Чтение онлайн

Разумеется, настоящий Зод нашёл бы, что возразить на это, но мысленный конструкт из чужой памяти и собственного воображения Хана не имел возможности сопротивляться — и покорно растаял перед его мысленным взором.

— Да, дорогая бабушка, мне пришлось изрядно побороться с этой порочной мыслью. Но сейчас она не представляет для меня никакой опасности. Если, конечно, до меня не доберутся Жнецы с их методами промывки мозгов. Но уж я позабочусь, чтобы они не добрались. Ни до меня… ни до вас.

Правду,

только правду, и ничего кроме правды. Иначе нельзя, когда на твоих висках пальцы перчаток Хранительницы. Это штука пострашнее пистолета.

— Я, конечно, голоден до силы, как и любой военный. Но здоровый голод и обжирательство — разные вещи. Гибель Криптона и концентрация его силы в руках малой группы не будут благом для нашей расы — это вырождение, а не развитие. И не будет благом для меня лично — по той же причине. Один человек, даже снабжённый самой совершенной базой данных — слишком узкое «бутылочное горлышко», чтобы через него прошла вся культура. Я в это верю. А вы?

— И я тоже, — кивнула Ро-Зар, разжимая хватку. — Боги, вы не представляете, какое это облегчение для моего старого сердца.

Сердце старушки, конечно, было молодым, как и всегда — последнее клонированное пересадили всего три года назад. Старел у неё мозг — единственная незаменимая деталь в организме. Но Хан не стал придираться к мелочам. Как и напоминать Ро-Зар, что она уже пережила свой биологический предел, и по-хорошему должна бы уже лет тридцать, как пойти на эвтаназию, предварительно записав на кристалл всю свою личность — здоровую, максимально целостную и вменяемую, прежде чем начнёт разъедать сознание слабоумие. Коней на переправе не меняют.

— Раз мы решили этот маленький казус — я могу попросить вас о небольшой работе на общее благо?

— О какой? — настороженность ещё не окончательно оставила Хранительницу.

— Скоро мы разбудим оригинал Алуры. Нельзя держать её в коме слишком долго — это вредно. Нужно либо пробуждать, либо переводить в анабиоз. Мы проверим её тело на наличие имплантов — настолько тщательно, насколько позволяют возможности криптонской науки вообще. Но я хочу, чтобы вы и голограмма Алуры так же тщательно проверили её поведение.

Не успел он попрощаться с одной почтенной вдовой, как вышла на связь другая. Лара Зор-Эл тоже не теряла времени зря.

— Я кое-что выяснила, Дру-Зод. Подозрение на вас несколько снизилось. Что именно — пока не скажу, но скорее всего убийца имел отношение к тем самым Жнецам, информацию на которых вы мне прислали. И да, спасибо большое за визит Фаоры-Ул. Она мне очень помогла.

— Приятно слышать, но подробности расследования я все равно узнаю — в нём задействовано слишком много моих людей. Так что может не будете тянуть время и скажете?

— Вот через них и узнайте, — отрезала женщина. — Я не доверяю общедоступным каналам связи.

— Лара, здесь же шифрование Совета!

— В наши дни это уже не панацея. И вы не хуже меня знаете, что у нашего общего

врага тоже есть нулевой доступ…

Хан усмехнулся. Привил-таки зачатки осторожности. А получить информацию от других следователей — это всегда пожалуйста. Корона с него не упадёт.

В этот момент загорелся срочный сигнал вызова. Открыв второй канал связи, Хан увидел перед собой крайне взволнованного Тор-Ана.

— Лорд-протектор, мы утратили связь с гарнизоном в Самоцветных Горах. С базы поднимаются все корабли, которые там находились. Мы не знаем, есть ли на них экипажи. На вызовы они тоже не отвечают.

Память Зода мигом вспомнила соответствующую базу. Десять тысяч воинов, тридцать пять тысяч человек вместе с их семьями и гражданским персоналом. Двадцать флаеров первого класса, сто шестьдесят второго и четыреста лёгких машин. Либо все эти люди мертвы, либо большинство оказалось мятежниками, а лояльное меньшинство… опять же мертво. Ну, есть ещё маленькая надежда, что гарнизон или хотя бы часть его удерживают в плену…

— Спасательная группа туда уже выслана?

— Я направил ближайший воздушный патруль. Но они не могут приблизиться без одобрения диспетчера базы, слишком сильный заградительный огонь ПВО. Я приказал им держаться вне зоны поражения…

— Правильно сделали, нечего людей зря губить.

Подавить стационарные орудия, конечно, можно. Но для этого понадобится координированный огонь сотни линкоров, по меньшей мере. А такой мощный флот быстро не соберёшь. Особенно если цель — не сровнять базу с землёй целиком, а аккуратно разрушить её пояс обороны, не задев основные строения.

— Куда направляются их воздушные силы?

— Вертикально вверх. Уже поднялись на пятнадцать километров и продолжают взлетать. Похоже, они на ходу перестраиваются в ракеты, повторяя ваш знаменитый манёвр.

Совсем нехорошо. Для баллистического суборбитального броска в зоне досягаемости будет почти половина Криптона. Обычными флаерами и зенитками такие штуки не перехватишь. Правда, можно сбить их с помощью боевых станций, которые Хан на всякий случай продолжал выводить на орбиту из Армара и Илирина. Но так как неизвестно, есть ли на борту живые люди, это обеспечит ему не очень хорошую репутацию. Одно дело, когда Дру-Зод перебил кучу народу по приказу Совета или по решению суда осторожности… и совсем другое — когда он сам верховный правитель и принимает такие решения.

— Алура Зор-Эл!

— На связи.

— Кто из ваших коллег может дать санкцию на уничтожение с наибольшей вероятностью и достаточно быстро?

Ордер на открытие огня он получил. Применять его, однако, не пришлось. Потому что когда флот Самоцветных Гор наконец стартовал, его траектория не задевала ни один из городов. Вместо этого она упиралась в разрушенную луну Вегтор.

— Ну и какого они могли там забыть? Могло там уцелеть что-нибудь из оборудования Джакс-Ура?