Концерн
Шрифт:
– Андрей Викторович? – вскинув домиком брови, поинтересовался гость. Затем его взгляд остановился на Варламе, и на лице мелькнуло понимание: – Ах, вы о Варламе.
– Анатолий Васильевич, приличное место, приличное общество… – ввернул шпильку Антон.
– Ах, право, прошу прощения. Абсолютно верное замечание. Рад знакомству, Андрей Викторович.
– Ты это… Прекращай. Неймется – так Андреем величай.
– Напрасно вы так, – осуждающе покачал головой Анатолий Васильевич. – Поднялись на новую ступень – принимайте правила игры. Не правда ли, Антон Сергеевич?
– Абсолютно
– С удовольствием.
– Во-первых, мы имеем несколько единиц разномастного оружия. Оно нам ни к чему.
– Пристроим, и цену дам достойную. – При этих словах Варлам только еле слышно хмыкнул, ну да Антон и не рассчитывал на действительно честный торг – ведь этому оружейнику нужно и свою выгоду поиметь, а как известно, копейка рубль бережет.
– Во-вторых, я хочу приобрести дюжину драгунских винтовок нового образца и столько же револьверов системы Нагана. – Конечно, можно было бы подобрать и американские винчестеры, они и покомпактней, и поскорострельней, но было у Семена к ним предубеждение. Он утверждал, что «мосинка» – она попроще и понадежней будет, проверена двумя мировыми войнами. А то, что довольно громоздкая, так ничего страшного. Антон не стал спорить с Гавриловым. Хотя по виду черного оружейника понял, что товар не из дешевых.
– Дорогой товар. Вы поймите правильно, армия только-только перевооружилась, достать это оружие не так уж и просто, так что…
– Я надеюсь, цена все же не будет запредельной?
– Нет, что вы. Выставлять товар по запредельным ценам нет никакого смысла. Думаю, что по пятьдесят рубликов за карабин и сорок за револьвер будет в самый раз.
– Дороговато.
– Что поделать, товар нынче редкий. Подходите лет эдак через пять – будет куда дешевле, – елейно улыбаясь, заявил черный оружейник. На что Антону оставалось только крякнуть с досады.
– Патроны-то в комплекте идут?
– Обижаете. По полсотни штук к стволу.
– Мало. Нужно по три сотни к винтовкам и по две к револьверам.
– Остальное за отдельную плату: девять копеек.
– Боюсь, что походить по рынку и поторговаться у нас не получится, – вспомнив бородатый анекдот, резюмировал Песчанин, на что Анатолий Васильевич вновь ответил улыбкой:
– Что еще интересует?
– Пушки и пулеметы, – раздосадованный неудачной для него торговлей, буркнул Антон.
– Можно и их, да только времени займет много, а с пушками и вовсе трудно, только старого образца, но возможно, – пожав плечами, ответил собеседник.
– Вы что же, серьезно?
– Молодой человек, я вообще не приучен шутить, когда речь заходит о деньгах. Но судя по всему, ТАКИХ денег у вас нет, потому пустое это. Что-то конкретное интересует?
– Кавалерийские карабины Бердана?
– Этого хлама сколько угодно. Вот только переделанных под гражданский образец сейчас нет, уж простите. Но если согласитесь обождать, то смогу предоставить. Правда, обойдутся немного дороже. Дополнительная работа, знаете ли.
– Подойдут и армейские образцы.
– Пожалуйте, по девять рублей и опять же по полсотни патронов.
– А патроны в какую цену?
– Эти по пять копеек.
– Изрядные цены у вас, должен
– Ну, вы-то всяко-разно заработаете на них куда больше, – улыбаясь, отмахнулся оружейник.
Что тут скажешь, он четко просчитал сидящего перед ним человека и понимал, что тот намерен продавать оружие инородцам, а торгуя с ними, можно было выгадать и в десять и в двадцать раз больше.
– Хорошо. Нужна сотня карабинов и по две сотни патронов к ним.
– Итак, подведем итог. На круг получается три тысячи сто шестьдесят два рублика, как в аптеке.
– Хорошо получается.
– Это точно.
– Когда можно получить товар?
– А когда он вам нужен?
– Как можно раньше.
– Тогда через два дня. Андрей Викторович, вам не составит труда найти меня через два дня?
– Обижаете, Анатолий Васильевич, – все же принял правила игры Варлам.
– Вот и замечательно. Детали оговорим при следующей встрече. Честь имею, господа.
Глава 2
Сахалин
И вот наконец под ногами шаткая палуба, а вокруг бескрайнее море. Конечно, палуба деревянная, шхуна довольно старая, пропахшая рыбой настолько, что, несмотря на то что суденышко простояло в порту почти полгода, запах стоял крепкий, въевшийся, казалось, в каждую деталь. Правда, к этому стойкому запаху примешивался и другой. Двадцать лошадей просто не способны не внести своей лепты в витающее в воздухе амбре.
Но от этого пьянящее чувство вновь обретенной стихии, которой он был лишен почти год, для Антона было ничуть не меньше. Он едва не прослезился от охватившей его радости. Все же море настолько въелось в него, что без него он попросту не представлял своего существования. По-своему влияло на настроение и то, что «Светлана» не имела паровой машины, так что шли под парусом. Песчанин едва переборол желание наплевать на все, заработать денег, построить парусную яхту и бороздить моря в свое удовольствие. Можно было даже устроить себе круглое лето, курсируя между разными широтами, а то и вовсе облюбовать какой-никакой островок в Тихом океане и просто жить в свое удовольствие. А что, такая возможность у него была. Вздохнув полной грудью, он решительно отмел эти поползновения. Раз уж решил, то нужно действовать.
Разумеется, денег, которые за это время успела заработать мастерская, не хватило бы на организацию экспедиции. Нужно было закупить инструмент, продовольствие, одежду, так как Антон предполагал, что их будущие работники будут в драных обносках. Нужны были лошади: по словам Семена, предстояло подняться вверх по течению километров на пятьдесят – не тащить же все на себе. Нужен был товар для меновой торговли с местными инородцами: нельзя пренебрегать торговлей с ними – она может оказаться весьма выгодной. Конечно, жители Чукотки привыкли иметь дело с американцами, но если выставить товары по цене хотя бы в два раза дешевле, чем они, то могли появиться шансы переманить потенциальных покупателей. Конечно, далековато, но раньше ведь чукчи ездили за сотни километров в центр тогдашней торговли, Гижигу, так почему не возродить былое. Даже при более низких ценах доходы могли быть просто колоссальными.