Чтение онлайн

— Скверна. Греховные мысли. Фильм.

Юби и Мария молча смотрели на него. Двенадцатый понял, что снова говорит на родном языке. В ярости он выхватил свою клавиатуру из рук Марии и быстро заработал внутренними пальцами.

— Нужно защититься. «Орестея» — зло. В фильме содержатся самые скверные мысли, которые можно только представить.

Процесс перевода своих мыслей на чужой язык успокоил его. Фразы стремительным потоком выскакивали из-под его пальцев.

— Безумные слуги задумали убить

свою родительницу! Никто не остановил их! Это грех!

При одной мысли об этом Двенадцатый почувствовал, что теряет сознание. Усилием воли он удерживал себя от обморока.

— Это всего лишь фильм! — раздался громкий голос Юби. — Этого на самом деле не было!

Двенадцатый в ярости ударил клавиатурой по коленям.

— Какая разница! Некоторые мысли не разрешены!!! — Он долго не отпускал клавишу восклицательного знака.

Юби и Мария переглянулись.

— Кому-то из нас нужно прочитать ту лекцию, — сказал Юби.

— Лучше тебе. Ты ее запомнишь.

— А если я захочу забыть?

— Ты видел фильм, а я нет.

Юби вздохнул и повернулся к Двенадцатому.

— Сейчас я должен изучить информацию об этой пьесе, — произнес он. — Потом я отвечу на все ваши вопросы.

Гнев и страх захлестнули Двенадцатого. Его пальцы, нажимавшие на клавиши, дрожали.

— Я не задавал вопросов, уважаемый командор.

Юби задумался.

— Тогда мне, возможно, удастся ответить на свои собственные вопросы.

Юби пристегнулся к соседнему креслу, надел наушники, нажал несколько клавиш и откинулся на спинку.

Двенадцатый почувствовал, что под действием успокаивающих ритмов Возлюбленной его гнев постепенно стихает, а затем вдруг с внезапной ясностью понял, что Возлюбленная далеко. Он с тревогой огляделся и остановил взгляд на динамиках.

— Что это за звук?

— Юби запрограммировал компьютер, чтобы он звучал, как Возлюбленная, — успокоила его Мария. — Он надеялся, что это поможет вам прийти в себя.

Когда улеглась первая волна возмущения — искусственная Возлюбленная! — Двенадцатый задумался. При ближайшем рассмотрении это звучало крайне привлекательно.

— Возможно ли мне будет научиться пользоваться этой машиной? — спросил он.

— Конечно.

Двенадцатому стало теплее, когда он подумал, что за ритмы будут звучать в этой ужасной металлической комнате.

— Я скромно прошу ваших указаний.

— Пользуйтесь ею, как хотите.

— Благодарю вас, Прекрасная Мария.

— Не о чем беспокоиться, — она неожиданно усмехнулась. — Где вы взяли это выражение? Я не слышала его несколько лет.

— В первом фильме. Разве оно неправильное?

— Нет. Просто немного устарело.

Юби выпрямился в кресле и снял наушники.

— Ну вот, — сказал он. — Теперь я знаю, кто такие греки.

Он потер лоб.

— А вы

знаете, что слово «Кибернетик» пришло к нам из греческого языка? Оно обозначает человека, который правит лодкой.

— Какое отношение имеет лодка к компьютеру? — Мария удивленно взглянула на брата.

— Не знаю. Там об этом ничего не сказано.

— Наверное, греки знали.

Юби повернулся к Двенадцатому.

— Фильм, который вы посмотрели, называется «трагедия». Это произведение, где всегда происходят ужасные вещи.

Возмущение Двенадцатого вернулось. Внутренние пальцы застучали по клавиатуре.

— Ужасные и кощунственные, уважаемый командор.

— Это вторая часть трилогии. Вы не видели первую, Двенадцатый. Конечно, это ужасно, что дети убивают свою мать. Но в предыдущей части она совершила не менее ужасный поступок, убив своего мужа.

Двенадцатый на мгновение задумался.

— А что здесь ужасного?

Мария и Юби переглянулись.

— Считается, что люди не убивают своих родственников, — сказал Юби.

— Но ведь она была родителем, — Юби повернулся к Марии. — Разве мы это не объяснили?

Двенадцатый опять почувствовал раздражение. Его пальцы с трудом успевали за потоком встревоженных мыслей.

— Муж может быть хранителем определенного генетического материала, уважаемый командор, но это не имеет отношения к священному институту материнства, а также к праву матери использовать своих слуг в соответствии с их назначением и избавляться от ненужных.

— Вот так-то, Юби, — комната наполнилась звонким смехом Марии. Двенадцатый, возмущенный поведением девушки, скосил на нее пару глаз.

— Священный институт материнства, — повторил Юби. — Ладно.

Он немного подумал.

— Действия детей направлялись богом Аполлоном. Это придавало, как вы выражаетесь, священный характер их действиям.

Двенадцатый задумался над понятием божества. В его словаре бог определялся как высшее существо, обычно воплощавшее в себе один из атрибутов действительности… Слово имело и другие значения, нередко противоречащие друг другу.

— Вы когда-нибудь встречали бога? — спросил он.

Мария и Юби рассмеялись. Двенадцатый в недоумении переводил взгляд с одного на другого.

— Никто из нас не видел бога, — ответил Юби. — Я не верю в их существование, хотя многие люди верят. Автор пьесы тоже верил, что Аполлон существует.

Двенадцатый опять разволновался.

— Боги либо существуют, либо нет.

— Только в нашем воображении, — перебила Мария.

— Если бог дает указание слугам убить их Возлюбленную, — настаивал Двенадцатый, — тогда это злой бог, и его необходимо уничтожить.

Юби издал долгий свистящий звук, который компьютер оказался не в состоянии перевести.