Лепестки роз

А когда же это всё началось? Может, с рождения? Нет, глупости. Моё сознание начало меняться гораздо позже. Да. Точно. Всё началось тогда. В тот день…

Помниться, стоял сентябрь, но солнце жгло кожу сильнее, чем в июле…

«Розы… розы… розы… что же интересного и привлекательного находят девушки в этих колючих растениях?»,

думал я, витая в мечтах на уроке алгебры, «и почему сейчас, в сентябре, так жарко? Бред…».

– Морковкин, пойдёшь, завтра, на гаражи? – вернул меня в реальность знакомо-заинтересованный шёпот.

– Нет, Картошкин, – ответил я своему соседу по парте.

Похоже, что мой голос слишком громко ответил, ибо учитель грозно бросил взгляд в нашу сторону. Мы сделали вид, будто что-то пишем в тетради.

Однако Картошкин, в самом деле, что-то начеркал ручкой. Я пригляделся: «а если я скажу, что там будут красивые девчонки, ты всё равно не пойдёшь?».

«Понимаешь, «красивые» не значит «умные». Всё просто», написал я в ответ.

«Почему?????????????», продолжил переписку Картошкин, напрягая свои пухлые щёки.

«Просто не хочу», резко ответил я и отвернулся.

– Ты сильно изменился за это лето, – произнёс мой сосед вслух свои мысли от нервного перенапряжения.

– Картошкин и Морковкин! Хватит болтать! – крикнул учитель, строго поправляя свои круглые очки.

Картошкин затих.

«Есть вещи важнее гаражей. Когда-нибудь, я надеюсь, ты это поймешь…», – написал я и углубился в учебник.

Со стороны могло показаться, что мне интересно изучение нового материала. Поэтому Картошкин фыркнул в ответ моему тексту и решил не отвлекать. Однако меня захватил не интерес к учебнику алгебры, а мысль о ней, «сегодня надо снова ей позвонить. Да, пожалуй, я наберу её после школы…».

Учитель что-то рассказывал о системе уравнений, нужной для решения задач с двумя переменными, а я удалялся всё дальше – ближе к концу июня, началу июля, в то самое время, когда встретил её и…

Звонок на перемену прервал моё витание в облаках.

Одноклассники повыпрыгивали из кабинета. Только Картошкин продолжал сидеть и супиться.

– Но почему ты так изменился? Почему? – продолжал он допрашивать, глядя на меня яркими зелёными глазами, скрывшимися за белокурой чёлкой. – Мы всегда были друзьями. С первого класса! Да что там! Мы подружились ещё в детском саду…

– Времена меняются. К тому же, ты собирался идти с девчонкой, – напомнил я.

– Я уже сказал ей, что приведу с собой друга, то есть тебя, – отвёл взгляд в сторону друг детства.

– Гм… а ты ей не сказал, что у твоего друга уже есть подружка?

– Но у тебя же… – посмотрел на меня Картошкин, уточняющим взглядом.

Я улыбчиво подмигнул.

– Да ладно! Серьёзно? Когда успел? – посыпались вопросы от соседа по парте.

– Ну, в конце июня…

Не успел

я договорить, как мой сосед уже выбежал из класса.

– Эй! Вы слышали? Морковкин девушку завёл, – пошёл сплетничать Картошкин.

Мой взгляд непонимающе смотрел на происходящее: все удивлялись этой новости, как чему-то сверхъестественному. Я никак не предполагал такого поворота событий…

– А она из нашей школы? А она красивая? А сколько ей лет? Она вообще существует? – сыпались насмешливые или завистливые вопросы. Впрочем, как мне кажется, зависть рождает насмешку.

«Не ожидал от тебя такого Картошкин», подумал я и, развернувшись, ушёл в коридор.

«Меня выставили посмешищем. Тот, кого я считал другом, воткнул мне нож в спину…», моя душа начинала загораться яростью. Захотелось что-то ударить со всей злости, но голос моего старого друга остановил и немного успокоил меня.

– Миша, с тобой всё в порядке?

– Да, Стёпа. Всё хорошо.

Степан Железов или, как его называли почти все в школе, Стёпка-Железка всегда приходил мне на помощь в трудную минуту. Высокий рост и широкое телосложение говорили сами за себя: он вселял ужас в сердца обидчиков и воодушевлял своим видом пострадавших.

– «Хорошо» это не «отлично»! Кто тебя обидел?

– Правда, всё хорошо. Просто настроение не очень, – оправдывался я, чтобы улизнуть от объяснений.

– Нет, тебя точно кто-то обидел. Я разберусь, в чём проблема, – пообещал он, сжимая кулаки.

– А если это проблема, которую нельзя решить грубой силой? – поинтересовался я.

– Таких проблем нет! – ответил Стёпка-Железка.

– Нет. Они есть. Например, долгая депрессия…

– Не знаю, Мишка. У меня никогда не было депрессии, – радостно заявил Степан.

Я хотел что-то сказать, но на телефон пришло сообщение от неё: «когда у тебя закончатся уроки?».

«В 14:10», набрали мои пальцы в ответ.

«Хорошо. Буду ждать тебя в 14:40 там же, где обычно. Ты не против, если я возьму с собой подругу?»

«Не против. Просто мне придётся прихватить с собой друга»

– Степан, пойдёшь со мной сегодня после школы на… встречу с одной… одним другом? – обратился я к Железову.

– Как скажешь. Всё равно у меня нет планов на сегодня, – согласился Стёпка-Железка.

Оставшееся время до конца уроков я снова мечтал о ней…

Обычно мы встречались возле фонтана на центральной площади нашего небольшого городка.

Она, как всегда, опоздала на несколько минут.

Мы перекинулись самыми обычными приветствиями. Завязался недолгий разговор.

– Ты говорила, что возьмёшь с собой подругу.

– Она опаздывает. А как твой друг? – взгляд её тёплых и нежных глаз, подобных Моне Лизе, навсегда врезался в мою память.