Легко
Шрифт:
Дорога к его дому — квартире над обособленным гаражом — не занял более десяти минут.
Мои руки занемели по двум причинам: холодного ноябрьского ветра и моей железной хватки. Пока он парковал мотоцикл в проеме между гаражом и открытой лестницей, я потирала руки друг о дружку. Он подошел, и стал массирующими движениями приводить к жизни каждую по очереди.
— Мне надо было сказать тебе взять перчатки.
Я указала на дом в нескольких метрах от нас.
— Твои родители живут там?
— Нет. — Он повернулся и зашагал
Он открыл дверь в огромную студию, со стеной без двери, отделяющей, как я предположила, спальню в дальнем правом углу. Слева располагалась небольшая открытая кухня; ванна была между ними. На диване возлегал огромный рыжий кот, разглядывая меня с типичной кошачьей апатией. Затем он спрыгнул с дивана и направился к двери.
— Это Франсис. — Лукас открыл дверь, и кот лениво выплыл наружу, останавливаясь на лестнице, чтобы вылизать лапу.
Я засмеялась, двигаясь в центр комнаты.
— Франсис? Он выглядит больше как … Макс. Или может Кинг.
С еле заметной улыбкой он закрыл и запер дверь.
— Поверь мне, он и так достаточно самодовольный и без мачо-имени подтверждающего это.
Пересекая комнату по направлению ко мне, он снял с себя куртку. Не отрывая от него глаз, я стала расстегивать пуговицы на моей кофте.
— Имена важны, — сказала я.
Он кивнул, опуская взгляд к моим пальцам.
— Да. — Я медленно, сверху вниз, просовывала огромные пуговицы кофты через петли, как будто под ней ничего не было. Взявшись за лацканы, он помог мне снять ее с плеч, проводя пальцами по рукавам моего свитера. — Мягкий.
— Это кашемир. — Мой голос был практически бездыханным, хоть я и хотела продолжить разговор об именах, хотела выжать из него признание, почему он пудрил мне мозги, но я не могла выдавить из себя слова.
Кофта сползла с кончиков моих пальцев и он, повернувшись, кинул ее поверх своей куртки.
— У меня был скрытый мотив, чтобы привезти тебя сюда.
Я моргнула.
— Да?
Состроив гримасу, он взял меня за руки.
— Я хочу показать тебе кое-что, но не хочу тебя напугать. — Он вздохнул. — Этим утром… последнее… защита на земле… — Он пристально наблюдал за мной, и я попыталась отвести взгляд от его глаз, потому, что мое лицо горело от стыда, но я не смогла. — Я знаю, что ты не поверила в то, что это сработает. Я хочу показать тебе, что это не так.
— Что ты имеешь в виду, показать?
Его руки сжали мои.
— Я хочу научить тебя как правильно его исполнять. Здесь. Без посторонних глаз.
Утром меня сильно напрягало воспроизведение той позиции, но он не знал о том, что от того, что он наблюдал за этим, было еще хуже.
— Доверься мне, Жаклин. Это работает. Позволь мне тебе показать?
Я кивнула.
Мы вышли в центр, и он потянул меня вниз, на колени, рядом с ним.
— Ложись вниз на живот.
С
— Большинство мужчин не имеют никакой практики в боевых искусствах, так что они не смогут правильно отразить твои действия. Особенно те, кто не будут ожидать твоего сопротивления. Помни, что Ральф сказал — главное, это убраться подальше оттуда.
Со щекой на ковре и бешено бьющимся сердцем, я кивнула.
— Помнишь движения?
Я покачала головой и закрыла глаза.
— Все нормально, я заметил, что ты нервничала в конце занятия. Твоя подруга правильно сделала, что не стала тебя заставлять. Я тоже этого не хочу. Я просто хочу помочь тебе чувствовать себя, более уверено.
Я сделала глубокий вдох.
— Хорошо.
— Если ты еще раз окажешься в этой позиции, я хочу, чтобы ты действовала, не задумываясь, не тратя время и энергию на то, чтобы отделаться от него.
Я замерла, вспомнив Бака.
— Что такое?
— Бак, его зовут Бак.
Я услышала, как он втянул носом воздух, как будто пытаясь себя успокоить.
— Я постараюсь запомнить это. — На мгновение он замолчал. — Первое движение не помогает освободиться, как раз наоборот, это обессиливает, но в этом и дело — в итоге, ты заберешь силу у него. Выбери сторону, на которую ты будешь переворачиваться, и вытяни ту руку вперед, как будто, если бы ты стояла, ты пыталась дотянуться до потолка.
Я вытянула вперед левую руку, как он сказал.
— Хорошо. Теперь, другой рукой, приподнимись немного, этим ты уже нарушишь его баланс. Ладонь вниз, локоть вверх. Оттолкнись и перекатись в сторону, скинув его.
Я сделала, как он сказал — легко, когда тебя никто не придавливает вниз.
— Попробуем? Я надавлю тебе на плечи и использую свой вес, чтобы держать тебя неподвижно. Если ты не справишься, только скажи и я отпущу. Хорошо?
Я подавила панику.
— Хорошо.
Он прижал мои плечи к полу, и я практически заплакала от того, насколько мягче было его прикосновение по сравнению с жестокостью Бака. Он лег сверху на меня, и я могла чувствовать его дыхание у моего уха.
— Руку вверх. — Я повиновалась. — Ладонь на земле, отталкивайся, сильно, и перекатывайся в сторону.
Я сделала, как он сказал, и он слетел с меня.
— Превосходно. Давай попробуем еще раз.
Мы пробовали снова, и снова, и снова, и каждый раз он нажимал сильнее, и становилось все труднее его сбросить, но все же, мне это удавалось. Пока я, по ошибке, не оттолкнулась бедрами, пытаясь подняться.
Он резко выдохнул.
— Так не пойдет, Жаклин, - хоть это и нормальная реакция на что-то, что ты не хочешь, чтобы было на тебе. Единственная возможность сбросить с себя мужчину, в данной позиции, это перекатиться в сторону. Я слишком силен, чтобы ты смогла меня сдвинуть, оттолкнувшись вверх. Тебе надо побороть этот инстинкт.