Чтение онлайн

(Сейчас, дожидаясь, пока ему проштампуют паспорт, Рэнди видит все это своими глазами. В кои-то веки он не досадует на задержку. Соседний коридор — для ЗКР, и Рэнди их изучает. Это будущий рынок корпорации «Эпифит». По большей части молодые девушки, многие одеты по моде, но все равно с некоторой скромностью, привитой в католическом пансионе. Они устали от перелета, устали от долгого ожидания, они сутулятся, потом резко выпрямляются и вскидывают точеный подбородок, словно невидимая монахиня идет вдоль очереди, хлопая их линейкой по наманикюренным

пальцам.)

Однако семьдесят два часа назад он толком не понял, о чем Ави говорит, поэтому сказал только:

— Да, видел.

— В Маниле отдельный коридор для возвращающихся ЗКР!

— ЗКР?

— Заморских контрактных работников. Филиппинцы устраиваются за рубежом, потому что сами Филиппины никак не вылезут из дерьма. Горничными и няньками в Саудовской Аравии, анестезиологами и медсестрами в Штатах, певичками в Гонконге, проститутками в Бангкоке.

— Проститутками в Бангкоке? — Там-то уж Рэнди был и слегка ошалел от мысли, что кто-то экспортирует шлюх в Таиланд.

— Филиппинки — самые красивые. — Ави понизил голос. — В них есть злость, поэтому они куда привлекательнее для заезжего бизнесмена-мазохиста, чем улыбающиеся тайские телки. — Оба понимали, что это полная лажа: Ави человек семейный и своего опыта в данной области не имеет. Рэнди не стал ему этим тыкать; умение Ави экспромтом гнать лажу — главный залог того, что они сделают охуенные деньги.

(Теперь, когда он здесь, есть соблазн угадать, кто из девушек в коридоре ЗКР — путаны. Однако Рэнди понимает, что все равно ошибется, поэтому расправляет плечи и направляется к желтой полосе.

На пути от паспортного контроля к ограждению правительство расставило стеклянные витрины с экспонатами, демонстрирующими величие домагеллановой культуры Филиппин. В первой из них piиce de rйsistance. [10] резной деревянный инструмент с длинной аннотацией на тагальском. Ниже, мелкими буквами, английский перевод: «Однотонная флейта».)

— Филиппины природно ограждены, — продолжал Ави. — Знаешь, какая это редкость? Когда ты видишь природно огражденную среду, Рэнди, ты ныряешь в нее, как голодный хорек в трубу с сырым мясом.

Несколько слов про Ави. Семья его отца чудом выбралась из Праги: типичные центральноевропейские евреи, поистине уникальные только тем, что остались живы. Однако предки его матери были невероятно странные криптоевреи из Нью-Мексико; три сотни лет они жили в прерии, скрывались от иезуитов, стреляли гремучих змей и ели дурман вонючий; они выглядели, как индейцы, и разговаривали, как ковбои. Соответственно в отношениях с другими людьми Ави постоянно вибрировал, как струна. По большей части он держался очень вежливо и корректно, чем производил большое впечатление на бизнесменов — особенно японских, — но периодически взрывался, как будто ему прищемили хвост.

Рэнди скоро к этому приспособился, вот почему Ави звонил ему в такие минуты.

— Успокойся! — сказал Рэнди, глядя, как мимо проехала на роликах загорелая девушка. — Природно огражденные, говоришь?

— Покуда Филиппины не вылезут из дерьма, у них будет куча ЗКР. Все они хотят общаться с родственниками. У филиппинцев очень прочные семейные узы. По сравнению с ними евреи — замкнутые эгоисты.

— О’кей. Ты лучше меня знаешь и тех, и других.

— Они сентиментальны и любвеобильны настолько, что легко вызывают у нас смех.

— Не ощетинивайся, — сказал Рэнди. — Я не собираюсь смеяться.

— Будешь смеяться, когда услышишь, как они по радио передают музыкальные приветы родным. Однако, если честно, в этом смысле нам есть чему у них поучиться.

— Сейчас ты близок к тому, чтобы читать мне проповедь.

— Прости, — совершенно искренне ответил Ави. Его жена вес четыре года их брака была почти беспрерывно беременна. Он с каждым днем становился все религиознее и ни в одном разговоре не мог обойти Холокост. Рэнди был холостяк на грани разрыва с подружкой.

— Я тебе верю. Ничего, если я возьму билет бизнес-класса?

Ави его не услышал, и Рэнди счел, что это означает «да».

— Покуда дела обстоят так, будет огромный рынок для пинойграмм.

— Пинойграмм?

— Бога ради, не произноси вслух!.. Пока мы говорим, я заполняю заявку на торговую марку. — Рэнди слышал стрекот на заднем плане — клавиши стучали с такой быстротой, словно Ави просто держит клавиатуру в бледных худых руках и трясет ее что есть мочи. — А если филиппинская экономика встанет на ноги, то мы увидим взрывной рост телекоммуникаций, как и в других брас.

— Брас?

— Бэ-эр-а-эс. Быстроразвивающихся азиатских странах. Так или иначе, мы в выигрыше.

— Я так понял, ты затеваешь что-то связанное с телекоммуникациями?

— В яблочко. — На заднем плане закашлялся и заплакал ребенок. — Мне надо идти, — сказал Ави. — У Шломо опять обострилась астма. Запиши отпечаток.

— Отпечаток?

— Моего ключа. Для электронной почты.

— «Ордо»?

— Ага.

Рэнди вытащил шариковую ручку и, не найдя бумаги, подставил ладонь.

— Пишу.

— 67 81 А4 АЕ FF 40 25 9В 43 0Е 29 8D 56 60 Е3 2F, — и Ави повесил трубку.

Рэнди вернулся в ресторан. По пути к столику он попросил официанта принести полбутылки хорошего красного вина. Чарлин услышала и нахмурилась. Рэнди по-прежнему думал про врожденную злость и не увидел в ее лице ничего похожего, только готовность поучать, как у всей их компании. Господи! Пора сваливать из Калифорнии, осознал он.

Держит ребенка —Глаза светлее огня.Оркестр — льдышки слез.