Летопись Океана
Шрифт:
– Красота, скажи? Когда-нибудь и я перееду в какой-нибудь экстравагантный дом. Ну а пока мне и в моём простом хорошо, – Аврора невольно коснулась ключа на шее.
– Готов? – с таким задором спросил Терций, что Максу стало не по себе.
– Да стучи уже, тоже мне, интриган, – вздохнула Аврора.
Терций постучал, и дверь им открыла безумно хорошенькая девушка с такими шикарными волосами и добрыми глазами, что Макс чуть не влюбился в неё без памяти, но вовремя вспомнил, что это, похоже, уже сделал Терций, и задолго до него. Поэтому Макс взял себя в руки и вежливо сказал:
– Здравствуйте!
Глава 5.
– Ой, – засмеялась Чайница, – давай-ка на «ты». Я вообще-то старше тебя всего на год. Привет!
Она была в золотом платье, большой золотой бант украшал копну её янтарных волос, и даже туфельки были янтарно-золотыми и переливались янтарными искорками, казалось, они светятся и излучают тепло, отражая солнце.
– Привет! – послушно сказал Макс, с трудом оторвав взгляд от туфелек Чайницы. – А откуда ты знаешь, сколько мне лет?
– Она всё знает, – вмешался Терций, – она же Провидица. Привет!
Поздоровавшись с Терцием и Авророй и тихонько усмехнувшись, Чайница пригласила их в свой домик.
– Кто же это тебя так приложил? – спросила она у Макса, когда они вошли. – Больно?
– Э-э-э… немножко, – замялся он. – Это…
– Это Терций, – ответила за него Аврора, – произошло недопонимание.
– Терций? – воскликнула Чайница, и тот покраснел под её пристальным взглядом. – Обычно он дерётся только в крайних случаях… – с сомнением сказала она Максу.
– Так и было, – подтвердил он.
– Да всё уже хорошо! – воскликнул Терций. – Никто не в обиде. Всё нормально. Правда же?
– Конечно! – ответил Макс.
– Ладно… – протянула Чайница, смотря то на Терция, то на Макса.
Внутри домик оказался ещё чуднее, чем снаружи. Все стены – хотя есть ли в неквадратном чайнике стены? – по крайней мере, все «стенные» поверхности были увешаны полками, и на каждой полке стояло по пять-шесть чайников, так что их в прямом смысле окружило чайниковое царство.
Здесь были чайники всех размеров, цветов и форм, строгие и причудливые, весёлые и грустные, плоские и толстые, прозрачные и матовые, из разных материалов, выполненные в разных техниках и с разным настроением.
Чайница достала из ящичка комода маленький пакетик, опустила его в банку с золотистой жидкостью и протянула Максу:
– Приложи к глазу. Пройдёт через минуту!
– Спасибо, – поблагодарил Макс, прикладывая к лицу мокрый пакетик с травами внутри. Потом продолжил осматриваться.
– Наверное, необычно в первый раз увидеть такую коллекцию, – улыбнулась Чайница, наблюдая, как Макс озирается с открытым ртом. – Правда, здесь далеко не всё. Только то, что наиболее часто используется, – добавила она.
– Зачем… столько? – Макс попытался посчитать чайники, но быстро понял, что это глупая затея.
– На любой случай, а случаев бывает очень много, – ответила Чайница. – Ведь каждому нужен свой особенный чай. Тот, кто приходит ко мне в поисках утешения или исцеления, всегда знает, что я смогу подобрать для него именно тот чайник, который ему нужен и заварить именно тот чай, который ему необходим.
– На любой случай? – повторил Макс. В душе у него шевельнулась надежда.
– На любой. Разлука
– А есть чайник на случай… возвращения домой? – с замиранием сердца спросил Макс. Он уже представил, как выпьет волшебного чая из красивого чайника, выйдет за порог этого чудного дома и окажется в своём мире. – К маме?
– Милый мой Макс, – Чайница положила ему на плечи свои тёплые мягкие руки, – присядь, выпей чаю. Нам о многом нужно поговорить. И, к сожалению, о многом помолчать. Но мы справимся.
– Я хочу домой, – сказал Макс, – мне обещали, что ты поможешь. Поможешь ведь?
О том, откуда Провидица знает его имя, он спрашивать не стал. Провидица же!
– Присядь, – ласково повторила она, и ему пришлось повиноваться. Противиться этому нежному голосу не было сил. – А пакетик можно отложить, всё должно уже пройти, – и она кивнула на блюдечко, куда Макс положил чудное лекарственное средство, отлепив его от глаза. Ни боли, ни отёка, ни припухлости уже не было. Фантастика!
Терций и Аврора молча стояли у входа, не спуская с них взглядов.
– Что ты видишь? – спросила Чайница Макса, обведя рукой стены, увешанные полками с чайниками.
Макс молча уставился на них, обшаривая каждый чайник глазами. Вот небольшой пузатый, белый, с красивыми расписными птицами и лилиями. Вот голубой, причудливой формы, с вылепленными розовыми бутонами на зелёных стеблях, обвивающих ручку и носик, и распустившимся розовым цветком на верхушке крышечки. Вот пухлый, полностью – от основания до крышки, с захватом носика и ручки – покрытый магнетическими узорами синего, зелёного и золотого цвета. Вот – боже мой! – прекрасный, как старинный витраж, прозрачный чайник с яркой просвечивающей на стекле живописью: синим морем, белым парусником и чёрными птицами. А вот рождественский чайник, квадратный, в виде дома, покрытый красным лаком, а крыша у него чёрная, с белыми хлопьями глазированного снега, колонны по бокам золотые, а фасад украшен ёлочными ветками и венком на двери. А вот ещё перламутровый, закрученный улиткой, а на крышке у него – ракушки, маленькие и большие, и жемчужины, а на ручке – морские звёзды, носик же обвивает водоросль. Или вот: ярко-голубой, как чистое небо, чайник, с белыми якорями и маленькими розовыми звёздочками. А ещё…
– Чайники, – буркнул Макс. – Много-много.
– Нет, – сказала Чайница. – Вовсе нет.
– А что же тогда?
– Судьбы. Судьбы, Макс.
– Чьи?
– Тех, кто ко мне пришёл, и тех, кто ещё придёт. Тех, кто готов узнать свою судьбу.
– И ты скажешь мне мою? – спросил Макс, зачарованно глядя то на Чайницу, то на красивые чайники за её спиной.
– Нет, Макс, – покачала головой Провидица. – Ты ещё не готов.
– Но что тогда я здесь делаю?
– Не на судьбу, но на ближайшее будущее мы с тобой взглянуть сможем, – улыбнулась Чайница. – Тем более, как я понимаю, вы пришли убедиться, что ты – тот самый.