Чтение онлайн

– Почему Ларец Прозерпины? Кто дал дольмену это название?

Игорь покачал головой. Он не знал.

– Краеведы-любители или мистики. Дольменам приписывают разные свойства. От «пристанища вечных душ» до приемников телепатических сигналов из космоса. Андрей говорил, что Ларец Прозерпины расположен в неудобном для подхода месте, как убежище, спрятан от посторонних глаз. Туристы чудом его заметили, но не посмели приблизиться, струсили.

Он сделал пару последних затяжек и щелчком отправил окурок в урну. Астра воспользовалась паузой.

– Существует

поверье, что Прозерпина, богиня Подземного царства, или царства мертвых, владеет ларцом, где хранится тайна любви и смерти! – выразительно произнесла она. – Кто туда заглянет – уснет вечным сном. Когда-то сама Венера послала за этим ларцом Психею, и та стала жертвой собственного любопытства. Неодолимый сон сковал ее, и только поцелуй Эрота, бога любви, пробудил Психею к жизни…

Странно было слышать эти речи в парке курортного города, под ритмичную танцевальную музыку и мигание огней. Игорь явно такого не ожидал, его глаза непроизвольно расширились, а рот приоткрылся, как у ребенка.

– Образ Психеи – это символ человеческой души, странствующей в поисках истины… – добавила она.

– Да… Андрей тоже так говорил… Он еще говорил, что Ларец Прозерпины – опасный дольмен. Туда лучше без нужды не соваться. Поглядеть издалека, и хватит. А не то станешь «живым мертвецом», все о себе забудешь.

– Так уж и все?

– Андрей слышал от одного мужика, что Ларец Прозерпины сам выбирает, кого впустить, а кого нет. Против его воли не подойдешь и внутрь не залезешь. Не получится! Такой страх одолеет, что либо в обморок грохнешься, либо побежишь, не разбирая дороги, сорвешься с тропы и разобьешься о камни… Слухи бывают сильно преувеличенными, но доля правды в них обычно есть.

– И где этот дольмен находится? – спросил Матвей.

– Андрюха обещал показать… Не успел…

Ночь Астра и Матвей провели без сна. Она звонила Борисову, начальнику службы безопасности отца, просила собрать сведения об отношениях старшего Юдина и некой Элизы, покончившей жизнь самоубийством, – была ли такая история, или Храпов все выдумал.

– Ты сомневаешься? – удивлялся Матвей. – Однако Спиридон не отрицает, что…

– А вдруг Элиза жива? Тогда дело коренным образом меняется.

– Думаешь, она скрывается под именем Теплищевой, Нагорной или Самойленко? Все три дамы не подходят по возрасту.

– У Элизы могла быть дочь… Богини мщения принимают разные обличья.

– Намекаешь на Елену?

– Ее появление в семье Юдиных окружает слишком много загадок.

Матвей только развел руками. Он то выходил на балкон и стоял там, слушая пение цикад, то возвращался в комнату. Ему даже приходило в голову, что Катя Ушакова могла быть дочерью Элизы… Кто же тогда Галина Николаевна? Приемная мать?

Не найдя ответа, он сокрушенно вздыхал.

Крымская ночь накрыла степь своим черным крылом. Когда-то под этими звездами скакали воинственные скифы, сарматы и амазонки, топтала землю греческая пехота, в храме богини Артемиды правили службу молодые жрицы, прекрасные и жестокие…

Астра жгла свечи, смотрела

в зеркало… Отчаявшись получить подсказку «с той стороны», она достала ноутбук и зарылась в Интернет.

– Все не то… – жаловалась она Матвею. – Все не так.

– Давай спать.

– Мы не можем допустить еще одной смерти.

– Судьба людей не зависит от нас с тобой…

Он прилег и задремал. Во сне он видел себя Брюсом – колдуном, астрологом, воином. В нем заговорила кровь шотландских королей и древних кельтов. Граф Брюс любил странную и недоступную женщину, эта любовь преследовала его, мучила и вела за собой. Возможно, он придумал ее, чтобы вечно стремиться к недосягаемому идеалу…

Он открыл глаза. Женщина сидела за туалетным столиком, вокруг догорали свечи. Пахло воском и ее духами. Мускус, ирис, влажные тропики… Разве ему известно, как пахнут тропики после дождя? Все это записано в подсознании, в тех недрах души, которые никогда не раскрываются до конца…

Разве не Эрос движет звездами?.. Разве не вечное влечение – «неисполненное томление» – лежит в основе притяжения светил и людей, в основе добра и зла? Разве не скрытая сексуальность заводит толпу и превращает добропорядочного гражданина в зверя? Никто еще не отважился спуститься в «темное царство» основного инстинкта и рассказать о его скрытых мотивах…

Он не сразу сообразил, что смотрит на Астру глазами Брюса. Почему его так тянет к ней? Всегда тянуло? Даже когда он еще не знал ее…

– Я читал трактаты Абеляра [21] и письма Элоизы, – произнес он. – Откровения философа и влюбленной женщины.

– Почему ты заговорил об этом? Ты же спал…

– Я не спал. Я был Брюсом… и кое-что понял.

– Лишняя буква «о»! – улыбнулась она. – Мы разными путями пришли к одному и тому же. Элоиза, племянница каноника Фульбера, и Пьер Абеляр, религиозный философ. Они любили друг друга, сначала по-земному страстно, потом на расстоянии. Элоиза постриглась в монахини, Абеляр тоже стал монахом и отправился в дальнюю обитель на берегу океана. Но ни годы, ни разлука не повлияли на силу их взаимного чувства. И это в двенадцатом веке! Вот откуда началось Возрождение…

– Значит, мы думаем одинаково?

– Абсолютно. Я порылась в Интернете и поняла, почему старший Юдин назвал виллу «Элоиза». Этим он выразил свою приверженность любви духовной, а не плотской. Вероятно, так он видит собственную историю отношений с Элизой, которая не переросла в нечто большее.

Матвей окончательно проснулся. Край неба над морем посветлел. Чистый рассвет обещал ясный и жаркий день.

– Месть Элизы – ложная версия, – заявил он. – Надо идти к Юдиным и трясти их.

– Как советовал Храпов?