Королева отморозков
Шрифт:
– Тебе виднее.
Я вновь посмотрела на мальчиков.
– Вопросы есть?
– Все ясно, – послышалось в ответ.
– Тогда за работу.
– Чупа, ты опять осталась без телохранителей, – грустно заметил Гарик.
– Я все больше и больше начинаю понимать, что вполне могу обойтись и без них. Мои телохранители не умеют предчувствовать беду.
– А ты умеешь?
– Умею.
– И все же я настаиваю на том, чтобы приставить к тебе хотя бы одного охранника.
– Валяй. Я поехала домой.
– Давай
– У тебя здесь куча дел.
– С делами разберутся пацаны. Я отвезу и вернусь обратно.
– Как хочешь, – безразлично ответила я и направилась к машине. Гарик сел за руль, и машина тронулась с места.
– На дачу?
– Нет, на городскую квартиру.
– Чупа, но это опасно. На даче полно охраны, а здесь ты будешь одна.
– В том-то и дело, что я хочу побыть одна…
– Хорошо. Тебе надо выспаться. Я решу вопрос с телохранителем и сразу его привезу.
Я промолчала… Доехав до дома, Гарик вылез из машины и открыл мне дверь. Я выбралась и направилась к подъезду.
– Чупа, может, я с тобой?
– Не надо. Езжай в ресторан. Ты старший, а там слишком много дел.
– Тогда я хотя бы доведу тебя до квартиры.
– Я же сказала, что хочу побыть одна. Я буду ждать, когда ты найдешь мне профессионального телохранителя.
– Как найду – сразу привезу.
– Валяй, только, ради Бога, не привози какую-нибудь шелупень. Найди что-нибудь стоящее – типа Бульдога.
– Обижаешь. Толик со Славиком были классными профессионалами – просто они еще не успели себя проявить.
Я подошла к подъезду и взялась за ручку двери. Затем оглянулась на Гарика и произнесла:
– Позвони, как освободишься.
– Конечно! Сейчас расхлебаюсь с делами. Затем найду тебе телохранителя – и сразу позвоню.
– Было бы здорово, если бы ты нашел Бульдога, – улыбнулась я.
Гарик вздрогнул и тихо спросил;
– Чупа, ты в порядке?
– В порядке, не переживай.
– Может, все-таки на дачу?
– Я хочу побыть одна.
Я толкнула дверь и зашла внутрь.
Глава 11
Я жутко гордилась, когда купила эту квартиру. Жить в таком доме – мечта любого нормального человека, который хоть немного вкусил прелести петербургской жизни.
Питер – это вообще отдельное государство, живущее по своим законам. Больше всего этот город не любит приезжих. Так что за право жить под питерским солнцем нужно бороться. Питер – это как наркотик, которым хоть раз укололся – и уже не можешь слезть с иглы. Приезжаешь в другие города – и начинается ломка.
Когда я жила в Хабаровске, то даже не подозревала, что значит жить в Питере, а теперь, приезжая в Хабаровск, я не могу выдержать там больше трех дней. Я могу объехать свой родной город за час и уж точно не найду в нем для себя применения. Я люблю Питер настолько, что, как мне кажется, даже не смогла бы жить
Так вот, мой домик находится недалеко от центра и смотрит окнами прямо на Неву. Человек с улицы никогда не сможет зайти сюда – ни под каким предлогом. В каждом подъезде существует навороченный пункт охраны, и гостей к нам пускают только по пропускам. Прямо под домом находится подземная автомобильная стоянка.
На крыше дома расположен чудесный зимний сад, где круглый год цветут тропические растения. На первом этаже – солярий, сауна, парикмахерская, косметический салон, пункт обмена валюты, филиал банка, спортзал, тренажерный зал. На втором – магазин, бар, кафе и стол заказов. Пользоваться ими могут только жильцы дома и их гости. Словом, из дома можно вообще не вылазить.
Все есть под рукой. Естественно, что здесь живут только новые русские. Дом славится своей необычной архитектурой, тонированными и бронированными стеклами и большими площадями квартир, Я зашла я лифт и поднялась на шестой этаж В лифте стоит огромный кожаный диван. Наверное, это на случай, если кто-то так сильно захочет заняться сексом, что до дома дотерпеть не сможет.
В квартире все по-прежнему. Идеально чисто и очень уютно. Славно иметь квартирку в триста шестьдесят квадратов с видом на Неву! Не надо никаких коттеджей. Правда, моя дача ничуть не хуже, но все-таки город есть город.
Скинув одежду, я зашла в ванную. И тут меня чуть не хватил инсульт. Черная джакузи была полна душистой и пенистой воды, остро пахнувшей лепестками живых роз.
Я встала как вкопанная, не желая верить собственным глазам. Левая рука онемела, сердце учащенно забилось.
Мне хотелось закричать, но из груди вырвалось лишь подобие слабого стона, Чертовщина какая-то… Насколько я помню, когда я в последний раз уходила из квартиры, в ванне было пусто.
Точно, в последний раз мы здесь были вместе с Бульдогом. Мы еще тогда не были близки, поэтому ванна нам не понадобилась.
Я подошла к бортику и чуть не потеряла сознание – вода была почти горячей. Собрав последние силы, я бросилась бежать. Споткнувшись, с размаху ударилась об угол стиральной машины и упала. Несомненно, вскочит огромный синяк, но от дикого страха боли я так и не почувствовала. Быстро поднявшись, я направилась в спальню. Моя огромная кровать из мореного канадского дуба была аккуратно расстелена чьей-то заботливой рукой. Аккуратно взбитые пуховые подушки покоились одна на другой. Покрывало лежало на стуле, а одеяло, свернутое уголком, призывало прилечь. Шатаясь, как сомнамбула, я побрела на кухню. На стойке бара стоял поднос с двумя полными рюмками моего любимого канадского джина.