Чтение онлайн

Светланка. А что я, проститутка, что ли какая, без трусиков шастать?

Сергей. Вот чьи-то трусики. (Поднимает с поля женские трусики.)

Светланка. Это не мои - мои в горошек.

Галя. Да это мои! Ой, Светланка, я впопыхах, наверно, твои трусики одела.

Светланка. Не жмут?

Галя. В самый раз - сейчас сниму.

Светланка. Не надо. Раз одела - носи. И эти тоже возьми - раз они твои. Я дарю тебе свои трусики.

Галя. Сен кью.

Светланка. Данке шон.

Филадельфий Иванович. Какие жесты, мое ты бескорыстие.

Сергей.

Мы в неоплатном долгу. (Прячет трусики в боковой карман.)

Филадельфий Иванович. Сочтемся. Ну, ладно, Сережа, Галя - мы в машине внизу вас ждем. Коля, выше подбородок. Наденька, прими хвойную ванну. Борода... Побрейся Борода, чтобы мозги в бороду не перетекали. Ладно, Лешка, хороший ты парень. Если понадоблюсь, через Николая найдешь. Проверить тебя надо было. Люто? Прости. Проверенные люди нужны. Главное - псом не будь. Запомни. Счастья всем драгоценного. Есть. Галочка. (Делает ей ручкой.)

Светланка. Чао, Бамбино.

Филадельфий Иванович и Светланка уходят. Галя с Сергеем на авансцене.

Галя. Слушай, я ж ее трусики одела. А вдруг у нее бытовой?

Сергей. Такой мэн бактерицидную при себе держать не будет, промокашка.

Галя. Ладно. Может, я все-таки свои одену? Тебе же тоже не все равно?

Сергей. Галочка, нет времени заниматься чепухой. Я знаешь, что вспомнил. Я вспомнил приятеля, который канадскими дубленками занимается.

Галя. Ну.

Сергей. Короче, готовь завтра тысячу нашими рублями.

Галя. Так дешево?

Сергей. Потому что для меня, то есть для тебя, Галочка.

Галя. Сергунчик, с меня впридачу десять Мандельштамов. И можешь делать с ними что хочешь. Даже в кабачок можешь на них походить и путан отоварить - не заревную. Любишь меня?

Сергей. Какие разговоры. Короче, спускайся вниз к Филадельфиям, скажи, что я мигом. Только о делах с ними не надо. Хорошо?

Галя. Товарищ монстр. (Чмокает Сергея.) Аривидерчи. (Уходит.)

Сергей. Кобыла. Коль, на секунду. (Выходит Коля на авансцену.) Короче, Колюх, я бесконечно благодарен и с меня пять Мандельштамов - даже шесть. А может, все-таки, пять? Ладно, пять?

Коля. Слушай, жмот, не будь жмотом.

Сергей. Ну хорошо - шесть. Я же сам вначале сказал, что шесть. Ты, это самое, я что хотел. Нам бы этого вепря ой бы надо как заарканить. Мы, конечно, этим и занимаемся. Ох, Колюха, мою кровь сейчас как шампанское пить можно как паровоз шипит. Я не пьян, Коля - я просто по-человечески очень благодарен и счастлив. Все нештяк?

Коля. Мы подстрелим этого носорога, Серж, - иначе нельзя.

Сергей. Да сволочь прибить - это ж просто приятственно, а? Но, Колюх, его лучше на лассо взять - живой-то он куда пользительней.

Коля. Ебстественно.

Сергей. Коль, с меня шесть Мандельштамов. Совесть-то у меня должна быть? Нет, ты не отказывайся. Я сказал, что шесть, значит, шесть. Понял, да? Мое слово ты знаешь.

Коля. Короче, Сережа, звони, заходи, мозгуй и действуй, согласно обстановке.

Сергей. Согласно установке, босс.

Коля.

Я влюблен в тебя, коллега.

Сергей. Коль, с меня семь Мандельштамов. Но шесть - это абсолютно точно твои. А над седьмым я буду думать сосредоточенно. Понял, да? Ну, все?

Коля. Абзац.

Сергей. А следующий абзац мы начнем с большой буквы. Коля. Как начнем, так и кончим. Сергей. Ну, Коля, ты Пушкин. Нет, в натуре, ваше - гений. Понял, да?

Коля. Серж, ты мозгуй над седьмым Мандельштамом сосредоточенней.

Сергей. Уже обмозговал.

Коля. Результат?

Сергей. А пока не скажу. В общем, для тебя сюрприз будет. В общем, разбудил ты во мне, бессовестный Коля, совесть. Прям ты как будильник.

Коля. Ну ладно, Сережа, время - деньги. Дичь там внизу скучать не должна. Ты давай, чтобы твой глаз до конца сегодняшнего вечера был на мушке. Понял, да?

Сергей. Мой глаз - ватерпас, Коля. Понял, да? Ну, не прощаемся - ну, как зеки: опля!

Коля. Опля!

Бьют ладонь в ладонь.

Сергей. Всреднюримся?

Коля. Обязательно. Доброй охоты, Серж.

Сергей. Доброй охоты, Колюха. (Уходит.)

Пауза.

Борода. Погано ты стал жить, Миклуха, погано.

Коля. Что поделаешь - се ля ви.

Борода. Оденься, Надежда.

Надя. Да. (Одевается.)

Борода. Пошли отсюда.

Надя. Сейчас. (Оседает на стул.)

Борода. Все будет хорошо.

Пауза.

Коля. Как я мечтал о ребенке, своем ребенке - последний я человек, ребята.

Борода. Среди подлюк первый.

Коля. Прав. Ну убейте меня тогда. Вы меня хотите оставить здесь в живых одного?! Мне страшно, мне очень страшно, ребята.

Борода. Уходим, Надежда.

Коля. А я ее не отпущу. Я тебя не отпущу, Надька. Я тебя люблю. Ребенка не отпущу.

Борода. Пошли, Надежда.

Надя. Сейчас.

Коля. Ребята, не будем гнать дуру. Это не выход, - для всех это не выход. Вы не сможете жить вместе - теперь уже не сможете. И вы понимаете.

Борода. Сможем.

Коля. Ну ладно, ребята, ну надо мозгами думать, а не сердечными волокнами. Я бил тебя, Лешка, в сотую часть силы. Меня это не оправдывает. Ничто меня не оправдывает. Ну игра идет, большая игра - большая охота на большого мамонта. С издержками игра. А что, бывает без издержек? Как-то вот так все шаг за шагом, и закрутилась воронка. Я его готов убить, - этого Филадельфия. Вот взял бы сейчас автомат и в решето. Волчара. Живой, фашист, нужен. И вообще все это обыкновенный фашизм какой-то. И Сергей фашист. Все. А я самый главный. К стенке меня надо и в решето. Я бы сам себе вынес смертный приговор и в решето. Во всяком случае, цикуту я бы точно сейчас выпил. Как Сократ. Понятно, что я не Сократ. Но я тоже человек. Опять вот целую неделю, чтобы заснуть, буду перед сном пить по бутылке сухого. Я понимаю, что меня надо расстрелять. Было б легче, если б я этого не понимал. Я не прошу прощения. Простите меня. Ни в коем случае не прощайте. Хотите, вот я возьму сейчас вилку и проглочу.