм - высшее проявление любви, - не остается в долгу рыжий.

– Как мило, - улыбается ему Фрея.

Чайник свистит, а потом фыркает, когда девушка выключает электрическую плиту. Впрочем, это Кеша думает что она электрическая. По крайней мере очень похожа. Но откуда в междумирье электричеству взяться? А Фрея - стройная, красивая, сногсшибательная чертовка - разливает по чашкам чай. Разливает и ставит перед парнями. И запах от него потрясающе имбирный, и плавают сверху лимонные дольки.

Кто-то топает по лестнице, и в гостиной появляется еще один из соседей. Кеша не помнит как его зовут, но знает, что он тот еще негодяй. По крайней мере рожа самая что ни на есть бандитская.

– Эй, ботаны, - приветствует он, - чо как?

– Да все пучком, - бурчит Кеша, отхлебывая из чашки прелестного чая.

Бандитская морда приземляется на стул, закидывает ноги на столешницу, скалится своими зубищами.

– Эй, шкура, - это он Фрейе, - мне тоже чая плесни.

– Хорошо, дорогой, - звенит девушка.
– Сейчас плесну.

– Ты за шкуру-то извинись, - хмурится Кеша, уже подумывая как бы его проклясть поинтереснее.

– А кто же она?
– не понимает мудак грозного намека.
– Спит с кем не попадя, задницей перед всеми вертит. Ну ладно, не шкура, но шлюха точ... ааааааааа!

Последнее слово тонет в булькающем крике. Потому что милая Фрея, выдающая свое возмущение только дергающейся кисточкой хвоста, ангельски улыбаясь, льет ему на голову кипяток из чайника. Так спокойно льет, что у Кеши все внутри обмирает. Кипяток кончается, а обваренный парень с воплем валится на пол вместе со стулом. Нечего было ноги на стол закидывать и на задних ножках качаться.

– Надеюсь, тебе мой чай понравился?
– ставя чайник на стол, чертовка перешагивает через трущего глаза парня своими длинными ногами и звенит уже с лестницы.
– Хотя я вроде сахар положить забыла. И заварку. Ну да не в обиде, идет?

И она пропадает из виду. А Кеша качает головой потрясенно и думает - чертовка. Как пить дать чертовка, только рожки где-то потеряла.

Стол завален книгами, записями, пробирками и прочим. Кеша в мыле. Варит он уже месяц одно и то же, но нужного результата добиться не может. На столе его в лаборатории Торна цветет довольный кактус, насмехаясь над невезучим алхимиком. А Кеша никак не может понять, почему ничего не выходит.