Чтение онлайн

Когда Нэш со Свенсоном оказались внизу, все обезьяны исчезли. То есть впрыгнули в подземелье. Однако люки остались открытыми. Вернее, два люка. По ходу Нэш сообщил внутренней связью майору Джобовичу, куда он направляется. Джобович со своего сектора спешил на подмогу своей группой солдат.

Арена горела. Стоял истошный крик и люди давили друг друга, прорываясь к выходам из этого ада. Террористы запустили ракетницы по всему периметру. Больше горел верх Арены. Нэш бежал вниз, обуянный дикой жаждою мести и одновременно осознанием того, что каждая секунда промедления приводит страну к катастрофе. Нэш бежал, и стоны и крики зрителей только ободряли его. «Неизбежные

жертвы, но победа не за горами!» — звучал в его голове идиотский, какой-то чужой голос. Да, люди погибнут, соглашался с «голосом» Нэш. Много людей. Но так надо ради спасения цивилизации. Иначе будет только хуже и хуже. Хуже и хуже. Очень плохо. Смертельно плохо. Нет, полковник не сходил с ума.

Вот и сама площадка с жалко разбросанными гитарками, синтезаторами, барабанами. Вот и люки, куда сиганули проклятые обезьяны.

Арена горела сильней. Люди истошно кричали в давке. Подоспели пожарные, успокаивающие брандспойтами не только пламя, но и людей. И пламя и люди не успокаивались.

Жертвы, жертвы и жертвы. Кто их когда сосчитает? Но ведь такое было всегда — чтобы жить, надо приносить жертвы. Жить человечеству, цивилизации, да и конкретному правителю с его семьей. А за все — жертвовать. Людьми, животными, поломанными судьбами. И прочее, прочее.

Как великий и прославленный в истории полководец Жуков клал сотни тысяч жизней для общей победы, как знаменитый Наполеон нимало не содрогался, проходя по полю Аустерлица, так и не такой пока великий, но впоследствии не менее прославленный Нэш нутром своим понимал, что слезные сантименты здесь неуместны. На кону стояла ПОБЕДА.

Со Свенсоном они нырнули в люки. И темнота поглотила их на какое-то время. Затем слабенькое дежурное освещение позволило распознать дорогу. Лабиринтообразные ходы с запертыми на замки дверями наконец-то привели полковника и солдата в огромное подземелье. Овальное помещение, высотой метров пятьдесят и диаметром метров восемьсот, заполненное множеством строений, сарайчиков, загончиков — так обычно устроены все Великие Арены со времен Колизея. И среди этого нагромождения домиков, двориков и конюшен прятались злодеи, повергшие Империю Развлечений в ужас.

«Следить! Следить!» — бодрил себя Нэш, обращаясь одновременно и к Свенсону. Его настораживало застывшее как будто в страхе лицо скандинава. Поддерживая связь по рации, полковник знал, что за ними следуют майор Джобович и капитан Ферразези с бойцами.

Вот шевельнулось что-то справа по курсу, и Нэш дал туда очередь. Вскрик, визг — извиваясь, раненая обезьяна пыталась бежать от них в полутьме. Напрасно. Четким выстрелом наповал полковник дострелил тварь. Это оказалась горилла. Размером чуть меньше старшины Упыря. В кармане убитой Нэш обнаружил рацию-пеленгатор, по ней опознал местоположение одного офицера, и погнался за ним.

Нэш настиг невысокого офицера, который был почему-то в железной маске. Два удара кулаками по голове, три удара ногами уложили противника на землю. Насев на него, полковник потребовал координаты Главаря. Офицер молчал. Привычным движением полковник переломал ему сустав руки. Затем, не добившись признания, с помощью Свенсона сломал большую берцовую кость. Но и после этого офицер не выдал своего командира. Тогда Дэвид схватил жертву в районе промежности и сильно сжал, поворачивая. Этого истязания несчастный уже не вынес — он отдал Нэшу аппарат, предоставляющий связь с Главарем. Вернее, не связь, а указание месторасположения этого выродка высоких кровей.

Оказалось, что Главарь недалеко — в каких-нибудь 250 метрах. Почти ничего не видя, лишь

ощущая за спиной сопение верного Свенсона, двигался Нэш по мрачному подземелью. Оно наполнялось дымом и гарью. Нюх полковника отметил и запах горелого человеческого тела. А слух ловил звуки перестрелки — это, верно, подоспевшая часть взвода схлестнулась с бандой.

Точка на пеленгаторе скакала — указывая на то, что Главарь мечется. До него оставалось метров пятьдесят. Дэвид выхватил из нагрудного кармана пеленгатор, отслеживающий нео-обезьян, вернее — их группы, скопления. Экран светился мигающими точками! Обезьяны были и впереди, возле Главаря, и сзади, с боков.

Сзади послышался не то рык, не то хрип. Полковник с автоматом в руках обернулся: на спине у Свенсона, обхватив его туловище задними лапами, висел шимпанзе и пытался душить. Скандинав, изворачиваясь, рыча, безуспешно силился сбросить с себя упорную обезьяну. Но именно из-за того, что Свенсон беспрестанно вращался, полковник не мог ему помочь, расстреляв тварь из автомата.

Отчаявшись использовать автомат, полковник достал кинжал, замахнулся, примериваясь. и в это время получил тупой удар по затылку, повергший его на колени. Нет, сознание Дэвид не потерял, но потерял время. Поскольку вторая неообезьяна, мощный низкорослый шимпанзе, обхватила уже Свенсона за пояс. Нэш и моргнуть не успел, как животное достало длинный нож и несколько раз ударило скандинава в живот — быстро-быстро, как в ускоренных кадрах, мелькало страшное лезвие. Солдат повалился на землю и задергался в судорогах. Жизнь его измерялась секундами. Поэтому Нэш, пока обезьяны не отлипли от жертвы, полоснул из автомата по дергающемуся клубку. Визг пораженных пулями и подыхающих тварей доставил полковнику удовольствие.

Впрочем, надо было спешить, поскольку пеленгатор показывал, что Главарь удаляется. Он был с 143 метрах на северо-восток от полковника.

Нэш, однако, не побежал за ним сломя голову — прячась за сарайчики, за металлические клетки и груды какого-то хлама, он бесшумно двинулся в направлении указующей точки. Гарь все более заполняла помещение. Сверху что-то противно капало. Дым заволакивал и без того вялое дежурное освещение. Полковник то и дело на что-то натыкался, обо что-то спотыкался, куда-то проваливался. Раздражали неисчислимые канавки, непонятно зачем здесь прорытые. Не глубокие, но достаточные для того, чтобы сломать ступню.

75, 64, 43, 31, 22 метра. Нэш, ступая на цыпочках, напряженно всматривался в дымную темноту. От гари тянуло на кашель. Но кашлять было нельзя. Почти не дыша, давясь, обессиливая без кислорода, полковник неотвратимо двигался к цели.

Яркий свет фонарика ударил ему в лицо. Нэш ринулся в сторону, упал на землю, сделал несколько кувырков. И не зря — автоматная очередь прошлась совсем рядом. «Взять его!» — послышался тонкий, отчаянный крик Главаря. О, как подмывало Дэвида бросить на этот голос гранату, лежавшую у него в кармане штанов — и тем самым покончить с этим кошмаром навечно. Нельзя! Живым, только живым! Он по- пластунски пополз по грязи.

«Взять! Взять! Скоты!» — верещал Главарь. Это была уже паника. Очевидно, негодяй находился за каменной будочкой, в которую уперся Дэвид. «Бойся меня.» — злорадно подумал Нэш. но тут на него сверху что-то упало, придавливая к земле. А затем стало очень больно — когтистая лапа гориллы сжимала горло полковника. Страшный оскал белых зубов. Блестящие в темноте хищные глазки. Почти задушенный, выхватил Нэш малокалиберный пистолет из застегнутой кобуры на правом бедре, вставил в пасть чудовищу, выстрелил. Три раза.