Лайла
Шрифт:
Я изумленно вскинула взгляд. И встретилась взглядом с изумрудными глазами.
— Рен? — то ли выдох, то ли всхлип вырвался сам собой. — Жив…
Другой. Повзрослевший… Сильно повзрослевший. Будто прошло не три года, а лет восемь. Но как?
Я стояла и не могла отвести взгляд. Боялась поверить и ужасно хотела это сделать.
— Как ты ее назвал? Откуда ты ее знаешь? — Наллиалан прервал наши переглядывания.
— Это моя сестра, Съялианта… — взмах рукой по воздуху, сверху вниз, вдоль моего тела и… с меня слетели все маски. Все иллюзии, скрывавшие мою внешность, исчезли в один миг. Вмиг отросшие
Все это я увидела в зеркале на стене, удивилась тому, как повзрослела со времени побега и вновь повернулась к Рену.
Он смотрел на меня и улыбался. Своей излюбленной улыбкой валбора, знающего все тайны этого мира. А потом, игнорируя удивленные взгляды и звучащие со всех сторон вопросы — мы собрали вокруг себя толпу — шагнул ко мне. Я уткнулась в его плечо, вздыхая знакомый запах корицы. Как же он вырос! А пахнет все так же… И услышала шепот у самого уха:
— Я скучал по тебе.
Глава 14 "Куда пойти, куда податься?"
Рен сказал, что ему надо поговорить с господином Ревеньеном и Энналином и отправил меня спать, предварительно попросив Наллиалана проводить до комнаты — во избежания сложностей с гостями — экзотический облик притягивал внимание. По-пути в башню, я попыталась его о чем-то спросить, но разговора не получилось.
Наллиалан смотрел на меня как на чудо — как же, сестра его обожаемого Риана*! Только что на "вы" не обращался. Просьба называть меня по прежнему "Лайлой" была встречена с удивлением, но он все же согласился и пообещал передать это остальным эльфам. Но все равно отношение Наллиалана ко мне необратимо изменилось. Если раньше он общался со-мной слегка покровительственно, как с маленьким неразумным ребенком, хотя и понимал, что я старше него. Не по-годам, а потому, что люди живут меньше и взрослеют значительно раньше. То теперь… теперь я для него была в первую очередь сестрой Рена. Надо мной уже нельзя подшучивать, меня нельзя опекать… Наллиалан старался держаться на расстоянии. Меня такое отношение ранило. Очень не хочется потерять того, кто стал мне почти другом.
Рен жив! Жив! Жив! Эта мысль билась в голове, созвучно биению сердца. Он здесь! Он рядом! Теперь все обязательно будет хорошо!!! Беспокойные мысли не давали заснуть, перескакивали с одного на другое.
Я вспоминала каждое мгновение проведенное вместе с Реном. Его улыбку, взгляд, его слова. Не знаю, когда он успел так повзрослеть, что с ним случилось в цитадели, почему нам сказали о его гибели…. Я не знаю этого нового Рена, но доверяю, по-прежнему, безоглядно. Надеюсь, он не слышал абсурдные обвинения графа. Не хотелось бы оправдываться. Да если и слышал… Разве он поверит? Он же знает меня.
Я даже не спросила его, как там дома… Обрадовались его приезду, конечно. А мне нельзя вернуться. Да и не уверена, что хочется. Нет, я не обижена. Ни капельки! Просто не вижу смысла видеть людей, предавших меня…
Куда поехать? Здесь
Стоп! А какие планы у Рена? Может, я смогу поехать с ним. Он же, кажется, кого-то искал. Невесту…
Это слово отозвалось болью. Захотелось посильнее закутаться в одеяло, спрятать голову под-подушку и заплакать. Выпустить на волю, все слезы, сдерживаемые так долго. С самого побега я запрещала себе плакать, заставляла быть сильной, училась жить самостоятельно… Теперь, когда появился Рен, когда я поверила, что все будет хорошо, мысль о его невесте, о том, что я для него всего лишь сестра, значит, вскоре, могу стать обузой.
Такой переход от эйфории к тоске вызывал слезы. Что-то я совсем разучилась радоваться жизни! Рен жив! Жив!!! и это самое главное сейчас! А об остальном, я подумаю завтра — заря знает больше заката.
Мы выехали после полудня, хотя подняли меня на рассвете. Пока собрались, пока я попрощалась с Геостасом и его семьей… Я до-последнего не спрашивала у Рена, куда он собирается — как-то не до этого было. Лишь когда мы уже подъехали к городским воротам, я вспомнила, что не мешало бы мне решить, куда ехать.
— Как куда? Домой! — казалось, Рена удивил мой вопрос. И как на это реагировать? Напомнить, что у меня больше нет дома и что на островах мне показываться нельзя. Или… он не знает?!
— Я не поеду на острова! Мне нечего там делать. Замуж выходить я не надумала, а приезжать ради завершения ритуала изгнания… Нет уж. Обойдусь без этого удовольствия.
— Не будет никакого ритуала, — продолжил уговаривать меня Рен. — Мы во всем разберемся. Вместе.
Его слова дарили надежду, но мне просто было страшно поверить. Страшно впустить в сердце надежду. Лучше пусть все останется как есть — я уеду в другой город, начну все сначала. Может даже, Рен не откажется меня проводить. Как же мне не хочется с ним расставаться…
— А если я просто не хочу ехать домой, — последнее слово, неожиданно прозвучало с сарказмом. — Давай ты просто проводишь меня…
— Куда я тебя провожу?
— А что, мир маленький? Есть много городов, где мне найдется место. Да хоть к эльфам попробую напроситься! А что?! точно! Наллиалан, Энналин, возьмите меня, пожалуйста, с собой.
— С удовольствием! — отозвался Наллиалан. Я посмотрела на него с благодарностью, Рен — практически, зло. — Я разве вам не сказал еще? Я с вами на острова еду!
— Зачем? — уставилась я на него.
— Родственников навещу.
— Не знала, что у тебя есть родственники-валборы.
— Я этого не говорил. Они просто живут на островах.
— Ясно… Значит к эльфам ты меня взять не можешь… Жалко.
— Лайла, ну зачем тебе к эльфам? — опять вмешался Рен. Мне так хотелось послушаться, но вмешалось упрямство.
— А вот хочу!
— А домой ты, значит, не хочешь? — спор пошел по второму кругу. Ненавижу спорить!
— Разве я уже не ответила на этот вопрос? — удивленно приподняла брови. Упрямство ушло, но проснулся азарт: кто кого переспорит.