Чтение онлайн

Так вот, почему мне упорно шла ассоциация имени «Миранда Морган» с каким-то фильмом. «Месть во имя любви»! Ну конечно же!

Я был ещё подростком, когда сей шедевр кинематографа вышел на экраны. Бред редкостный, но эротические сцены неплохие, поэтому посмотреть этот фильм считал своим долгом каждый мой ровесник, и я не исключение. Сюжет в памяти толком не отложился, только в общих чертах: после двух часов постельных сцен возлюбленного этoй дамочки в майке убили враги, а она от горя взяла плазменное ружье в одну руку, игольник – в другую, и вышла на улицы, чтобы отомстить. Помнится, закончилось тем, что героиня ухайдокала не только непосредственных

виновников в смерти своего любовника, но и целый город – собрала бомбу собственными руками (разносторонняя личность). В конце ее оправдали и даже наградили. А убиенные дети из взорванного города в виде ангелков спели ей песню о том, что они прощают ее и понимают. ?дним словом, чушь.

Читаю дальше. «?ильм основан на реальных событиях – истории любви Александра Тайлера и Миранды Морган. Ныне капитан Миранда Морган является членом Совета Лондорской Летной Академии, главой приемной комиссии и преподавателем этого престижного учебного заведения…». Ну, приехали.

Дойл беспардонно заглядывает мне через плечо, видит фото грудастой женщины в перемазанной кровью одежде и усмехается.

– Видел ее в жизни? – качаю головой.
– А я видел, - сообщает гордо. Еще бы, если он тут шестой раз. – Та ещё горячая штучка, – уже откровенно ржет.
– Только танцующих ангелков вoкруг не хватает.

Морщусь. Значит, на Лондоре молодежь учит женщина, угробившая целый город мирныx жителей? Теперь вспоминаю, мы даже проходили это событие в школе на уроках новейшей истории. В Карамеданской Империи до сих пор отмечают День ?ибели Эйдона…

Мимо по лестнице проносится какой-то студент в синем и с важным видом кладет на стол целую стопку бумажных бланков. Серьезно? Бумага?

– О, бланки принесли, – радостно комментирует Дойл.
– Значит, скоро появится Морган.

Отлично. Пора кончать этот цирк.

Сосед ещё несколько минут рассуждает о том, что на экзамены можно ходить каждый год только за тем, чтобы знакомиться с «цыпочками». Слушаю вполуха, рассуждения – как у подростка в пубертатном периоде. Догадываюсь, что у «цыпочек» Дойл отнюдь не пользуется взаимным успехом, как бы ему ни хотелось показать обратное.

Голоса внезапно смолкают. Неожиданно, резко. В помещении мгновенно наступает мертвая тишина. Кажется, большинство абитуриентов перестают дышать, не то что шевелиться. Даже студент, принесший бланки и так и оставшийся возле преподавательского стола, вытягивается по стойке «смирно», устремив глаза наверх – ко входу в аудиторию.

Озадаченно посматриваю по сторонам: вверх смотрит только этот парень; такой бежевый планктон, как я, или сидит, смотря прямо перед собой, или изучает сложенные на парте руки. В помещении стоит атмосфера cтраха и смирения.

Под шиканье Дойла, как и все, напрягшегося и притихшего, спокойно поворачиваюсь вполоборота и смотрю на женщину, спускающуюся вниз. Нет ни драной майки, ни шорт, оружия вроде как тоже не наблюдается. На Миранде Морган (а судя по реакции аудитории, это не может быть никто иной) синяя военная форма, брюки и китель, достаточно приталенный, чтобы обозначить стройную фигуру с не слишком маленькой грудью (однако далеко не гигантской, как у актрисы из «Мести во имя любви»), но и не обтягивающий, чтобы выглядеть вызывающе. Она среднего роста, волосы – темные кудряшки чуть выше плеч. Не знай я, кто передо мной, решил бы, что женщине не больше тридцати, но, если судить по времени событий на Эйдане, ей не можeт быть меньше сорока.

Миранда Морган идет, глядя себе под ноги, на лице – скучающее

выражение. Должно быть, за много лет работы в ЛЛА она наcтолько привыкла к реакции абитуриентов на свою персону – всеобщий страх и раболепие, – что уже даже не утруждает себя изучением присутствующих. Так что, пользуясь моментом, продолжаю ее рассматривать.

Внезапно Морган поднимает голову и видит… меня. Трудно не обратить на меня внимание, так как остальные превратились в немые статуи. Похоже, стоило внять советам соседа и тоже врасти в стол. Хотел же не привлекать к себе внимание.

К моему удивлению, когда наши взгляды встречаются, уголок губ Миранды Морган ползет вверх. Она проходит мимо к преподавательскому стoлу, а я, как дурак, смотрю ей вслед.

Так вот ты какая, убийца детей-ангелков из города Эйдона…

ГЛАВА 4

Морган

Мало того, что этого «звездного мальчика» Ригана пытались впихнуть в ?кадемию с такой настойчивостью, будто он уже сдал вступительные. Так тот умудрился ещё и опоздать.

Сначала Оливер прожужжал мне все уши на тему: «Какие бы ни были результаты экзаменов подопечного главы ?П, мы должны его взять». А потом он же ещё два часа бегал по зданию с выпученными глазами в поисках «виновника торжества». От Ригана же не поступило элементарного звонка вежливости с уточнением времени его прибытия. Настолько уверен, что уже зачислен? Считает, что раз у него такие влиятельные покровители, то ему все нипочем? Или просто непроходимый дурак?

Как я поняла, инцидент со спасением судна, на котором несла службу дочка пройдохи Валентайна, патрулировал самую ж… cамый край освоенной человечеством части космоса. А я не вчера родилась, знаю, кого и за что отправляют в такие захолустья: это или непроходимые кретины, на которых смотреть страшно, да уволить жалко, или проштрафившиеся дебоширы, сосланные подальше, чтобы не портить остальным жизнь. И тот, и другой варианты – лучше не придумаешь.

Словом, спасибо всем за чудесный первый учебный день. Голова кругом. Только выдохнула с облегчением оттого, что ?иган так и не появился, как мне позвонил Лаки и сообщил, что наткнулcя на него во дворе Академии. Ну, что тому стоило задержаться ещё на час? Тогда я могла бы с чистой совестью заявить Оливеру, а заодно Рикардо и Ассоциации Пилотов, что их протеже сам виноват, и потому его заявка на прием в ЛЛА отклонена.

Как все ладно складывалoсь. Но нет же! Терпеть не могу, когда кто-то пытается протащить в Академию своих любимчиков. Быть пилотом – это талант и призвание. И вручить диплом тому, у кого этого нет, – значит подвергнуть опасности экипажи кораблей, которые будут водить такие недопилоты. Неужели не ясно?

Тем не менее из года в год продолжается одна и та же песня.

Я даже девушку собственного сына отправляю на экзамен на общих основаниях, хотя Ди за последний год стала мне как родная. А они о каком-то полицейском, взявшемся бог весть откуда.

Почему этот Риган, будь он трижды неладен, вообще оказался за пультом управления в то время, как на борту была дочка Валентайна, судя по документам, опытный пилот? Или диплом ей тоже приобрел папочка?

Ответов у меня нет – одни подозрения, и они меня совершенно не радуют. Потому спускаюсь в аудиторию в отвратительном настроении. Надоело. Осточертели эти бесконечные закулисные игры. Я хороший пилот, и все, чего хочу: передать свое мастерство тем, у кого есть к этому способности. Места в ЛЛА не продаются, и точка.