Чтение онлайн

– Это то, чего ты хочешь?

Он даже не запнулся:

– Думаю, да, именно так и есть.

Только теперь он посмотрел на нее, немного смягчившись.

– Тебе не кажется, что так будет лучше?

Она опустила голову.

– Не знаю.

Она чувствовала себя обманутой. В конечном счете он бросал ее!

Ей пришла в голову сумасшедшая мысль о том, что, если бы она сидела со стороны его слухового аппарата, ей было бы намного легче. Идиотизм!

Он встал и допил сок.

– Зато я знаю. По-моему, все и так ясно. Это очень, очень печально, но… – он погладил ее все еще влажные волосы, – …это реальность.

Она удержала его руку и поцеловала ее. На глаза

навернулись слезы. К ее неприятному удивлению, Шон вырвал руку.

– Мне кажется, ты сейчас поступаешь нечестно.

Она моргнула.

– Что?

У него был строгий вид.

– Вспомни, какой ты была в Антекере.

Она посмотрела ему в глаза.

– Ты ненавидишь меня, да?

– Если тебе так легче.

– Ублюдок!

Он пожал плечами и вернулся в комнату.

– И куда это ты собрался?

Входная дверь открылась и закрылась. Хилари осталась сидеть, механически отталкиваясь ногами от стены, и раскачивалась на стуле. Злые слезы жгли ей глаза.

В номере наверху Даррен, который только что проснулся, отвернулся от балкона и сунул голову под подушку. Во рту была помойка. Голова раскалывалась от пульсирующей боли.

– Ублюдки! Сраные яппи! Неужели не найти другого места для споров? Восемь утра! Только о себе и думают!

Пока он шел по лестнице, в его душе бушевали эмоции. Неужели это был он, там, на балконе? Как он мог так с ней поступить? Бедняжка Хилари. Неужели он действительно сказал все это?

Он покачал головой. Да, сказал. И именно то, что ему хотелось сказать. С ней все будет в порядке. Он дал ей то, чего она хотела. Он вернул ей ее юность.

Шон провел по лицу тыльной стороной ладони, стирая пот и выступившие слезы. Глубоко вздохнув, он одолел последние ступени. Он не мог сказать ничего определенного о своей дружбе с Мэгги. Его тянуло к ней, и она, казалось, хотела понять его, а он в этом нуждался. В этом не было ничего плохого. Хилари, если у нее есть хоть капля совести, не может пожаловаться на то, как все повернулось. Это было то, чего она хотела, – и у нее были все основания хотеть этого.

Мэгги уже ждала его, сидя в своей «витаре» и рассматривая карту. Когда Шон встретился с ней взглядом, она одарила его необыкновенно счастливой улыбкой и, поднявшись, помахала рукой. Ему стало хорошо. Он почувствовал прилив энергии и побежал к машине, запрыгнув в нее одним впечатляющим прыжком. Она захлопала в ладоши и чмокнула его в щеку.

– И куда мы едем? Давай, давай – скажи мне!

– Успокойся! – засмеялась она. Он начал щекотать ее.

– Ну расскажи!

– Расскажу, когда приедем. Веди себя хорошо! Расслабься и наслаждайся поездкой!

Он наклонился и осторожно поцеловал ее в шею.

– Спасибо, – сказал он.

Ей было приятно, но она старалась не показывать этого.

– За что?

– За то, что пришла мне на помощь. Спасибо!

Она шлепнула его по руке.

– Веди себя прилично!

Он откинулся на спинку кресла и наслаждался ветром, треплющим волосы. Они свернули у Альмунекар и начали подниматься в гору.

Пастернак чувствовал себя глубоко несчастным. Он ничтожество. Он просто неудачник.

Девушка, которую он хотел, девушка, которую – надо быть честным – он любил, залезла к нему в постель, чтобы соблазнить его. Все, что ему нужно было сделать – это… сделать это. Но он не сделал. Он лежал как большая перепуганная медуза, прикидываясь, что спит, до самого утра, пока она не собралась и не ушла.

Какой позор! Чертов неудачник! Он ненавидел себя и хотел умереть.

К

нему заглянул Мэтт, чтобы посмотреть, как он себя чувствует.

– Я сказал остальным, что мы встретим их на пляже.

– Угу.

– Ты пойдешь?

Пастернак ответил самым жалобным голосом, которым объяснял матери, что не может идти в школу, когда там играют в футбол:

– Я лучше посплю, пока не приду в себя.

– Ладно. Хорошо. Ты знаешь, где нас найти. Мэтт закрыл дверь. Пастернак смотрел в стену. Он знал наверняка, что у него никогда больше не будет такого прекрасного шанса. Она была сексуальной, живой, умной, забавной, терпеливой, и она обожала его! Не было никакой проблемы!

Он застонал и перевернулся на другой бок. Оставалось всего две ночи. Две ночи, чтобы что-нибудь придумать.

Хилари абсолютно не понравился этот мужчина. Что вообще такое с этими испанскими бизнесменами? Они что, сговорились выглядеть как Дэвид Суше? [18] Парень из конторы по прокату машин, маленький директор комплекса, кассир в банке вчера, а теперь этот неприятный гуру таймшера с черными глазами и аккуратными усиками – каждый из них был лыс, развратен и дорого одет. И никто из них не был выше пяти футов. Теперь Хилари уже абсолютно точно знала, что он специально старался задевать ее грудь.

– Никакого давления, мадам, это есть большое решение и необходимо думать над таким серьезным обязательством. Но также помнить, что осталось только тридцать три прекрасный дуплекс апартмент и больше людей приезжает смотреть каждый день. Мне не нужно продавать. Эти место сами себя продает.

Хилари кивнула, закончив осмотр. Поначалу она старалась выглядеть веселой и заинтересованной, задавая вопросы и заглядывая в шкафчики. Но мрачное утреннее настроение снова вернулось к ней, и когда он показывал ей гимнастический зал и бассейн, глухая тоска поглотила ее уже полностью. Это было не для нее. Это удел пар, семей, любовников. Второй дом под средиземноморским солнцем – не слишком хорошая мысль для одинокой разведенки. Она плелась за ним, кивая, когда он к ней обращался, однако думала о другом: «И кто покупает эти дома? Сколько людей думает об этом? И что вообще такое этот таймшер? Что бывает, когда подписываешь бумаги под влиянием момента, а потом просыпаешься жителем Торрокса или Ринкона? Неужели так же ходишь за молоком и газетами в ближайшую лавку, как в Эштоне-под-Лаймом? Сколько нужно думать, планировать, размышлять перед вложением денег в этот таймшер, прежде чем на самом деле решишься изменить свою жизнь и переехать жить в новое место?»

Она неожиданно развеселилась. Маленький щеголеватый менеджер обрадовался тому, что заставил ее улыбнуться.

– Вы нравится? Думать, вам понравится?

Она улыбнулась ему.

– Думаю, мне понравится. Возможно. Она отклонила его предложение выпить коктейль на балконе и спустилась к взятой напрокат машине. Ее нужно было вернуть сегодня. Уже. Выезжая из комплекса, Хилари заметила целую шеренгу кабинетов специалистов. Среди салонов красоты, ветеринаров и гадалок был даже немецкий психиатр. Список предоставляемых услуг был написан по-немецки, но она поняла, что доктор Шеен был очень квалифицированным специалистом. Если здесь есть спрос на немецких психиатров, то наверняка будет и на гомеопатию и нетрадиционную медицину. Почему нет?