Чтение онлайн

Сейчас я мог лишь жалеть.

Элиза обернулась, недоумённо глянула на меня.

– Мы на «ты»?

«Мы давно на «ты», - я спрятал эту мысль поглубже. И вместо неё произнёс:

– Полагаешь, я буду выкать смерти?

Она покачала головой и тихо рассмеялась.

– Смерти? Как это мило. Уходите, рыцарь. На балу столько приличных девушек, вам не стоит со мной связываться. Добра я вам точно не принесу. Или вы снова меня с кем-то спутали?

– Я ни с кем тебя не спутаю, Элиза, - серьёзно отозвался я, подходя

ближе. – Идём. Здесь холодно.

Она фыркнула и усмешка сделалась злой – гротескной в ночных тенях.

– Не боишься меня, человеческий мальчик? Холодно? А я же могу согреть.

Я снял – сорвал – с себя декоративную накидку на символическом меху и укутал её – яркая тряпка на ледяном чёрном.

– Это ты боишься меня, Элиза. Не нужно. Не бойся, - и, вдыхая давно знакомый пряный аромат её кожи, шепнул на ухо: – Что они сделали, чтобы ты стала такой?

Она поцеловала меня сама, как делала это и раньше – но дёрнулась, стоило мне шевельнуться, чтобы сесть рядом и устроиться удобнее.

– Не бойся, чародейка.

– Я не боюсь, - шепнула она, глядя мне в глаза, - человек.

В её тёмной, пустой спальне было ещё холоднее, чем в саду. И очень уныло. Вдобавок, Элиза постоянно вздрагивала, когда я делал резкое движение.

– Что они сделали с тобой? – повторил я, протягивая ей вино.

Чародейка заставила меня отпить из её бокала и, только дождавшись, когда я сделаю первый глоток, отозвалась:

– Они? Кто? Ну что ты, рыцарь, кто может навредить чародейке? То, что они отобрали моего сына, ведь мелочи, правда?

– Сына? – опешил я.

Элиза поставила бокал на пол.

– Ты же из Мальтии… Джереми? Полагаю, да, раз не знаешь. За пределы Запада эта история не пошла – по приказу королевы. Я лично исполняла её приказ.

– Теперь мне придётся навсегда остаться с тобой, раз и я узнал, или ты и меня убьёшь? – усмехнулся я – пытался игриво, но получилось грустно. Сын? Ну а как же – при стольких любовниках. Чему я удивляюсь?

– Я в любом случае тебя убью, - спокойно отозвалась чародейка, и я счёл за лучшее снова опрокинуть её на подушки и поцеловать.

– Так значит, у Запада скоро появится ещё один чародей?

– У Запада он точно не появится, - отрезала Элиза, хватая меня за голову и заставляя смотреть в глаза. – Королеве это хорошо известно… Смотри на меня, человек!

– Расслабься, чародейка, - посоветовал я, целуя её руки. – Клянусь Матерью, от меня тебе вреда не будет.

– Я же сказала, что не боюсь тебя, человек, - неубедительно шепнула Элиза.

С ней было хорошо – даже несмотря на то, что расслабилась она далеко не сразу. И ещё она звала меня Лансом, а я в кои-то веки мог спокойно называть её имя и не получать пощёчину. С ней всё было по-настоящему – так, как нужно, как должно быть. Да, я ревновал её ко всем её любовникам разом, всем, от кого у неё мог родиться сын-чародей. Но я и любил её много

больше, чем они. Она знала?

После я растопил камин в её спальне, прогнал сумрак и, заставив её выпить два бокала подогретого вина, пел ей серенады – чтобы ей понравилось. Чтобы она перестала смотреть на меня с подозрением. Чтобы она хотя бы раз улыбнулась.

Утром, когда я уходил, думая, что она спит – свернувшись калачиком на кровати, только что укрытая мной одеялом – Элиза шепнула:

– Спасибо, рыцарь.

Я не нашёлся, что ей ответить.

(Из записок Элизы Северянки)

– Ты снова в чёрном, Элоиза? – Хеления всегда произносила моё имя на западный манер. Спустя год я перестала её исправлять.

– Да, Ваше Величество.

Карета мерно стучала колёсами по мостовой – в мёртвой тишине. Западники с некоторых пор не любили выходить на улицу с наступлением темноты, особенно жители столицы. Ровно с тех пор, как я появилась у их королевы.

– Чёрный? – Хеления в который раз кинула взгляд на свои руки – два дня назад я в который раз их «освежила», и теперь королева наслаждалась тонкой нежной кожей двадцатилетней девушки. Всё никак не могла насмотреться. – Почему, Элоиза? У тебя, что, траур?

– Чёрный более соответствует моему настроению, госпожа.

– Мне он не нравится, - любовно погладив шёлковый зелёный рукав, поморщилась Хеления. – Ты выглядишь скучно.

Я промолчала. Хеления знала, что если она не прикажет, я буду носить то, что пожелаю. А Хеления не разменивалась приказами по мелочам.

– Я хочу, чтобы ты сопровождала меня на переговоры в Мальтию, - королева скучающе глянула в окно. – И я хочу эту страну.

«Что ты будешь делать, если она прикажет тебе убить Ланса?» - стучало в голове.

– Конечно, Ваше Величество. Как пожелаете.

Хеления искоса глянула на меня и снова нахмурилась.

– Нет, но чёрное… Мы едем на бал, Элоиза, тебе стоило хотя бы одеться наряднее. Кто же на тебя посмотрит, вот такую, милая моя?

– Простите, королева, я не успела переодеться, - «и меня всё ещё шатает после твоего последнего приказа» – но этого говорить не стоило, Хеления и так знала.

– Между прочим, и что же ты сделала со жрецами Матери, Элоиза? – вскинув брови, поинтересовалась королева.

Я тоже посмотрела в окно, но ни увидела ничего, кроме бликов фонарей да коней эскорта.

– Наслала на них мор, госпожа, - держать лицо у меня давно уже получалось очень хорошо. Конечно, жрецы Матери осуждали жестокие действия королевы, осуждали приказы, которые она мне давала. И, конечно, дождались, что она отдала приказ расправиться с ними.

А то, что я молилась Матери, королеву Запада совершенно не волновало.

Хеления тихо рассмеялась, изящно отбросив серебристую прядь со лба.