Чтение онлайн

Оставшись одна, Зоя обошла комнаты, сделала себе коктейль из водки с мартини и включила настенный телевизор.

С неделю Зоя наслаждалась своей жизнью в комфортабельной квартире Арсения. Он приходил каждый вечер. Она накрывала на стол, используя в качестве пособия книгу по сервировке. Она постоянно разнообразила украшение стола. То две свечи в высоких подсвечниках и соответственно высокие бокалы для шампанского, ведерко со льдом на серебряном подносе. То низкие свечи в прозрачных подставках, красное вино, отбивные на зеленых листьях салата. После обеда они из-за стола плавно перемещались на кровать, где ели десерт в перерывах между занятиями

любовью. Арсений выражал благодарность и на словах, и на деле. Сказал, чтобы Зоя оставила свою ужасную работу в ларьке, а сам отказался от услуг приходящей домработницы. Но Зоя этого даже не заметила. Она была рада наводить порядок и, главное, чувствовать себя хозяйкой великолепной квартиры.

Но гармония, как известно, хрупка. Ее может разрушить даже мысль…

Однажды Зоя, как всегда проводив Арсения разбираться с коллекцией, легла в постель и потушила свет.

«Что, если Арсений задумал подставить меня? — неожиданно подумала она. — Если Чегодаев на самом деле не погиб… — от волнения жар разлился по ее телу.

— Он придет, увидит на кровати меня и в темноте, приняв за Арсения, убьет! Но Арсений вроде бы любит меня… Вот именно, вроде бы!»

Зоя встала с кровати, чтобы закрыть балконную дверь. С улицы дул приятный ветерок, дом находился вдали от шумного, пыльного шоссе. Деревья тихо шелестели листвой, напоминая Зое детство, проведенное на дачах… Но, почувствовав страх, она решила, что будет благоразумнее закрыть дверь и включить кондиционер.

Зоя отодвинула портьеру, прислонилась к дверному косяку и полной грудью вдохнула свежий ночной воздух, и в этот миг от стены отделилась человеческая фигура. Зоя от испуга не смогла даже вскрикнуть. Она попятилась назад, чтобы захлопнуть балконную дверь, но чужая холодная рука не позволила ей этого сделать. Она подняла глаза на незнакомца, стоящего спиной к свету фонаря, и увидела перед собой Чегодаева.

Зоя открыла рот, но крик застрял в горле, она, не мигая, смотрела на него, не отдавая себе отчета: жив он или мертв. «Мертв! Его же похоронили!» — наконец дошло до нее, и она издала бы дикий вопль, если бы Чегодаев ладонью не зажал ей рот и не втолкнул в спальню.

— Не ори! — зашипел он. — Где Строгулин?

Зою била нервная дрожь.

— Где? — находясь на пределе, допытывался Чегодаев. — В ванной?

Зое каким-то чудом удалось вырваться от него. Она бросилась в гардеробную и закрыла дверь на задвижку. Чегодаев выругался и попросил Зою выйти, обещая, что не тронет ее. Пусть только скажет, где Строгулин.

Прижавшись к полкам, Зоя молчала, стуча от страха зубами. Чегодаев замолк, было только слышно его тяжелое дыхание. Зоя поняла, что он сейчас выбьет непрочную дверь. Она стала шарить руками позади себя, но, кроме флакона туалетной воды, ничего не нашла. Едва Чегодаев открыл дверь, как в него полетел флакон, который лишь слегка задел его плечо.

— Ненормальная! — проскрежетал Чегодаев и, обхватив Зою одной рукой за талию, другой зажав ей рот, предупредил: — Заорешь, убью! — подхватил ее и бросил на кровать.

— Где Строгулин? — тихим злобным шепотом, склонившись над ней, вновь спросил он.

— Не… — билась в истерике Зоя. — Не… Нет его здесь.

— Ты что, одна?

— Я… я… письменно отказалась от своей доли… — собравшись с силами, проговорила она. — Можешь узнать у адвоката.

— Да к черту это наследство! — бросил Чегодаев, озираясь по сторонам. — Где этот подонок Строгулин?

— Уехал. В командировку. Сегодня вечером.

— А

ты с ним, значит… Ну-ну! Я еще там, во Франции, заметил ваше взаимное неравнодушие. Ну ты и влипла!

Чегодаев вынул из кармана веревку, связал Зое руки, на рот наклеил пластырь и вышел из спальни.

Зоя поняла, что Строгулин подставил ее. Он откуда-то знал, что Чегодаев жив и что ему следует опасаться его.

«Он убьет меня! Убьет как свидетеля неудавшегося покушения на Арсения…»

Чегодаев, не обнаружив в квартире Строгулина, вернулся в спальню, зажег свет и развязал Зою. Она сорвала пластырь со рта и выкрикнула со слезами:

— Что?!.. Что все это значит?..

Чегодаев сидел на банкетке, уронив голову на грудь. Зоя непослушными руками схватила с кровати халат, накинула на себя и повторила вопрос.

Евгений вскинул голову и злобно захохотал:

— Значит, похоронили меня и Геленку?! Похоронили?!..

— Зачем тебе понадобился Арсений? Почему ты влез в квартиру через балкон?

— Дай выпить чего-нибудь.

— Пошли в гостиную, — неуверенно предложила Зоя.

— Пошли. Я проверил. Ты действительно одна.

В гостиной он, кряхтя, опустился на диван. Зоя протянула ему стакан виски. Он сделал несколько жадных глотков и попросил повторить.

— Льда положи. Пить хочу.

Зоя выполнила его просьбу и в свою очередь, в который раз, повторила вопрос:

— Что значит твое появление? Ты меня напугал… до смерти не забуду.

Евгений язвительно ухмыльнулся:

— Чего ж ты не радуешься, что я жив?

— Я опомниться не могу! А Гелена?

— Гелена погибла. Это верно.

— Но тогда как же ты?.. Ведь вы были на катере вместе. Так все говорят.

— Были.

— А что случилось с катером?

— Вот это я хотел узнать у Арсения! — воскликнул Чегодаев, непроизвольно сжав кулаки.

— При чем тут Арсений? — удивилась Зоя.

— Сядь, не мельтеши! Дай собраться с мыслями. Короче, мы с Геленкой расписались и уехали на Рижское взморье. И что ты думаешь? Строгулин, оказывается, поехал следом за нами. Сначала его увидела Гелена, а потом и я. Затем мы столкнулись с ним в торговом центре уже в Финляндии. Гелена зашла в бутик, а я поджидал ее у эскалатора. И вдруг на меня несется Строгулин и со всей силы толкает в грудь. Я полетел на ступени эскалатора, здорово ушибся, но к несчастью, ничего не сломал. Эх, сломал бы я себе шею, Геленка осталась бы жива!

Зоя побледнела и приложила руку к груди.

— Я быстро поправился, и мы решили прокатиться на катере до острова. За день до отплытия я заглянул к владельцу прокатной станции. Он мне сообщил, что несколько русских туристов тоже взяли у него напрокат катера. Причем кому-то из них приглянулся наш с Геленкой катер, но финн сказал, что тот уже арендован. Теперь я знаю, этим русским был Строгулин. Утром мы с Геленой отправились на остров. Там встретили наших туристов, разговорились. Кто-то из них сказал, что неподалеку есть еще один остров. Мы с Геленой захотели взглянуть. Один парень стал напрашиваться поехать с нами. Я был не против, но Геленка взглядом попросила не брать его. Я в шутливой форме отказал парню, мол, мы молодожены, хотим побыть вдвоем. Но тот оказался заядлым фотолюбителем, вот умрет, если не сделает снимки какой-то речушки. Ну я-то знаю эту мужскую страсть к чему-либо. Говорю ему: «Ладно! По-тихому залезай в катер, ложись на дно и прикройся пледами. Как причалим, мы пойдем в одну сторону, ты в другую. А обратно таким же манером».