Чтение онлайн

"И почему я вообще говорю об этом с Гошкой!"

Покопавшись в себе, я поняла, что немного смущена неожиданным поворотом нашей беседы, но не более того. Мне не было неловко, когда он был рядом. Видимо, я давно стала воспринимать его как нечто родное и постоянное в своей жизни.

– А если я никогда так и не смогу найти такого человека, с кем бы я могла быть уверена, что это и есть то самое, мое?
– озвучила я неожиданно посетившую меня мысль и тут же ужаснулась ей.

– Томка, ты, как всегда, все драматизируешь, - закатил он глаза.
– Все не настолько ужасно. Ты обязательно

встретишь свою вторую половинку, а нет - могу предложить свои услуги, - ухмыльнулся он.

– Да ну тебя, я с ним о сокровенном, а он все шутит!
– стукнула я его по руке.
– И куда ты денешь свою Юльку? Ты что, с ней поссорился?

– Разве со мной можно поссориться?!
– блеснул он радужной улыбкой.
– И я серьезно!
– улыбка, как по мановению волшебной палочки, исчезла с его лица.
– Предлагаю заключить пакт, как в американских фильмах - если никто из нас не женится/выйдет замуж, скажем, до тридцати лет, то мы можем рассчитывать, что у нас двоих получится сделать это вместе лучше, чем поодиночке.

Я с сомнением глянула на Гошку.

– Ты что, правда, говоришь серьезно или это такой извращенный юмор? Если второе - то, на всякий случай, скажу, что мне не смешно.

– Я серьезен как никогда, - ответил он, и я призадумалась.

– А, ладно, все равно ничем не рискую, - выдала, наконец, я.
– Так даже забавнее будет!

– Ну что, скрепим договор поцелуем?
– улыбнулся он.

– Гошка, ты часом не перегрелся сегодня на солнце, а?

– А что я такого сказал?!
– смущенно добавил он, я закатила глаза и чмокнула его в щеку.

Дальнейшее продолжение беседы было прервано гудком прибывающей электрички.

Больше мы с ним на эту тему не заговаривали, и я, признаться, решила, что это было просто дурачество с его стороны, и выкинула из головы. Разглядывая сейчас ящерку, я поняла, что у меня по щекам катятся слезы. Видимо, этот разговор значил для Гоши гораздо больше, чем я думала.

"Why does my heart feel so bad?", вспомнились мне слова известной песни.

В таком состоянии меня и застала Машка - сидящей на полу, с брошкой в руке и размазанной по лицу косметикой. После моего сбивчивого рассказа она задумчиво выдала:

– Странно, а я где была в это время?

– По-моему, ты в тот день валялась с температурой, потому что накануне попала под страшный ливень, - задумчиво проговорила я.

– А я видела у Гошки эту фотку, - внезапно добавила она.
– Я еще тогда подумала, что странно держать в рамочке фотографию какой-то ящерицы. Но у всех свои причуды!

Я почувствовала, как новый комок подкатывает к моему горлу.

– Маш, ну вот скажи мне, неразумной, чего он хотел этим добиться? Что я должна была понять, увидев это?
– я начала злиться и помахала ящерицей в воздухе, беспощадно ухватив ее за хвост. Злиться на кого-то, тем самым перекладывая свою вину на него, когда сама не видишь выхода из сложившейся ситуации, всегда для меня было самым простым выходом из положения. Злость помогала успокоить мою совесть, но не давала готового решения.
– И самое главное, как мне теперь вести себя с ним?

– Том, может, ты сама у него

об этом спросишь?

– Думаешь, я смогу? Одно дело - слушать ваши домыслы и догадки, и совершенно другое - получить живое доказательство этого от самого "виновника торжества".

– И может, это ничего не значит. Просто красивая брошь, не более того, - добавила подруга.

– Ага, за такие-то деньги!

Вскочив, я начала бегать по комнате.

"Однако, насколько же он меня хорошо знает. А что было бы, открой я его подарок при Владе? А может он на это и рассчитывал? Черт! "

– Томка, уймись, сейчас все соседи сбегутся, решат, что у нас табун лошадей завелся, - спокойно сказала Машка.

Я встала как вкопанная. Злиться оказалось проще, чем грустить. Я решила, что пока я не вернулась в желеобразное состояние, надо пойти и поговорить с лучшим другом. Но в последний момент меня тормознула Машута.

– Ты вроде только-только с ним помирилась, - резонно заметила она, - и дня не прошло, решила снова воткнуть между вами клин?! Предлагаю на сегодня забить на все разборки и надраться.

– Надраться?
– задумчиво проговорила я.
– Идея неплоха. Особенно с учетом завтрашнего зачета по вычислительным системам.

– Ну, не надраться, а просто выпить!
– резонно заметила она.
– После поворочаешься ночку в постели, а завтра с утра пойдешь перекладывать с больной головы на здоровую. А потом тебя Влад утешит, - рассмеялась она.

– Влад уехал, - вздохнула я.

– Ясно, - просто добавила она.
– Тогда подожди, когда он вернется, и после этого устраивай разбор полетов. Заодно остынешь.

– А он-то мне для этого зачем?

– Я же сказала - утешить!
– расхохоталась Машка.

"Что-то Машка сегодня находится в подозрительно радужном настроении!"

– Машунь, как у вас дела с Алеком?
– хитро прищурившись, вопрошала я.

– Я бы хотела сказать "превосходно", но пока скажу, что просто здорово.

– А что так?
– удивилась я.
– Он тебя еще не поцеловал?

"Ни за что не поверю, что нет"

– Не в этом дело!

"Значит, все-таки да. Видимо, скорость, с которой все Гардинеры переводят отношения с уровня на уровень - это их врожденная черта!"

– А в чем тогда?

– Он очень милый и внимательный. Мне легко и уютно с ним. Но в тоже время, я все время наталкиваюсь на какую-то невидимую стену. Как будто у него есть какая-то тайна или он просто не хочет подпускать меня ближе.

"Или и то, и другое!"

– И ты знаешь, Том, он иногда меня пугает, как тогда в первый день. Бывает, посмотрит так, что по спине аж мурашки бегают.

"И все?! Счастливая! Что ж меня-то все время в обморок клонит свалиться?"

– Может тебе это опять кажется? Ведь сейчас он тебя не ненавидит, как тебе показалось поначалу. Рискну предположить, что скорее наоборот, ты ему очень нравишься!
– убеждала я. Все же, подруга была достаточно проницательна, и мне было неудобно обманывать ее чувства. Но мне казалось правильным не развивать в ней свое недоверие к Алеку. Каким-то шестым чувством я поняла, что в отличие от Влада, его брат не намерен посвящать Машку в тайную сторону своей жизни.