Король
Шрифт:
Трэз кивнул, поднимая руку выше и продолжая тереть свою шею.
– Я знаю, хорошо. Мои родители высоко меня оценили. Проблема в том, что я был для них имуществом для обмена. Такое можно ожидать от автодилеров, торговцев, людей, которые управляют супермаркетами и торговыми центрами. И, слушай, хотел бы я быть из тех приспособленцев, способных заявить «ну да, они меня не хотели, но все равно высоко оценили, бла-бла-бла»... но я – другой. В моих мыслях... – Он описал рукой круг у виска. – Я не какая-то
Селене внезапно захотелось плакать. Смотреть на этого невероятного, изумительного мужчину... и понимать, что в своем сердце он не видел своих достоинств? Это было преступлением... со стороны тех, кто должен был больше всего заботиться о нем.
– Поэтому ты спал с людьми? – услышала она свой вопрос.
В повисшем молчании она даже не могла сделать вдох. Так сильно боялась его ответа. По многим причинам.
– Да. – Он выругался себе под нос. – Ну, к примеру, я был с жещниной... прямо перед тем, как началась мигрень.
Это было всего ночь назад, подумала Селена, и ей захотелось поежиться...
– И она была такой же пустой, каким себя чувствовал я. Просто два двигающихся тела. Это ничего не значило, именно этим я занимался годами. Физические упражнения, не больше.
Селена пыталась подобрать нужные слова, что-то утешающее, чтобы показать, что она спокойно воспринимала его слова... но на самом деле, они рвали ее на части. Хотя такого быть не должно.
Сколько времени она провела с ним? Час? Два, максимум?
Близкая смерть делала ее беспечной...
– Я мог бы спасти их, – сказал Трэз, обращаясь в основном к себе. – Если пожертвую собой, то я смогу спасти мать и отца.
Он резко склонил голову в бок, и раздался хруст.
– Стой, – прошептала она, оказавшись позади него. – Позволь мне.
Убирая руки Трэза с пути, она обхватила его каменные плечи и сжала, как он сжимал ранее, пытаясь расслабить мускулы. Пока она делала массаж, его мышцы под гладкой кожей перекатывались подобно натянутым канатам, и казалось это – единственное, чего она добилась.
Он застонал.
– Восхитительно.
– Я ничего особенного не делаю.
Он накрыл ее руки своими.
– Делаешь. Больше, чем думаешь.
Селена продолжила массажировать, думая о собственном прошлом.
– Как я уже говорила, у меня не было мамы и папы. Я росла с сестрами, воспитывалась ими. Мне предназначалось продолжать традицию, но я не могу сказать, что была желанным ребенком. Поэтому, я могу представить твои чувства... что значит быть выведенным селекцией, а не рожденным, потому что рождение предполагает, что тебя ждали, вымаливали у Девы.
Он откинул голову назад, уставившись на нее.
– Да. Все так.
Она с улыбкой подтолкнула его вернуться к прежней позе.
– Если родителей убьют… кажется,
– Но тебя нельзя осуждать, ведь ты на это не соглашался.
– В смысле?
– Тебя обещали другой, когда ты не мог решать за себя... воистину, кажется, они никогда не спрашивали твоего мнения. Поэтому если ты не оправдаешь ожиданий, и возникнут какие-либо последствия? Они выпадут на долю родителей, а не на твою. Это имеет к тебе отношение и при этом не зависит от тебя.
– Боже...
Когда он не ответил, она нахмурилась.
– Прости, я не хотела дерзить.
– Это не так. Ты... идеальна.
– Едва ли.
– Я хочу сделать кое-что для тебя.
Она замерла.
– Что?
Потому что у нее были кое-какие мысли.
– Кое-что стоящее.
Она перевела взгляд на меховой ковер, на который ее уложили. О, это было бы стоящим...
– Но я ничего не делаю.
Селена вздохнула.
– Твоего присутствия достаточно.
Трэз положил на ее руки свои и потянул ее вперед так, что она легла на его спину.
Удерживая ее, он прижался головой к ее голове.
Он сделал вдох, его огромный торс расширился, и она на мгновение оторвалась от пола.
– Спасибо, – сказал он осипшим голосом.
– Я ничего не сделала.
– Благодаря тебе я не чувствую себя злом. А сегодня ночью – это все.
– О, но ты никогда не был злым, – прошептала она, прижавшись к его щеке в поцелуе. – Только ни ты, никогда.
Закрывая глаза, Селена держалась за него, поняв, что связана с ним душой. Настолько, что она не знала, как оставить его. Не просто сегодня ночью, но... до того момента, пока судьба не предъявит свои права на нее.
– Ты ела? – спросил он немного погодя.
– На самом деле... нет. – Ее живот заурчал. – И я умираю с голоду.
– Давай спустимся вниз. Мой брат делает свой фирменный соус... или, по крайней мере, мне так показалось. Он всегда его готовит, когда у меня мигрени.
Селена разжала хватку и собралась сесть...
Ее спина без предупреждения воспротивилась, позвоночник заклинило. Трэз, с другой стороны, встал без проблем... и когда он протянул ей руку, она могла лишь смотреть на ладонь.
Когда на его красивом лице отразилось смятение, она решила, что может и принять помощь. В настоящий момент она не могла оторваться от пола сама.
– Медленно, – сказала она хрипло. – Хорошо?
Трэз нахмурился, но нежно поднял ее на ноги.
– Ты в порядке?
Она выиграла немного времени, тщательно завязывая мантию. Но ее суставы тем временем кричали, особенно бедра и спина.
Заставив себя улыбнуться, она пыталась сильно не пугаться. Но именно так все начиналось для ее сестер. Для всех.