Лео Мэддокс
Шрифт:
О да! Она ощущалась такой теплой, такой совершенной и такой чертовски сладкой. Мое тело начало дрожать. Я даже ничего не делал, и это было уже слишком.
Руки Клары спустились вниз, и она крепко сжала мои бицепсы. Она даже глаза закрыла. Черт! Могу ли я заставить ее кончить таким образом? Может быть, но не перестану мягко дразнить ее. Как только убедился, что она почти готова взорваться подо мной, я отодвинулся.
Ее глаза тут же открылись.
Не смог сдержать улыбки.
— Не двигайся, — сказал я, легко скользя пальцами вдоль ее тела. Мои руки ласкали ее, пока одна из них не приблизилась
— Сейчас я собираюсь поцеловать тебя… — предупредил я, медленно проведя пальцем по центру ее тепла.
— Здесь.
Затем я опустился, поместил свою голову между ее ног и прижался к ней губами.
Знаю, что шокировал ее, потому что она ахнула и попыталась сжать ноги. Но почти так же быстро она расслабилась подо мной, уступая моему языку и моим прикосновениям. Черт! Меня даже удивило, насколько мне это понравилось. Потому что она была на вкус слаще, чем девушка должна быть. Мой взгляд метнулся вверх, чтобы встретиться с ее. И этот взгляд, что мы разделяли, был чистой, без тени смущения похотью.
Она вздрогнула, и я заметил, как мурашки покрыли ее живот.
— Лео! Остановись! — вскрикнула она.
Я тут же остановился, не понимая, что же сделал не так.
Видимо ничего. Потому что она схватила меня за руки и резко дернула меня вверх по ее телу.
— Я хочу кончить только тогда, когда ты будешь внутри меня, — почти отчаянно простонала она, жадно целуя меня, притягивая мои бедра ближе к ней.
И я был не против.
Расположившись между ее ног, начал медленно проникать в нее, однако сделал паузу, чтобы прошептать:
— Не двигайся, детка.
Наши взгляды встретились. Она не пошевелилась.
— Сейчас может быть больно, — объяснил я. Никогда не был с девственницей, во всяком случае, мне об этом ничего не известно, и хотел бы сделать это настолько безболезненным для нее, насколько это возможно.
— Я сделаю это быстро. Когда войду в тебя, на минуту перестану двигаться, чтобы ты могла привыкнуть ко мне. Хорошо, «убийца»? Затем я выйду из тебя. Я не хочу причинять тебе боль. И если ты захочешь прекратить это, скажи, и мы остановимся.
Кусая губу, она не отрицала моих сомнений.
— Ладно, Лео. Я тебе доверяю, — сказала она.
— Хорошо.
С шумом выдохнул. Я и не понял, что задержал дыхание, пока мои руки сжимали ее бедра. И у меня есть кое-что серьезное для ее бедер. Они мягкие, но сильные, офигенно сексуальные, и мне очень нравиться трогать их. Установил ее бедра под нужным углом. Не теряя ни секунды, потому что каждая секунда, когда я не внутри нее — это чистая пытка, я протолкнулся внутрь.
Я тоже это почувствовал. Момент, когда сорвал ее девственность. Не знал, что это так легко почувствовать, но это так. Как и обещал, остановился внутри нее, зависнув на прямых руках. Это похоже на восхитительную пытку.
Прошла едва ли секунда, прежде чем она сказала:
— Я к тебе уже привыкла. Можешь двигаться.
Улыбнулся ей. Клара выглядела чертовски красивой подо мной.
— Я серьезно, Лео. Пожалуйста, начинай двигаться.
Она схватила мою задницу, заставляя меня сделать движение.
А затем это произошло. Я начал двигаться, уступив ей полностью. Вышел из нее, а затем не был так нежен, как должен был быть, когда вдалбливался
— Да, Лео! — кричала она.
— Боже, да!
Ее ноги крепче сжались вокруг моей талии, и для того, кто никогда не делал этого раньше, это не доказательство. И я узнал что-то новое о себе… трезвый секс — это лучший секс.
Как только это осознал, то замедлил темп и начал контролировать свои движения. Мы набросились друг на друга быстро и яростно, но мне нужно время, чтобы замедлить ход. Хочу продлить этот момент так долго, как только смогу. С Кларой не существовало финишной линии. И бессмысленно трахать ее так, как дико и необузданно хочет мое тело — совсем не так я хочу запомнить наш первый раз. Мои движения стали мягкими и осторожными… даже сладкими. Я медленно входил и выходил из нее, прислонившись лбом к ее лбу и пристально глядя ей в глаза.
Мы двигались в таком ритме, пока она не прошептала:
— Лео, пожалуйста. Пожалуйста.
Мог бы сказать, что она была уже близка к финалу. Но я был ближе.
Положив руку между нами и прикасаясь к ней именно так, как было нужно, я помог достичь ей оргазма. Ее рот открылся так, словно Клара действительно кричала, но она не издала ни звука. Смотреть, как она кончает — словно коснуться солнца. Больше никогда не будет ничего более великолепного, чем этот момент. Ее внутренние мускулы сократились, крепко меня сжимая. Мои пальцы пробежались по ее обнаженной груди, когда она, изогнувшись, прижалась ко мне. И даже когда мой собственный оргазм взорвался во мне, удивив тем, как он внезапно захватил все мое тело, мы так и не разорвали зрительный контакт.
Когда смог отдышаться и мир снова обрел смысл, я прошептал:
— Спасибо, чертов Господь, что ты сбил меня этой машинкой для гольфа.
Она засмеялась, а я даже не пытался скрыть улыбку, что появилась у меня на лице.
— Всегда, пожалуйста, — пошутила она.
— И думаю, что я всё-таки сниму твои трусы.
Я рассмеялся — и счастлив и в своем уме, что, возможно, произошло впервые. Но когда засмеялся, мое тело слегка двинулось, и обнаружил, что все еще твердый и погружен глубоко в нее. Мы оба почувствовали это движение, и оба тут же перестали смеяться. Меня словно током прошило.
Я хочу обладать ею. Снова. Сейчас.
Приподнялся на руках, покачивая бедрами и рассматривая Клару под мной. Готова ли она к тому, что мы попробуем сделать это снова так скоро?
— Ты в порядке? — прошептал я.
— Никогда не чувствовала себя лучше, — ответила Клара.
Очень медленно я подвигался вперед-назад внутри нее.
— Мое предложение сыграть в «Монополию» все еще в силе.
— Заткнись к черту, Лео. Не будь такой задницей.
— Думаю каждый раз, называя меня задницей или каким-либо вариантом этого слова, ты, таким образом, выражаешь свою нежность. Я прав?