Лесной роман
Шрифт:
— Какого черта, — кипятился он, выглянув в окно, — какого черта они обнимаются?
— Уилл — расхохоталась Эмма, — ты, что не знаешь, почему люди обнимаются, — она уже плюхнулась на свою кровать, делая глоток вина.
— Стоп, стоп, — он выставил руки вперед, — мы сейчас говорим о твоей подруге Реджине, а она Робина не переносит, — в рассуждениях Скарлетт занял соседнюю кровать, откинувшись головой на подушку. — Скажу честно, мне кажется, что твоя подруга всех не переносит.
— Эй, — Свон шутливо толкнула приятеля в плечо, — она моя подруга, но вообще
— Вот-вот, — кивнул Уилл, сделав глоток вина. — И завтра она пришибет моего друга.
— Мы его спасем, — хихикнула Эмма, представляя как завтра ее подруга будет отбиваться от подколов, а уж она подколет, обязательно. — А сейчас пусть хоть 5 минут побудут вместе, мне кажется, там химия.
А в ночном воздухе, действительно, витала химия: она окутывала кроны деревьев, заставляя не шуметь; договорилась с луной, которая выглянула из-за облаков и даже убедила прохладный ветерок замолчать. Природа замерла, позволяя гостям леса насладиться тихой и спокойной ночью, а также раствориться в этой тишине и объятиях друг друга.
— Эмма и Уилл ушли, — развернувшись, Реджина снова оказалась в приятном плену мужских рук. Закусив губу и явно, что-то решив, она окольцевала шею Робина, заставив вздрогнуть от холодных пальцев.
— Они пошли искать музыку, — практически шепотом, пояснил Локсли, губы которого задержались почти в сантиметре от приоткрытых женских губ, а руки рисовали на спине незатейливые фигуры, прижимая ближе желанное тело. — Тебе не нравится моя компания?
— О, нет, профессор, — улыбнувшись, зашептала Реджина, перебирая короткие волосы, и чувствуя мужское дыхание на губах. — Как вы могли, так подумать.
— Какая прилежная ученица, — Робин вскинул бровь, играя в профессора. Коснувшись губами уголка женских губ, он немного отстранился.
— Робин! — очнувшись от нежного прикосновения, Миллс рассмеялась. — Что ты тут за ролевые игры устроил? Профессор и ученица — это, что твоя сексуальная фантазия?
— Какая банальность, — мужские губы медленно, даже лениво, начали свой путь по нежной щеке, обжигая дыханием, и остановились на губах. — Вот королева и разбойник мне больше нравится.
— Ммм…- мурлыкая, женская голова, медленно отклонялась, призывая мягкие, слегка шершавые губы продолжить путь. Разум разговаривать отказывался, будто желал того же самого.
Насладившись красными губами, мужские губы запорхали по тонкой шее, вызывая тихие женские вздохи. Поощряя данные действия, Реджина спустила руки по сильной спине, нырнув под рубашку. Горячее тело обожгло, а острые ноготки уже выводили магические символы. Робин быстро нашел чувствительное место за аккуратным ушком, чем вызвал первый женский стон, и первые царапины на собственной спине. Сильная рука уже зарылась в мягких волосах, массируя затылок, а вторая поползла по спине, минуя поясницу, как внезапно раздался хруст веток и приближающиеся шаги, но этого никто не замечал.
— Черт, — послышался раздраженный голос Уилла, от которого мужчина и женщина отскочили в разные стороны, — простите ребят, — он виновато поднял руки. —
— Мы идем тоже, — поправив волосы и расправив платье, со свойственной холодностью пояснила Реджина.
Робин попытался положить руку на женское плечо, но потерпел фиаско — она была скинута. Профессор был готов взреветь, словно зверь, которого ранили, но было поздно.
— Я убью тебя, Уилл, — наклонившись, буквально прошипел Локсли, толкнув друга в бок.
Скарлетт виновато развел руками, всучив ему бутылку. Буквально через минуту троица оказалась в комнате вместе с Эммой, где она также пнула Уилла, обещая убить. Реджина сделала несколько больших глотков вина, прогоняя последние воспоминания: губы, руки, дыхание, теплота. Локсли последовал примеру подруги, пригубив вина, после чего снова осмелел и плюхнулся на женскую кровать.
— А ну-ка брысь! — недовольно шикнула Миллс, скрестив руки на груди.
— Я уже хорошо лежу, — довольно протянул профессор. — Подвинься, не будь жадиной.
— Предлагаю выпить за мир во всем мире, — вдруг предложил Уилл, желая разрядить обстановку.
Тост был поддержан, о чем свидетельствовал звон бокалов и задорный смех. Снова посыпались шуточки, порой пошловатые, но никто не жаловался. Вскоре Уилл уже удобно развалился на кровати Генри, блаженно прикрыв глаза, а Эмма, осушив бокал, отставила его на стол и решила вздремнуть, хотя бы пару минут, но Морфей и ее быстро забрал в свой плен. В это время Робин и Реджина продолжали делить кровать, понимая, что воинственный настрой вновь вернулся.
— Все, иди к себе, — Миллс сделала очередную попытку столкнуть этот айсберг.
— Мы сегодня все спим тут, — кивнув на спящего друга, профессор демонстративно скинул обувь, устраиваясь удобнее. — Присоединяйтесь, ваше величество.
— Выкинь свои извращенские мыслишки из головы, — в раздражении, она сделала новый глоток, понимая, что алкоголь закончился. — Я с тобой спать не буду!
— Ты со мной и целоваться не собиралась, — прищурившись, Робин мимолетно коснулся женских губ, но сразу получил удар в грудь.
— Да пошел ты! — вскочив, Реджина тут же пошатнулась, но сильные руки быстро среагировали, не просто поймав, а удобно уложив женское тело на себя.
— Не кричи, — шепнул Локсли, крепче прижимая к себе раздраженную женщину, и замечая, что сейчас на него смотрят испуганно-злые и вечно бегающие глазки. На удивление женщина перестала вырываться и просто прожигала взглядом, заставляя отпустить. — Засыпай, — уже как ребенка, гладя по голове и перебирая волосы, попросил он.
Тихий шепот успокаивал, заставлял забыться, прикрыть глаза и как в детстве сразу заснуть, не думая ни о чем. Алкоголь, поздняя ночь и мужские объятия сделали свое дело, и женская голова мирно устроилась на сильной груди, а нос уткнулся в теплую шею. Вдыхая яблочный аромат волос, Робин сомкнул руки на тонкой талии, и, не удержавшись, снова коснулся мягких губ, с которых исчезла помада. С мыслью о том, что это его работа, профессор также погрузился в сон.