Чтение онлайн

Я помнил ее тело, но время изменило его. Передо мной было столько нового, что я жадно хотел освоить каждый участок.

— Кольт, — простонала она, и ее ногти впились мне в плечи, когда она еще сильнее подалась ко мне.

Я прижал рот к ее губам, смакуя ее вкус, затем резко перевернул ее на спину, придавив собой. Провел руками по разгоряченной коже, чувствуя, как под ладонями поднимается жар, потом стянул с нее ботинки по одному и отбросил на пол. Затем зацепил пальцами края ее шорт и белья и стащил вниз по ногам.

Я

сорвал с себя футболку одним движением и швырнул в темноту. Взгляд Блэр стал голодным, пока она смотрела, как я раздеваюсь, дыхание сбилось, а ее бедра уже шире раскрывались для меня.

Я встал между этими бедрами, сжал их ладонями и подтянул ее к краю кровати. Ее вздох прорезал темноту, когда я провел рукой по ее ноге и коснулся чувствительного места.

— О, Боже. — Ее пальцы вцепились в простыни, а я сильно надавил большим пальцем, прежде чем ввести в нее два пальца. Я согнул их вверх, и ее спина оторвалась от матраса, с губ сорвался хриплый крик.

— Скажи, что тебе нужно, — выдохнул я сквозь зубы, медленно кружа пальцем там, где она дрожала. Ее бедра отчаянно двигались навстречу моей руке, ища большего. — Скажи это, Блэр.

Я хотел это услышать. Мне это было нужно.

— Тебя, — выдохнула она, и ее глаза встретились с моими.

— Недостаточно. — Каждое слово я подчеркивал, почти полностью выводя пальцы из ее влажного жара, а потом снова толкаясь внутрь и сгибая их там, где от этого ее тело сжималось вокруг меня.

Ее тело напряглось целиком, бедра тянулись ко мне, но я не останавливался. Ее слова на колесе обозрения что-то во мне вскрыли, и теперь я жаждал ее всю.

Мне нужно было услышать, как ее голос ломается, как она сбрасывает последнюю броню между нами. К рассвету я хотел, чтобы она знала: мужчина, который берет ее тело этой ночью, будет поклоняться ей столько, сколько она позволит.

Я бы вывернул себя наизнанку и истек до последней капли гордости, лишь бы она увидела правду. Любить Блэр Монро — не выбор. Это выжжено во мне до костей задолго до того, как я понял, что такое любовь.

Я бы спалил мир дотла, лишь бы она оставалась такой, какая есть. Яростной, сломанной и чертовски совершенной.

— Скажи мне точно, что тебе нужно, Блэр. — Дыхание вырывалось рвано, все тело горело желанием сорваться, но я хотел, чтобы она была такой же обнаженной и открытой, как я. Я чувствовал себя зависимым на грани срыва и гнался за этим отчаянно.

Она подавила стон, выгнулась, приподнимая бедра. Волосы рассыпались по моей кровати, она качала головой, будто, не произнеся это вслух, сможет сохранить хоть крошку достоинства.

— Скажи, — хрипло повторил я, замедляя руку, давая ей почувствовать потерю, и видел в ее глазах борьбу между самозащитой и потребностью.

Из нее вырвался сдавленный звук, и она сломалась.

— Пожалуйста, Кольт. Мне нужно, чтобы ты взял меня. Мне нужно… — Она застонала,

когда я снова надавил там, где она дрожала, потом ослабил. — Мне нужно чувствовать тебя внутри. Мне нужно знать, что ты мой. Пожалуйста.

То, как она сказала «мой», выбило воздух из легких. Я бы солгал, если бы сказал, что не нуждаюсь в этом так же сильно, что не хочу принадлежать ей так же, как хочу, чтобы она принадлежала мне.

— Черт. Вот так, детка.

Я опустился на колени перед ней, развел ее ноги шире и подтянул к самому краю, так что ее бедра почти соскользнули с кровати. Она вскрикнула, звук был резким, отчаянным, а я просунул руки под ее ноги, разводя их еще дальше, пальцы впились во внутреннюю сторону ее бедер.

Она была полностью в моей власти, и черт возьми, именно этого мы оба и хотели.

Я наклонился и прижался губами к ее бедру, сначала целуя нежную кожу, скользя по россыпи веснушек, потом прикусил достаточно сильно, чтобы она вскрикнула. Я почувствовал, как по ней прошла дрожь, предвкушение, от которого у меня свело все внутри.

Но я заставил ее ждать. Медленно провел языком от колена вверх, мучительно неторопливо, наслаждаясь каждым сантиметром, каждым вздохом, каждой дрожью. Когда я наконец добрался туда, где она горела, я лишь провел губами по влажной коже, вдыхая ее.

Она была раскрыта, розовая, набухшая от желания, и первое прикосновение языка заставило ее так резко дернуться, что она едва не сбила меня. Я крепко держал ее, сжимая бедра, и медленно провел языком снова.

Я застонал от ее вкуса и уже не мог остановиться, снова и снова лаская ее, каждый раз заканчивая резким движением там, где она вздрагивала сильнее всего. Она всхлипывала, вцепившись мне в волосы, тянула ближе, отчаянно требуя большего.

— О, черт. Пожалуйста, Кольт.

Ее мольбы действовали на меня как удар.

Я отстранился, горячее дыхание коснулось ее кожи, и посмотрел на нее снизу вверх. Блэр смотрела на меня, губы приоткрыты, дыхание сбито, щеки пылали, и она выглядела такой живой, что мне хотелось разорвать мир, лишь бы сохранить ее такой.

— Умоляй меня, детка, — хрипло сказал я, проводя усами и щетиной по ее бедру. — Сделай так, чтобы я поверил, что ты без этого умрешь.

Из нее вырвался тихий, жалобный звук.

— Пожалуйста, мне нужно. Мне это нужно, Кольт. Пожалуйста, не останавливайся.

Слова посыпались из нее потоком.

Я наградил ее, снова прижавшись к ней ртом, медленно, глубоко, доводя ее все ближе, потом возвращаясь туда, где она дрожала сильнее всего. Одна ее рука упиралась в матрас, другая путалась в моих волосах. Я чувствовал, как она подходит к краю, как напрягается все ее тело, как ноги сжимаются вокруг меня.

Я усилил давление, довел ее почти до предела — и остановился ровно настолько, чтобы она всхлипнула, прежде чем начать снова.