Ледник
Шрифт:
Кстати, два тамошних офицера уже разжалованы и понесут строгое наказание за отклонение от инструкций. И вот, через полсуток от прибытия банды в Париж, в тридцати семи километрах от города произошел подрыв рельсов на трассе. Поезд, мчавшийся в нескольких километрах от взрыва, чудом удалось затормозить и избежать катастрофы. Линия и доныне не восстановлена.
Генерал с раздражением швырнул окурок за спину.
— Под ледником, несмотря на все наши усилия о неразглашении, началась паника. Она охватила все города, все увеселительные заведения, гостиницы. Народ боится садиться в поезда. В то же время большинство рвется поскорее покинуть Старую Европу. Президентом было принято решение запретить въезд и выезд из ледника. Но этого мало, полковник Нэш! — гримаса изнеможения
— Но. побудительные мотивы?.. — Дэвид, сказав это, сам испугался своей дерзости.
— О, подождите, полковник! Естественно, что и это вам будет сообщено. Но вы слушайте дальше — о жертвах! Позавчера банда каким-то образом покинула Париж. Тоже невероятно, ведь все поезда проверяются. Подозреваем, что они идут по тоннелям пешком, используют канализационные каналы. Зверства продолжились в Берлине. Там они учинили подрыв ночного клуба. Сгорело заживо семьдесят пять человек. А это уже не шутки, полковник! Причем на этот раз были свидетели, видевшие, как одна из нео-обезьян пускала туда ракетницу. Затем они проявили себя на окраине, остановив грузовик и завладев им. Водитель зверски убит. Автомобиль брошен в пятнадцати километрах от места происшествия. На сиденьях, в кузове, эксперты нашли волосы нео-обезьян. Сомнений нет никаких.
— И ими руководит именно сын Президента?
— Увы. Безумец самолично приколол к сиденью брошенного грузовика записку. содержания совершенно кощунственного. Не буду все говорить. Скажу только, что причиной его мести стал многолетний комплекс младшего сына, который никогда по законам страны не получит власть. Его неоднократно лечили, пытались занять делом — впустую! Служа во Дворце, он на самом деле долгие месяцы готовил эту коварную операцию.
— Сколько мне будет дано людей? — Дэвид любил конкретику.
— Взвод, полковник. Двадцать пять человек. Четыре офицера, кроме вас, разумеется. И двадцать бойцов президентской охраны. Вы будете, — если так можно сказать. — генерал нервно хихикнул, — против них стенка на стенку. Их ровно столько же. Во главе — сын Президента. Четыре офицера, управляющие обезьянами. И сами животные. Вам будет трудно, полковник Нэш, действовать надо секретно. Охрана тоннелей получит указ пропускать вас куда угодно без досмотра и прочее. В вашем распоряжении будут даже экстренные поезда, состоящие из одного-двух вагонов, которые домчат вас в любую точку ледника. Ведь мы и теперь не знаем, что задумали себе злоумышленники. Скажу только, что термоядерные станции взяты под удвоенную охрану еще вчера. Это стратегически важнейшие объекты. Под ледник, полковник, уже отправлено дополнительно пятьдесят тысяч бойцов.
— Их функция? Извините, но мне это необходимо.
— Ох, господин Нэш, их функция слишком отличается от вашей. Беречь остатки порядка под ледником, патрулировать общественные места. Но поверьте, если какая-нибудь обезьяна вздумает швырнуть очередную бомбу в гущу толпы, то она это, черт возьми, сделает. И никакая охрана тут не поможет. Честно сказать, Правительство в замешательстве. Были планы экстренно вывезти всех отдыхающих из-под ледника. Но мы ужасно боимся подрыва поездов. Теперь поезда ходят в очень ограниченном количестве и перевозят в основном военных и продукты питания, напитки. Представляете, что будет, если состав, наполненный тысячами наших сограждан, будет спущен этими негодяями с рельсов?
— Представляю.
— О, это ужасно. — Министр достал носовой платок, вытер им набежавшую слезу. И вдруг почти вскрикнул: — Поэтому времени у вас, полковник Нэш, очень мало! Слышите! Это вопрос жизни и смерти. С этого момента вы живете и воюете не для себя, даже не для славы, а за идею спасения нашей цивилизации. Ни много ни мало!
— Я понимаю, господин министр.
— Посему в ближайшие два часа принимайте команду над взводом. Налаживайте контакт. Ставьте задачу.
— Но у них же, как вы говорите, отсутствуют чипы.
— Да я прекрасно понимаю всю сложность задачи, полковник! И всю, даже не побоюсь признаться, нелепость моего приказа. Отслеживать! Легко сказать! И тем не менее у них в головах есть, как вы знаете, другие чипы. Совсем не предназначенные для пеленгации. И все же у нас имеется уникальная аппаратура, позволяющая определять примерный вектор и расстояние до этих животных. Но при условии, если они будут стоять кучно. Тогда вероятность обнаружения повышается на порядок. И расстояние, разумеется, небольшое — всего полкилометра, ну максимум — восемьсот метров. Устройства размерами с половину ладони будут переданы вам в количестве семи штук. Для вас и офицеров. Два резервных.
Дэвид Нэш хмуро оглядел зал, ту его часть, которая доступна без поворота корпуса и головы. Зал почему-то показался не круглым, как вначале, а овальным. Он к тому же еще и сжался как будто. Двери стали моргать разными цветами. «Собери себя в точку, дурак!» — озлился сам на себя Дэвид и произнес:
— Значит, нам надо буквально нюхом угадывать, где произойдет очередной террористический акт, и мчаться туда со скоростью пули.
— Ради Бога, не иронизируйте, полковник. — Генерал вытер пот с лица. — И без того тошно. Да, мы полагаемся прежде всего на вашу природную интуицию. Да, на ваш, извините, нюх. Но у нас нет, понимаете, нету другого выхода! Все коммуникации в вашем распоряжении, любые пункты питания — ваши. Медицинское обслуживание на случай ранений предусмотрено, поверьте, по высшему классу. Но поймайте же вы этого сумасшедшего! Да, я в горячке чуть было не пропустил главного. Сына Президента, а теперь он для вас и для всего взвода — Главарь, Президент приказал не убивать. Вот в этом и сложность. Он нужен ему живым. Президент хочет до конца жизни заточить его в сумасшедший дом с высоченными стенами, чтобы там, в одиночной палате и под строгим надзором санитаров, он долгие годы вспоминал о том, что натворил. Кроме того.
В этот миг тусклое освещение зала мигнуло на полсекунды, погасло, потом включилось. Это произвело на собеседников неприятное впечатление.
— Какой-то сбой на станции, это бывает. — сказал министр, впрочем боязливо озираясь по сторонам.
— Вы говорили, что «кроме того». — Дэвид старался не терять нити беседы.
— Да, господин Нэш. — Генерал опять вытер капли пота с одутловатого лица. — Кроме того, заточив его навсегда, наш Верховный убережет Правительство и народ от ненужных слухов и домыслов. А вдруг его труп кто-то найдет? Нет же гарантии того, что вы сожжете его в прах. Поэтому — поимка, железная маска на голову, руки и ноги — в цепи, и прямым ходом (а у вас будет везде прямой ход и без всяких проверок!). прямым, так сказать, ходом в Президентский Дворец.
— А офицеры?..
— Их можно мочить. Давить, как последнюю мразь! Это я вам повторяю слова Президента. Но! Но в случае, если вдруг вам удастся взять хоть кого-то из них живым
— то Президент пообещал в награду трехэтажную виллу на Голубом Берегу и пожизненную утроенную пенсию. А вам через пять лет на пенсию, полковник. Извините, впрочем, это сейчас к делу не относится. Так вот, офицеры для суда и общественной казни Правительству не нужны. Иначе всплывет вся правда. то есть, все неприятные привходящие обстоятельства. Например, почему взвод обезьян оказался во Дворце. Как наша система допустила, чтобы они совершенно незаметно покинули Дворец, пролетели тысячи километров и преспокойно попали под ледник. Ну, вы понимаете. Нехорошие, неприятные вопросы могут возникнуть у наших сограждан. Посему — крайняя тайна. Тайна и конспирация. Да. На вас надеюсь, полковник. — Генерал неожиданно сделал два шага вперед и горячо обнял Нэша.