Крылья
Шрифт:
– Пожалуй, лучше всего устроиться здесь, – предложил он, указывая на кофейный столик и кресла в углу кабинета. – Ты все приготовила?
– Кажется, да, – ответила Кейси.
– Я сам начну разговор, – сказал Мардер, – и если потребуется, обращусь к тебе за поддержкой.
– Хорошо.
Мардер продолжал расхаживать по кабинету:
– Охрана сообщила, что за южным ограждением работает съемочная группа. Они берут интервью у Роджерса.
– Ага, – отозвалась Кейси.
– Безмозглый тупица. Могу себе представить, что он им наговорит.
– Вы беседовали когда-нибудь с Роджерсом? – спросила Кейси.
Зажужжал
– Господин Мардер, пришла мисс Мэлоун, – сказала Эйлин.
– Впустите ее, – велел Мардер и торопливо зашагал к двери, готовясь встретить журналистку.
При виде женщины, вошедшей в кабинет, Кейси едва сумела скрыть изумление. Перед ней стояла девчонка чуть старше Ричмана. Ей от силы двадцать восемь – двадцать девять лет, решила Кейси. Мэлоун была блондинка с миловидным лицом, на котором застыло суровое подозрительное выражение, характерное для обитателя Нью-Йорка. Она стриглась накоротко, словно пытаясь скрыть свою женственность, и одевалась крайне небрежно. На ней были джинсы, белая футболка и голубой блейзер с вычурным воротником. Этакий голливудский типаж.
От одного взгляда на нее Кейси охватывало чувство неловкости. Но Мардер уже повернулся к ней и говорил:
– Мисс Мэлоун, познакомьтесь с Кейси Синглтон, она представляет отдел гарантии качества в группе расследования происшествий.
Юная блондинка самодовольно улыбнулась.
Кейси обменялась с ней рукопожатием.
Издеваются они, что ли, подумала Дженнифер Мэлоун. Неужели это и есть капитан индустрии, этот шустрый дергунчик в плохо сидящем костюме, с прилизанными черными волосами? А это что за дама из каталога Тэлбота? Синглтон была выше ее ростом – Дженнифер почувствовала укол самолюбия – и красива той пышущей здоровьем красотой, которую нередко встретишь на Среднем Западе. У нее была спортивная фигура, очевидно, она находилась в прекрасной форме, хотя уже давно перешагнула тот возраст, когда женщине позволительно ограничиваться тем минимумом косметики, который был сейчас на ее лице. В глазах Синглтон сквозили тревога и напряжение. Судя по всему, ей было чего бояться.
Дженнифер была разочарована. Она готовилась к этой встрече целый день, вновь и вновь шлифуя формулировки и аргументы. Она готовилась столкнуться с достойным противником, но вместо этого как будто вновь попала в колледж и оказалась в компании заместителя директора и застенчивой библиотекарши. Мелкие сошки, напрочь лишенные чувства стиля.
А этот кабинет! Тесная конура с серыми стенами и дешевой утилитарной мебелью. Помещение казалось таким безликим, что Дженнифер не видела смысла проводить здесь съемки. Эта комната не оставит у зрителя ровным счетом никакого впечатления. Неужели у президента компании такой же неприглядный кабинет? В таком случае съемки придется перенести в другое место – на улицу либо в сборочный цех. Этот кабинет не годится для шоу. Самолет – огромная, могучая птица. Телезрители нипочем не поверят, что их делают такие вот жалкие серые людишки, запертые в убогих комнатушках.
Мардер подвел Дженнифер к столику и креслам в углу и предложил садиться жестом хлебосольного хозяина, словно приглашал ее на банкет. Он не указал, какое кресло ей занять, поэтому Дженнифер села спиной к окну, чтобы лучи солнца били в глаза хозяевам. Она достала свои записи и зашуршала страницами.
– Хотите что-нибудь
– С удовольствием.
– Какой кофе вы предпочитаете?
– Черный, – ответила Дженнифер.
Кейси следила за тем, как Дженнифер перебирает листки.
– Буду откровенна, – заговорила журналистка. – Мы располагаем весьма серьезными материалами, которые свидетельствуют против N-22, И против вашей фирмы в целом. Однако у каждой медали есть две стороны, и мы хотим дать вам возможность оправдаться перед критиками.
Мардер ничего не сказал, лишь кивнул. Он сидел скрестив ноги, держа на коленях записную книжку.
– Во-первых, мы знаем, что случилось на борту самолета «Транс-Пасифик».
«Неужели? – подумала Кейси. – А мы – нет».
– Во время полета выдвинулись предкрылки – кажется, это называется «выпущены»? – и самолет потерял управление, то падая, то набирая высоту, и из-за этого погибли пассажиры. Видеозапись этой трагедии обошла всю страну. Нам известны имена пассажиров, предъявивших компании судебные иски. Мы знаем также, что на N-22 и раньше случался выпуск предкрылков, но ни ФАВП, ни «Нортон» не обращали на это внимания, хотя за последние годы подобные инциденты происходили девять раз.
Мэлоун на секунду умолкла, потом продолжала:
– Мы знаем, что ФАВП проводит столь снисходительную политику, что даже не требует предоставления документов, необходимых для сертификации самолетов. Компания «Нортон» хранит их у себя.
«Господи, – подумала Кейси. – Она совершенно ничего не понимает».
– Позвольте для начала оспорить ваше последнее утверждение, – сказал Мардер. – Ни один производитель не держит свою документацию в ФАВП. Ни «Боинг», ни «Дуглас», ни «Аэробус», ни «Нортон». Откровенно говоря, мы предпочли бы хранить их в ФАВП. Однако это невозможно, поскольку документы содержат сведения, составляющие коммерческую тайну. Окажись они в распоряжении ФАВП, наши конкуренты могли бы получить эти сведения на основании Акта о свободе распространения информации. Кое-кто из наших соперников только об этом и мечтает. Самым рьяным сторонником изменения правил ФАВП был «Аэробус» – по причинам, о которых я только что говорил. Подозреваю, ваши взгляды на деятельность ФАВП навеяны кем-то из «Аэробуса».
Мэлоун замялась и посмотрела в свои записи. Кейси подумала, что Мардер оказался прав. Он точно угадал источник, из которого Мэлоун черпала сведения. Именно «Аэробус» скормил журналистке этот лакомый кусок, вероятно, озвучив его через свое подразделение по связям с общественностью – Институт авиационных исследований. Известно ли Мэлоун, что за спиной ИАИ стоит «Аэробус»?
– Но вы не можете не согласиться с тем, – ледяным тоном заявила журналистка, – что передача документов ФАВП в «Нортон» выглядит несколько подозрительно.
– Мисс Мэлоун, – отозвался Мардер, – как я уже говорил, мы бы предпочли оставить их на хранение в ФАВП. Но Акт о свободе распространения информации написан не нами. Законы издаем не мы. И тем не менее мы считаем, что разработки, в которые вложены миллиарды долларов, не должны становиться достоянием конкурентов.
– Иными словами, вы выступаете против Акта о свободе распространения информации?
– Ни в коем случае. – Мардер шевельнулся в кресле. – Вы упомянули о самолете, выполнявшем рейс пятьсот сорок пять.