Лесной дом
Шрифт:
Первая страница — поместье матери. Пустынное место, в котором давно никто не жил. Рухнувшие дырявые крыши и основного жилого дома, и корпуса, к нему прилегающего. Наглухо — не пройти — заросший двор. Здесь есть не только травы и кустарники, но уже начинают подниматься деревья. Легко. На таком-то удобрении. На костях погибших…
Страница вторая. На нём тот же лесной дом дана Регана, но страшно обветшалый. Раскрытые двери, обвисшие, еле держались — чуть ли не на честном слове. Кое-где стены дома выпятились от старости и долгих ливневых дождей — от забытости людьми, без их заботы. Вокруг дома — дремучие заросли кустарников
Внезапно затрещали доски под чьими ногами — так выяснилось, что альбом исполнен, кажется, в технике «три-ди-видео», если вообще не является видео-сборником, странно оформленным…
На крыльцо, осторожно ступая по трухлявым доскам, вышел сильно хромающий оборотень. В похудевшем до изнеможения, неожиданно постаревшем Куне было трудно узнать того оборотня, который умел быть сильным даже в тяжёлых для себя обстоятельствах. Этот другой Кун навсегда остался хромым, потому что когда-то прогрыз собственную лапу, чтобы выбраться из беспощадного капкана…
Он остановился на досках перед первой ступенью крыльца, покосившись на колонны, тоже державшиеся на честном слове, и разжал кулак. На солнце блеснули еле заметные крупинки чёрной соли. Последние. Кун облизал губы, с отчаянием глядя на лес, и медленно спустился по затрещавшим под его ногами лестничным ступеням.
…Длинный ждал, глядя на картину с умирающим лесным домом.
И дождался.
Разваливавшийся дом внезапно зашевелился. Угрюмая зелень, захватившая его в плен, медленно убралась-отхлынула от его стен. Булыжники очистились от сорной травы и вернулись на своё место, наметив дорогу, которая явно достаточно часто использовалась по назначению. Дерево и камень, из которых был построен дом, будто втянули живот и расправили плечи, и лесной дом обрёл обычные формы здания, в котором не только живут, но и заботятся о жилище…
Широко распахнулась дверь. На крыльцо выбежала белобрысенькая и радостно закричала, оглянувшись в дом:
— Дан Виктор! Леди Алиссия! Дан Реган приехал!
…Сухие губы Длинного тронула улыбка облегчения, и он закрыл альбом.
И выпрямился на шорох в левом углу кабинета.
Здесь появился ещё один Длинный, одетый точно так же — в одеяние храмового служителя. Он сразу увидел альбом на столе и, подняв глаза, вопросительно кивнул первому Длинному.
— Получилось, — сдерживая рвущуюся радость, сказал тот. — Как у тебя?
— Мать уже адаптирована, — усмехнулся второй. — Отец семейства пришёл проведать брошенную семью, и, кажется, ему понравилось то, что он увидел. Эта серая мышка вполне в его вкусе. Переброшенная в наш мир женщина была слишком непокорной для него, слишком властной — сама того не замечая. Но пока он думает, возвращаться ли. С девушкой Алиссией тоже неплохо выходит. Мы перевели её на удалённую работу. Так что… Она пока обучается во сне. С мальчиком Виктором есть проблемы. Он должен закончить хотя бы среднюю школу. Но знаний для него многовато. Да и не умеет он учиться. Не обучен добывать знания. Единственное, что сумели придумать… Мальчику взяли в школе академический отпуск по здоровью. Есть здесь такое… Сейчас он чаще лежит во сне, под пентаграммами,
— Может, надо было так же поступить и с этой семьёй? — задумчиво кивнул первый Длинный на альбом.
Второй подошёл, открыл первую страницу. Улыбки скрывать не стал.
— Нет. Эти трое оказались гораздо сильней, чем те, кого они заменили. Они и без нашей помощи были лучше приспособлены к новым для себя условиям.
…Семье из магического мира пришлось долго объяснять, что вся она погибла в том самом мире. Бы. Погибла бы. Если бы не перемещение.
Потому как девушка Алиссия не смогла справиться с ситуацией, когда её оболгали, и приняла изгнание как должное.
Ко всему прочему тамошняя леди Алиссия даже не подумала о том, что имеет магические способности. Чем осложнила собственный недолгий быт в лесном доме.
Была слишком робка, чтобы пройти с братом по дороге к перекрёстку, и не нашла белобрысенькую Лулу, которая знала об измигунах и могла бы предупредить опальных брата и сестру об опасности.
Настоящая леди Алиссия не сумела проявить милосердие, когда её брат, дан Виктор, нашёл в лесу попавшую в капкан собаку. Она велела брату оставить пса на месте, потому что не боялась собак, а брезговала ими.
И в первую же ночь, никем не предупреждённая, леди Алиссия погибла вместе с братом от впущенных в дом пересмешников-измигунов, услышав голос матери.
А гнёзда измигунов подпитывались своей численностью.
Чем больше их было, тем чаще появлялись следующие.
Лесной дом вскоре превратился в гнездо новой измигуньей матки.
…Храмовые служители не имели права вмешиваться в магические дела королевства. Слишком тонкими и уязвимыми были магические взаимосвязи. Можно было испортить всё невозвратимо. Но имели право и возможность привлекать для исправления ситуации нужных людей из мира, о котором недавно узнали. Лишь бы замена была выигрышной для обоих миров.
Поняв, что побеждённые враги королевства собираются с помощью измигуньего заклинания абсолютно обезлюдить государство, которое не сумели завоевать в обычной войне, служители бросились за помощью в человеческий мир. И с трудом нашли семью, в которой, на их счастье, мать и дети были нужного возраста и почти с теми же именами, что необходимы.
Семья, вытащенная из мира магического, тоже хорошо вписалась в современный мир. Правда, с небольшими поправками.
— Здешний ход событий проследить трудно — в отличие от мира магического, — задумчиво проговорил первый Длинный. — Что-нибудь уже предугадали?
— Для девушки Алиссии — да, — отозвался второй храмовый служитель. — Она будет работать там же, но переведённой на так называемую дистанционку. А поскольку она будет выполнять только личный объём работы, то у неё появится много времени для прогулок. Вскоре она должна будет встретить молодого человека, который выкажет ей своё благосклонное внимание.
Для обитателя магического мира «благосклонное внимание» могло значить только одно: дело должно закончиться законным браком.
— Мать уже адаптирована?