Чтение онлайн

— Покупайте то, что нужно, а другим велите уйти, — поучала она. — Платите то, что просят, не торгуйтесь, у нас это не принято. Говорите либо «да», либо «нет».

Она прикрикнула на разбредающихся людей, и они немедленно выстроились в линию.

— Будет вождем в деревне, — сказал по-английски Том, глядя, как девочка справляется со стариками.

— Она уже вождь, — отозвалась Сэлли.

— Мы готовы, — сообщила Марисоль и дала знак первому в очереди подойти. Он протянул пять джутовых мешков. — Четыреста, — назвала цену девочка.

— Долларов?

— Лемпир [27] .

— А

сколько это в долларах?

— Два.

— Берем.

Следующий в очереди принес большой мешок бобов, мешок непросеянного сушеного зерна и безбожно измятую кастрюлю с крышкой. Родной ручки не было, но на ее месте красовалась другая — изящно вырезанная из дерева и покрытая лаком. Доллар.

— Берем.

Индеец оставил вещи и ушел. Третий предложил две майки, двое старых, замызганных шортов, кепку водителя грузовика и пару новеньких, с иголочки, кроссовок «Найк».

— Все на меня, — удивился Том. — И кроссовки тоже. Вот уж не думал обнаружить здесь «Эр Джордане».

— Они их здесь шьют. Вспомните скандалы с магазинами летних товаров.

— Ну да, конечно.

Торговля продолжалась. Индейцы принесли пластиковую пленку, мешки с бобами и рисом, сушеное и вяленое мясо — Том решил не интересоваться, что это было за животное, — бананы, огромную канистру бензина, банку с солью. Предлагали суперсильный репеллент от насекомых «Рейд», но от него было решено отказаться.

Внезапно все замолчали. Послышатся тихий звенящий звук подвесного мотора.

— Быстро за мной в лес! — торопливо распорядилась девочка.

Толпа рассеялась, и деревня словно вымерла — опустела и погрузилась в тишину. Марисоль по едва заметной тропинке провела их в джунгли, где под кронами деревьев стояли сумерки. Вокруг раскинулись сплошные болота, но Марисоль уверенно выбирала надежные места. Звуки деревни замерли за спиной — теперь их окутывал непроницаемый полог леса. Через десять минут пути девочка остановилась.

— Подождем здесь.

— Сколько?

— Пока не уйдут солдаты.

— А как насчет лодки? — спросила Сэлли. — Они узнают нашу лодку.

— Мы ее уже спрятали.

— Вовремя сообразили. Спасибо.

— Не за что, — с достоинством ответила Марисоль и, опустив глаза и замерев, как олень, стала ждать.

— Куда ты ходишь в школу? — поинтересовалась немного спустя Сэлли.

— Ниже по реке, в баптистскую.

— Миссионеров? — Да.

— Ты христианка?

— Конечно. — Марисоль подняла голову и серьезно посмотрела на Сэлли. — А вы?

Девушка замялась.

— Ну… мои родители были христианами.

— Это хорошо, — улыбнулась Марисоль. — Я бы не хотела, чтобы вы отправились в ад.

— Вот что я хочу у тебя спросить, — заговорил Том. — Это правда,

что в деревне, кроме дона Альфонсо, нет больше никого, кто бы знал дорогу через Меамбарское болото?

— Правда, — кивнула девочка.

— А через болото трудно пройти?

— Очень.

— А почему он так стремится нас сопровождать?

— Не знаю! — Она мотнула головой. — Он видит сны, и у него случаются всякие видения. Вот и на этот раз так.

— Он в самом деле видел сон, что ему надо с нами идти?

— Да. Когда первый белый человек появился в нашей деревне, он сказал, что за ним последуют его сыновья. И вот вы здесь.

— Удачная догадка, — проговорил по-английски Том. Где-то вдалеке грянул выстрел и эхом прокатился по лесу.

Затем другой. Джунгли исказили звук, сделав его похожим на гром, и раскаты стрельбы еще долго не затихали среди деревьев. Выстрелы произвели на Марисоль ужасное впечатление. Девочка побледнела, задрожала и вся как-то перекосилась. Том испугался: неужели есть погибшие?

— Они же не станут стрелять в людей?

— Не знаю, — ответила Марисоль.

Том заметил, как ее глаза наполнились слезами. Сэлли схватила Тома за руку.

— Из-за нас могут пострадать другие. Нам нужно выйти.

— Нет! — резко бросила девочка. — Может быть, они стреляют в воздух. Нам остается одно — ждать! — По щеке Марисоль скатилась единственная слеза.

— Не надо было здесь останавливаться, — перевала на английский Сэлли. — Мы не имели права подвергать других опасности. Давайте выйдем и встретимся с солдатами лицом к лицу.

— Согласен. — Том повернул к деревне.

— Если мы выйдем, нас перестреляют. Мы беспомощны перед солдатами, — пробормотала Марисоль.

— Им это с рук не сойдет… — Голос Сэлли дрожал. — Я сообщу обо всем в американское посольство. Солдат накажут.

Марисоль не ответила. Снова застыла, как олень, только едва заметно подрагивала. Даже плакать перестала.

Льюис Скиба остался в кабинете один. До конца рабочего дня было еще далеко, но он, чтобы избавить людей от встречи с журналистами, отправил всех по домам. Выключил из розетки рабочий телефон и закрыл обе ведущие в кабинет двери. Компания рушилась извне, а он спрятался в кокон тишины и окутал себя золотистым маревом собственных забот.

Комиссия по ценным бумагам и биржевым операциям даже не стала дожидаться конца торгов и объявила расследование по поводу неустойчивого состояния курса компании «Лэмп — Дэнисон». Решение показалось громом среди ясного неба, а стоимость акций скатилась до семи с четвертью доллара и продолжала падать. Компания походила на стонущего, умирающего кита, вокруг которого кружат оголтелые, безжалостные акулы — те самые «медведи» — и рвут кусок за куском. Такое первобытное, дарвиновское насыщение. И каждый откушенный ими доллар проделывал стотысячную дыру в рыночных фондах компании. Скиба был бессилен.