Чтение онлайн

Мондрус немедленно заставили вступить в ряды ВЛКСМ. Так как в Рижском эстрадном оркестре комсомольской ячейки не создавали, то понятно, что после школы Лариса нигде на учете не состояла и как бы тихо покинула отряд передовой молодежи - "активного помощника и резерва КПСС". И вот ее опять загоняют туда же, в те же "ряды".

Секретарь ВЛКСМ вокального отдела "Москонцерта" Элла Гончарова допытывалась:

– Допустим, спросят тебя, Лариса: "В каком году принят действующий устав ВЛКСМ?" Что ты ответишь?

Лариса пожимала плечами. Не смешно ли все это? Она взрослая женщина, 25 лет, известная певица, а тут какой-то детский

сад разводят.

– Запомни,- натаскивала Гончарова,- устав принят на XIV съезде, в 1962 году.

– О'кей.

– Что еще за "о'кей"? Ну а кто сейчас первый секретарь ЦК ВЛКСМ? Это ты хоть знаешь?

– Конечно, нет.

Присутствовавшая в кабинете замсекретаря партбюро Надежда Казанцева, бывшая солистка Радиокомитета и Большого театра, возмутилась:

– Как же ты вообще мыслишь себя в комсомоле?!

Гончарова примирительно закончила разговор:

– Запомни: Тяжельников Евгений Михайлович... Вот возьми-ка устав, перечитай еще разок.

Придет срок, и идейная комсомолка Элла Гончарова, любящая поучать всех и вся, выйдет замуж за кондового еврея и уедет в Израиль, начхав тем самым на светлые идеалы коммунизма, на верность заветам Ленина, на преданность партии во главе с "дорогим Леонидом Ильичом Брежневым".

На первых порах в "Москонцерте" Мондрус приняли за свою, то есть предполагалось само собой, что она будет чутко прислушиваться к голосу старших и все понимать с полуслова. Руководитель вокального отдела Кедров старался отечески помочь ей:

– Девочка, у тебя же никакой идеологии, сплошная лирика. Приближается пятидесятилетие Советской Армии. Почему бы тебе не подготовить цикл "Песни военных лет"? Если, девочка, ты споешь о славном прошлом, это оценят...

Легко сказать "споешь... оценят...". А если душа не лежит к таким песням? Если малейшая фальшь и надуманная патетика отбивают всякое желание прикасаться к этим произведениям? Неужели люди не понимают, что органичной можно чувствовать себя только в своем жанре? Ее стихия - лирика, а не гражданский пафос. Впрочем, неотъемлемая черта советского артиста - умение прогибаться, приспособляться. И наполнять любой песенный муляж внутренней правдой. У Кобзона надо учиться, который с одинаковым энтузиазмом и неподдельной искренностью поет и "А у нас во дворе" и "Не расстанусь с комсомолом, буду вечно молодым". Может, так и следует поступать? И для того, чтобы делать карьеру в стране развитого социализма, надо ломать себя и доказывать, что тебе под силу и гражданская, "патриотическая" тема? Что делать, если так устроен мир, в котором она живет.

Мондрус подготовила блок военных песен и с этим репертуаром ее включили в программу представления в киноконцертном зале "Октябрь". Мысленно Лариса уже видела себя на сцене в компании со старейшинами официальной эстрады: Кобзоном, Вуячичем, Магомаевым, Зыкиной...

Неприятность, как всегда, пришла оттуда, откуда ее не ждали. Для престижного концерта Мондрус заказала новое платье во Всесоюзном доме моделей, что на Кузнецком мосту. Слава Зайцев, большой придумщик и авангардист, предложил артистке:

– Давай мы тебе сделаем "макси". Представление ведь торжественное, серьезное. Да и мода на "мини" уже проходит.

Лариса не возражала против "макси", по крайней мере никто из "ответственных товарищей" не станет цепляться к ее ногам, но она вовсе не считала, что "мини" выходит из моды.

Платье изготовили из черной переливчатой импортной ткани,

и главная его изюминка заключалась в рукавах, которые волнообразными зигзагами спускались с плеч. Это было очень эффектно. Дорогая, штучная, элегантная работа. Произведение искусства. Лариса была довольна: хоть здесь получилось то, что она хотела. Однако удивление ее не знало границ, когда после просмотра и утверждения программы она не обнаружила своей фамилии в списке выступающих. В чем дело? И программа "идейно выдержанная", и пела достаточно строго, не двигаясь по сторонам, почти как часовой у Мавзолея, и платье "макси" не кричащее, темное, внешне даже как бы скромное - все со вкусом. Что же еще не так?

Оказалось, причиной отвода Мондрус явились те самые рукава, намекая на которые, один из членов приемной комиссии всерьез возмутился: "А что это у нас Мондрус в лохмотьях на сцену выходит?! Так нельзя!"

Шварц полагает, что имелись и другие причины. Помимо Ларисиной экстравагантности, раздражавшей некоторых в "Москонцерте", главной движущей силой многих ее неприятностей была самая обыкновенная зависть: только что взяли Мондрус в штат - и нате вам, уже пускают в ответственный концерт. Это же надо заслужить. Как и право на сольный концерт, который ей разрешен за неизвестно какие достижения. Мондрус же пока ничего такого выдающегося не совершила, а значит, и не заслужила. Я вот пишу, а сам думаю: сколько раз в 60-80-е годы многим из нас говорили или хотя бы намекали: "Это надо заслужить!" Что с нас взять - не заслужили!

Между прочим, недоброжелатели отлично знали - и это тоже их раздражало,- что Мондрус уже не раз с успехом выступала в больших залах, с оркестрами Юрия Силантьева и Вадима Людвиковского, к которым "Москонцерт" никакого отношения не имел.

Несмотря на конфликт с "октябрьским" залом, Мондрус в сборных и сольных программах ("Под эстрадными парусами", "Когда улыбаются звезды" и пр.) мурыжила как обязаловку тему "гражданственности".

В заметке "Поделюсь своим счастьем" ("Иркутская правда", 1968 г.) читаем: "...Она выходит на сцену радостно, обаятельная, красивая. Переполненный зал стихает. "Неужели это мне одной?" - этой полюбившейся многим слушателям песней начинается концерт. Потом фантазия на темы комсомольских песен. Бодрая лирическая песня "Едем мы, друзья, в дальние края" сменяется задорной:

Шагай вперед, комсомольское племя,

Шути и пой, чтоб улыбки цвели,

Мы покоряем пространство и время.

Мы - молодые хозяева земли..."

NB. Вспоминаю, где-то в начале 60-х этот куплет убрали из фильма "Веселые ребята", где Утесов-Костя выгонял свое "библейское" стадо из ворот "Прозрачных ключей". Какого-то чиновника, вероятно, смутила догадка, что "комсомольское племя" может ассоциироваться у зрителей с коровами, баранами и овцами; вместо этого куплета в фильме дважды подряд поют припев.

Игорь Шаферан в сборнике "Поет Лариса Мондрус" ("Музыка", 1969) отмечал: "Особенно радует (надо же, какая радость обуяла поэта!) то, что Лариса Мондрус все чаще и чаще обращается в последнее время к песням большого гражданского звучания. Это и "Солнечная баллада" ленинградского композитора С. Пожлакова, и "Баллада о красной розе" современного немецкого композитора Герда Надчинского, тревожащая душу, страстно призывающая к борьбе за мир:

В братских могилах солдат неизвестных тела.