Легавый
Шрифт:
— Куда?! Убью! — Тимон кинулся в погоню, растоптав по пути один из фонарей.
Вылившееся на пол масло вспыхнуло. Слава богу, не сильно близко от связанной пленницы.
Не устроить бы тут пожар.
Четверо придурков, бестолково мечущихся в неровных отсветах разгорающегося пламени по пустому просторному складу, против нас пятерых. Был у них, хоть и мизерный, но шанс выиграть в эти нелепые пятнашки, прорвавшись к выходу. Однако там на улице их тоже ожидал комитет по встрече в лице оставшихся в оцеплении жандармов.
Куда больше меня волновало, куда запрятался козлорогий. Тут, кроме как в коморке сторожа, и укрыться-то негде.
Вот я дебил!
Громыхнувшая за спиной дверь подтвердила запоздалую догадку.
Едва развернулся — почти перед глазами оскалившаяся харя козлоголового. На плечах алая мантия, в руке огромный мясницкий нож. Он ещё и на голову выше меня, скотина!
По носу шибануло зловонием, спину пронзил холод страха. Я рефлекторно попятился от кинувшегося в атаку монстра. Запнулся и рухнул вниз, сильно долбанувшись копчиком.
Боль заставила очнуться и выстрелить в харю уже нависшего надо мной чудища.
Дротик угодил прямо в пасть. Рогатая башка дёрнулась, но монстр даже и не подумал сдохнуть. Замахнулся на меня своим мясорезом.
Вдалеке грохнул выстрел. Пуля орка, поспешившего меня спасти, вырвала с корнем лохматое ухо козлины и недурно долбанула его по черепушке. Жаль, вскользь прошла, заставив монстра лишь пошатнуться, и даже кровь из скотины не пустила. Однако всё же напугала рогатого и лишила его желания порубить меня в капусту.
Подскочив, словно натуральный горный козёл, монстр ринулся в сторону входной двери и распахнул её одним мощным пинком. Невесть как не зацепившись за косяки рогами, вырвался на улицу.
Стрельнул ему вслед из второго укорота. Попал — нет, чёрт его знает. Рогатый урод благополучно скрылся с моих глаз.
Пришлось подниматься и бежать догонять, на ходу перезаряжая оружие. Чёрт с ними, с сатанистами. Без своего главаря эти мерзавцы, если даже и смогут сбежать, от страха забьются в какую-нибудь щель и постараются подольше не отсвечивать. Да и вычислят их вскоре. Сдаст их Васька с потрохами, никуда не денется.
За пленницу теперь уже тоже можно не опасаться. Разве что кто-нибудь синяков ей добавит, запнувшись случайно.
Снаружи крики и щелчки выстрелов.
Выметнувшись на улицу, я перескочил через так и не очнувшегося сатаниста. И чуть не запнулся об урядника, повалившегося рядом.
Сука! По белому кителю на груди жандарма расползалось кровавое пятно, тёмно-багровое в наступающей темноте.
Похоже, саданул его рогатый ублюдок своим тесаком. Не ожидал урядник такое чудище увидеть, вот, наверное, и растерялся. Зря мы не рассказали жандармам про козлоголового. Побоялись, что не поверят нам. Вот и подставили, выходит, урядника.
— Держись, мужик! — не стал я задерживаться возле него. Другие помогут.
Выскочил из проулка на дорогу. Ну и в какую
— Туда он побёг, вашблагродь! — подоспел ко мне один из жандармов оцепления, тыча пальцем налево вдоль улицы. — Видал я его.
Жаль, что не в сторону наших экипажей он побежал.
Я кинулся в указанном направлении. И правда, впереди маячила фигура беглеца. В том, что это он, даже не усомнился — светлую козлиную шерсть и развевающуюся за спиной алую мантию отлично было видно даже в темноте.
— Я как страхолюдину эту увидал, — догнав меня, затопал следом жандарм, — даже струхнул малость. Да и господин урядник замешкался. Только он наручники-то на мальца накинул, а тут чудище это. Я глазом моргнуть не успел, как тот его вдарил чем-то да наземь повалил.
— Ты в него стрелял? — в отличие от служивого, я много говорить не хотел, дыхалку берёг. Забег, похоже, предстоял длительный. А у меня, между прочим, ещё далеко не все раны зажили. И особенно, нога беспокоила. Не сдуться бы раньше времени.
— Ага, вашблагродь, — пропыхтел жандарм. — Два раза успел, да только бестолку всё, убёг мерзавец.
Вот и пойми, промахнулись мы оба или плевать козлине на дротики. Как же его тогда угандошить, чтоб уж наверняка?
— В голову ему в следующий раз целься, — мучаясь сомнениями, всё же посоветовал я жандарму. — В ухо там или в глаз. Не убьём, так хоть ослепим.
— Для того, вашблагродь, его ещё догнать нужно.
И то правда. К чёрту разговоры!
Я поднажал. Слава богу, рогатый бежал пока прямо, никуда не сворачивая. Дистанция вроде как стала сокращаться. Только вот помощник мой тут же приотстал. Хреново у них здесь с физухой рядовых дело поставлено. А может, боец просто не горел желанием поближе с этой чудо-юдой познакомиться.
И я вполне его понимал. Сам хоть и пёр наглым буром, сильно волновался, что не смогу справиться с рогатым оборотнем.
Вот зараза! Этот гад, добежав до конца глухого дощатого забора, свернул на перекрёстке направо, пропав из вида.
И ладно, если он просто свалил. А ну как затаился за углом и засаду устроил?
Подбегая к перекрёстку, я на всякий случай задал небольшого крюка, чтоб не сильно близко к углу забора оказаться. Заодно жандарму крикнул, чтоб прикрывал меня, если что. Вдруг эта морда козлиная кинется на меня, а я и выстрелить не успею.
Но нет, тот продолжал улепётывать со всех ног, и не помышляя о сопротивлении. Это радовало и обнадёживало.
Я вновь прибавил скорости.
Может, урод этот всё-таки знает о своей уязвимости, потому и убегает? Иначе давно бы подстерёг, накинулся на нас двоих и покрошил в капусту, а не драпал бы, как фрицы в сорок пятом.
Забрезжившая надежда добавила сил. А может, просто второе дыхание открылось. Я так поднажал, что вскоре мчался уже буквально в двадцати шагах позади зверолюда.