Чтение онлайн

— Мы можем где-то получить такой код?

— Одного кода будет маловато. Надо ещё переделать «Прыткий». Турианские фрегаты — вещи приметные, особенно этот, после того, как он внезапно пропал.

— Я допрошу пленных, — предложила Фаора. — Может, кто-то из них посоветует, как лучше пройти.

— Сомневаюсь. Они космонавты, а не спецназ. К тому же, могут намеренно выдать неправильный код, чтобы скомпрометировать нас. Турианцы очень храбры.

— Тогда что ты предлагаешь?

— Поискать в Экстранете. Там должны быть предложения подобных услуг.

И в этот момент заново ожил

ансибль.

«Выходите в систему Ирис. Там вас будет ожидать корабль личности, называющей себя Серым Посредником. Он предоставит вам все нужные данные для прохождения в Кроганскую ДМЗ».

С этого момента подозрение Фаоры-Ул, что Генерал Зод знает всё, всегда и обо всех, превратилось в твёрдую веру.

— Весь вопрос в том, чего Посредник потребует за свою информацию, — предупредил Рекс. — Его данные надёжны, но он всегда получает больше, чем даёт.

— Я собираюсь передать ему информацию о себе. Ту, которой уже обладаешь ты. О характеристиках нашей планеты, её координатах, внешности, биологии и способностях криптонцев.

— Это… ценные сведения. За них действительно можно заплатить и побольше, чем разовый проход в одну систему. Но ты понимаешь, что Посредник постарается побыстрее продать их Цитадели?

— В этом и весь смысл. В ближайшие дни Жнецы могут передать её турианцам совершенно бесплатно. А так Посредник будет заинтересован в защите своих активов — и это может дать нам некоторый выигрыш.

— А если он сыграет на опережение, и скажет, что эти знания не имеют ценности? Насколько я знаю, все его сделки до сих пор касались сведений с периодом устаревания не менее месяца… Конечно, до сих пор он не проводил торгов во время возможного вторжения цивилизации извне…

— Тогда я все равно получу ценную информацию — что Посредник как-то связан со Жнецами. И тогда мы уже начнём играть иначе…

Корабль Посредника представлял собой обычный крупнотоннажный лихтёр — около пятисот метров в длину, немножко пошарпанный, но вполне способный пролетать ещё лет двадцать до капитального ремонта. Основную часть его длины составлял огромный грузовой контейнер.

— Это то, о чём я думаю? — уточнила Фаора.

— Да, по словам Посредника — это самый быстрый и дешёвый способ пройти Ретранслятор, не требующий перестройки корабля. Просто спрятаться в трюме другого звездолёта, имеющего разрешение на проход. К тому же так мы сэкономим топливо.

Большая аппарель в передней части контейнера откинулась, открывая его тёмные недра без единого огонька. Манипулируя виртуальным штурвалом, женщина аккуратно ввела малый корабль внутрь большого. На корпусе тут же сомкнулись магнитные захваты.

— Нон, просчитай, мы сможем вырваться, если что-то пойдёт не так?

— Хммм… если это предел их мощности, то сможем. Но если они усилят магнитное поле хотя бы в пять раз… Думаешь, понадобится?

— Не нравится мне здесь. Сидим тут, как слепые котята — сканеры не пробивают обшивки.

— Если бы они пробивали, наше путешествие закончилось бы очень быстро. Транспортник вполне могут попытаться досмотреть. И просканировать. Не

забывай, что на «Прытком» стоят системы обнаружения того же типа, что и на таможенных фрегатах.

— А если они захотят взойти на борт? — сразу обеспокоилась Фаора. — Я бы так и сделала, если бы обнаружила, что грузовик сканеры не берут… Зачем строителям дешёвого рудовоза делать его недоступным для просвечивания, это же не элитный летающий сейф какой-то?

— Это распространённое явление, — пояснил Нон, проконсультировавшись по внутрикорабельной связи. — Тут добрая половина кораблей делается с такими толстыми и плотными стенами, что просветить их можно только лучом нейтрино или масс-детектором. Но нейтрино-сканеры на Цитадели не распространены, ими пользуются только учёные — слишком дорогое и громоздкое оборудование, к тому же требующее долгой обработки результатов. А от масс-детекторов нас спрячут — завалят металлоломом сравнимой плотности на одной из промежуточных станций. Он же скроет и от визуального досмотра, если кто-то поднимется на борт. Впрочем, это маловероятно — Посредник специально выбрал для прохождения Ретранслятора час пик, когда в ДМЗ пойдут десятки кораблей. Проверять всех, поднимаясь на борт, им точно будет некогда.

— То есть нам ещё и под грудами хлама ждать? Мы же даже не сможем взлететь в случае чего!

— Серый Посредник никогда ещё не нарушал данного слова. Не думаю, что он пойдёт против своей репутации в этот раз.

— Ты так доверяешь инопланетянину, которого мы даже в лицо не видели?! Если у него вообще есть лицо…

— Я доверяю Дру-Зоду и логике. Посредник должен понимать, что мы скорее взорвём корабль, чем позволим похитить себя или взять штурмом. А уж способ ославить его за предательство на всё пространство Цитадели Генерал найдёт.

— Ладно, допустим… но кристаллическое заражение для всего лихтёра я подготовлю.

— Ни в коем случае! Если дойдёт до крайностей — только чистый взрыв, не оставляющий никаких следов!

Под такую оптимистичную беседу огромный транспортник прошёл через первый Ретранслятор, чтобы попасть в систему, где его ожидал фальшивый груз лома.

Значки, разбросанные по карте Галактики, вспыхивали на мгновение красным — и гасли один за другим.

— Они наступают, — констатировал Тор-Ан. — Всё, как вы и предсказывали — уничтожают наши зонды и блокируют Ретрансляторы, постепенно окружая.

Турианцы работали неспешно, но уверенно и последовательно. Одна позиция за один час Цитадели — примерно за полтора земных часа. Из безымянной «входной» системы туманности Змеи, где находился первичный Ретранслятор, криптонцев уже выдавили. Следующий бросок ожидался на Арктур.

— Мы должны встретить их там! — настаивал маршал. — Лорд-Протектор, разрешите мне провести к Арктуру хотя бы пару тысяч кораблей Сапфирового Флота! Мы раздавим их по ту сторону, не пустим в домашнюю систему!

— Основная часть успеет убежать, — покачал головой Хан. — На сверхсвете вы их не догоните… А потом они зайдут с другой стороны — в Местное скопление ведёт, увы, далеко не один первичный Ретранслятор, а на Криптон можно запрыгнуть через добрых два десятка вторичных.