Чтение онлайн

– Чупа, это до добра не доведет! Если Гарик про это узнает или кто-нибудь из пацанов, то ты моментально потеряешь авторитет, который зарабатывала все эти годы.

– Я все это понимаю. Мне не положено встречаться с подкрышным коммерсантом, но сегодня вечером я с ним встречусь и постараюсь поставить точку в этих отношениях.

– Ну а если он не захочет тебя слушать и будет всячески показывать, что ему море по колено?

– Тогда даже не знаю. И все же я постараюсь его убедить.

– А если ты не сможешь его убедить?

– Не знаю.

– Тогда тебе лучше от него отделаться, пока про ваши отношения никто не узнал.

– Ты

предлагаешь его убить?

– Если не будет другого выхода, то придется это сделать. Чупа, вступив в такую связь, ты поступила крайне близоруко. Ты лидер преступной группировки. Ты вообще не имеешь права с кем-либо спать, не говоря о том, чтобы вступить в известные отношения с подкрышным коммерсантом. Птицы твоего полета либо замужем, пусть даже в фиктивном браке, либо отрываются по таким борделям, где мы вчера с тобой были. Тебе бы неплохо было поддерживать связь с Гариком – он этого достоин. Или, на худой конец, можно вступить в отношения с таким странным типом, как Бульдог. Эти люди так же, как и ты, принадлежат к криминальному миру, чтут воровские традиции и имеют авторитет в уголовной среде. Если бы ты была продавщицей в коммерческом магазине, тогда другое дело – могла бы связываться с коммерсантами сколько твоей душе угодно, но при твоем нынешнем положении это может обернуться катастрофой. Ты вращаешься среди головорезов и отморозков, и, не ровен час, узнав об этой связи, они попрут против тебя…

– Юлька, я все это понимаю. Все же я попробую решить этот вопрос мирным путем.

– Хочешь, мы поедем сегодня вечером вместе?

– Зачем?

– А вдруг мирным путем не получится?

– Ты хочешь сказать, что сможешь его убить?

– Я этого не сказала, но могла бы попробовать.

– Нет уж, спасибо. С твоей нездоровой психикой не смей даже думать об этом. Кстати, а где ты взяла пистолет?

– У Витьки.

– И он тебе дал?

– А зачем ему знать о том, что я беру, а что – нет.

– Ты хочешь сказать, что он ничего не знает о том, что ты стащила у него пистолет?

– Конечно, нет. Послушай, Чупа, а что у тебя с Бульдогом?

– Ничего особенного.

– Это как?

– Бульдог упорно не хочет признавать, что он Бульдог. Я вот что думаю: может, у него с памятью что-то случилось?

– Дрына ему хорошего надо, чтобы он вспомнил!

Сволочь порядочная этот Бульдог – я всегда это знала!

– Я же не заставляю его продолжать наши отношения! Но ведь так не уходят! Уходить надо достойно, а он сбежал. Может, он боится всколыхнуть чувства? Я не могу поверить, что все то, что у нас было, наигранно и неискренне. Вот уж не предполагала, что меня можно отнести к типу женщин, которых легко обмануть.

– Надо еще раз спуститься в подвал и поговорить с ним. Ну он хоть что-нибудь говорит? – не могла успокоиться Юлька.

– Он говорит, что его зовут Тим.

– Как?

– Тим.

– Он что, совсем спятил? Ты же говорила, что его зовут Макс.

– Раньше он мне говорил то же самое.

– Это становится даже интересным.

– Ладно, сейчас не до него. С ним придется обстоятельно побеседовать. – Я тяжело вздохнула. Перед глазами стоял Бульдог с простреленным плечом, я как будто вновь почувствовала его горячие и страстные поцелуи. От этих мыслей по щекам потекли слезы, и я поняла, что будет лучше гнать их прочь.

Неожиданно зазвонил внутренний телефон. Это был Жорик. Я поздоровалась и пообещала спуститься

через пятнадцать минут.

– Ты куда? – поинтересовалась Юлька.

– Сейчас в косметический салон и парикмахерскую.

Нужно привести себя в порядок. В обед у меня встреча с Шахом. Приедет Гарик – пусть меня ждет. Нам необходимо проработать все ключевые моменты встречи.

– Чупа, а может, я с тобой?

– Куда?

– Ну, в парикмахерскую. Я бы хотела волосы нарастить. Не могу же я ходить в таком виде.

– Радость моя, послушай: волосы можно наращивать только в том случае, если длина твоих собственных волос не меньше десяти сантиметров – иначе им просто не на чем будет держаться. С таким ежиком, как у тебя, надо пересидеть. Потерпи немного – скоро у тебя вырастут свои.

Я достала из комода свою любимую воздушную косынку и повязала Юльке на голову. Затем улыбнулась и чмокнула ее в лоб.

– Совсем другое дело. Ходи пока так – тебе даже идет. Косынка и очки. Кстати, а ты чем собираешься сегодня заниматься?

– Буду рисовать. Гарик купил мне с десяток альбомов и целую гору простых карандашей.

– Ну вот и хорошо.

Я оставила Юльку досыпать и спустилась к Жорику.

Жорик выглядел великолепно. От бурной ночи не осталось и следа.

– Как дела? – улыбнулся он.

– Лучше просто и не может быть.

– Как наш заключенный?

– На отдыхе.

Посетив парикмахерскую, я заехала в салон женской одежды на Невском проспекте, решив побаловать себя каким-нибудь новым нарядом. Обнаружив на вешалке стильный костюмчик абрикосового цвета, я пришла в состояние крайнего возбуждения, поняв, что именно такой необходим моей израненной душе для вывода ее из состояния, близкого к депрессии. Поставив Жорика рядом с примерочной кабиной, я натянула на себя это чудо. С восхищением посмотрев на себя в зеркало, я удовлетворенно присвистнула. Это то, что мне надо. Вещи – как люди. Если они нам не нравятся, мы стараемся их избегать. Ну а если они нам по душе, то мы радуемся каждой, пусть даже случайной встрече. Я никогда не покупала вещь, если хоть немного в ней сомневалась. Если возникают хоть малейшие сомнения, то это стопроцентная гарантия того, что я не надену ее ни разу.

Вытащив из кармана ценник, я посмотрела, сколько же стоит столь изысканная штучка. Две тысячи семьсот долларов! Изверги! Разве можно так драть деньги с наших бедных российских женщин! Деваться некуда… Что поделаешь – я не привыкла себе в чем-либо отказывать. Оторвав ценник, я подошла к полочке с туфлями в надежде найти что-нибудь пооригинальнее. Заприметив самые высокие шпильки, я надела их и подмигнула Жорику.

– Ну как?

– На тебя хоть мешок надень – будет сидеть великолепно, – улыбнулся Жорик.

Оторвав ценник с туфель, я протянула его продавцу и сказала;.

– Мне ничего не надо заворачивать. Я выйду из, вашего магазина в таком виде.

Приехав на дачу, я увидела Гарика, сидящего в беседке. Он с грустью смотрел на рисовавшую рядом Юльку, пытаясь ей что-то объяснить. Увидев мене, Крик с восхищением вскочил и поздоровался.

– Ну как? Думаешь, Шаху понравится? – улыбнулась я.

– Само собой, – буркнул Гарик.

Я подошла к Юльке и заглянула в ее рисунки. Она была так увлечена, что даже не заметила моего присутствия. Она рисовала с такой страстью, словно вокруг никого и ничего не было. В ее рисунках, как всегда, были могилы и рука, сжимающее сердце.