Клятва
Шрифт:
Рэй нервно вышагивал от стены к стене – от двери к окну. Резко развернулся, когда я, пошатываясь, втащил себя в комнату. Он был бледен, не здорово бледен, зелёные глаза запали, утонули в тенях. Как будто не спал, а то и не ел всё время, пока мы не виделись. Пальцы его подрагивали – как заикался бы человек от еле сдерживаемой ярости… и облегчения.
А я улыбнулся, как дурак, и успел сказать: «Рэй, как я рад, что ты пришёл!», прежде чем он налетел на меня – Рэй всегда все проблемы со мной решал сначала кулаками, и только потом, спустив пар, начинал думать. Странно,
«Где тебя носило?!» - чётко выговаривали его губы, пока я пытался стащить его с себя. – Вся столица на ушах!»
– А король?
– пыхтел я. – Что король...?
И тут же получил под дых.
«Король?! А ты о друзьях подумал?! Ты подумал о тех, кто тебя ждёт? Демоны тебя забери, Ланс?! Герцог Джереми рвал и метал на Совете, и сейчас прочёсывает весь Арквейский лес».
Твою мать! Я резко представил физиономию сэра Джереми, когда он вернётся. Я хоть поркой-то отделаюсь?
«Какого демона тебя вообще туда понесло?! Приятная прогулка с Валитой, который нацелился на наследство де Креси? Ты что, не понимал, что он тебя ненавидел?! В этом твоей голове, о, Великая Матерь, вообще есть мозги?!» - это Рэй выяснял чисто эмпирическим путём, пытаясь до искомого достучаться. Я закрывался – и только тогда до меня дошло:
– Что значит, «ненавидел»?
Рэй замер на мгновение – и я, расслабившись, пропустил ещё один удар.
– Твою мать, Рэй! Угомонись уже!
Рэй не слушал. Он, застыв, смотрел куда-то в сторону – я вывернулся и встретился взглядом с волколаком. А волколак смотрел на Рэя – по-человечески изумлённо, и заинтересованно.
– Я прошу прощения, - раздалось неподалёку – с галереи над комнатой. – Мы с Волком не хотели мешать. Мы сейчас же уйдём.
При последних словах у меня подпрыгнуло сердце.
– Нет!
Волк зарычал, когда я схватился за его холку.
Рэй медленно отпустил меня, переводя взгляд с демона на Элизу, стоящую на галерее у мраморных колонн. Лично я не мог оторвать от неё взгляда – в платье, даже простеньком домашнем, с уложенными волосами она выглядела потрясающе. Впрочем, я и раньше считал её самой красивой девушкой на земле – а чего ещё ждать от богини?
«Ланс, - сжав мою руку, застучал пальцами Рэй. – Немедленно представь меня».
И я отмер.
Рэй странно смотрел на меня, когда я вбежал на галерею и с трудом удержался от желания подхватить её на руки – хотя и коснуться её пальцев почему-то ещё боялся, и это после вчерашнего-то, и это я-то!
Элиза коротко улыбнулась мне, заглянув в глаза. И сама подала руку.
– Я просто не хотела мешать.
– Ты не мешаешь, моя леди. Ты – никогда, - выдохнул я, глядя на неё.
А Рэй смотрел на нас с таким удивлением, будто перед ним развезлись Небеса и боги стали осыпать землю цветами и золотом. Но поклонился словно ни в чём не бывало, когда Элиза спустилась. И поцеловал её руку – я с искрой ревности заметил, как пальчики моей богини дрогнули.
– Мне действительно сейчас лучше вас покинуть, – не сводя глаз с Рэя, сказала Элиз. –
Да всё, что угодно! Только не уезжай!
«Ланс, что с тобой? – не выдержал Рэй, как только дверь за ней закрылась. – С каких пор ты приводишь женщин домой?»
Я еле сдержался, чтобы не врезать ему за этот вопрос – за то, как он говорил об Элизе.
– Она не какая-то женщина. Рэй, она… Разве ты не видишь: она лучшее, чистейшее, красивейшее, что было в моей жизни!
Рэй, хмурясь, постучал пальцем по моему лбу.
«Ты что… влюбился?» И захохотал – как обычно беззвучно.
– Кончай ржать! – не выдержал я. – Влюбился? Да я… Да ты что, не видишь..?
«Вижу, - хмыкнул Рэй. – И где ты нашёл эту… леди? С её милым домашним зверьком».
Я рассказал. Рэй, как обычно оседлав подоконник, хмурился, поглядывая в окно.
«Ланс, тебя не смущает, что её боятся лошади? – спросил он вдруг. – Она только что пыталась оседлать вашу Мышку, а уж спокойней её во всей Мальтии не найдёшь».
Я подбежал к окну – чтобы увидеть, как под вой собак исчезает за воротами прекрасная всадница и её личный демон.
Сердце предательски заныло.
«Похоже, не смущает, - подытожил Рэй. – Ну а что она делала в лесу, в хижине? Ты, надеюсь, поинтересовался?»
Я тупо смотрел на него, не понимая, к чему он клонит.
«Боги, Ланс, даже ты не можешь быть таким простодушным идиотом! С твоего позволения или без него, я останусь и поговорю с ней».
– Что? – опешил я. – Ну нет! Только в моём присутствии!
«А не рано ли тебе ревновать? – фыркнул Рэй. – Иди лучше приведи себя в порядок, герой-любовник. На тебя смотреть страшно».
Кто бы говорил! Я попытался возражать, но Рэй припечатал меня взглядом и вызвонил слуг. Я всё-таки редко мог ему отказать, особенно когда он бывал в таком состоянии.
А заодно мне хотелось, чтобы он сам убедился, что сомневаться в моей богине… это просто кощунство!
(Из записок Элизы Северянки)
Когда Алэр рассказывал о младшем брате – что бывало крайне редко, он вообще редко говорил о себе, – я представляла худощавого подростка, обязательно с гитарой, поющего серенаду. Алэр особенно подчёркивал, что серенады у Рэйана удавались хорошо.
Рэйан оказался практически копией Алэра. На вид, на первый взгляд. Но так похож – хорошо, что я посмотрела на него сначала глазами Волка, иначе вряд ли бы сдержалась. Это больно, когда мёртвые смотрят на тебя из глаз живых.
Я не могла находиться рядом с ним. Я даже смотреть на него могла – потому и сбежала. Ланс с его влюблённым взглядом мгновенно отошёл на второй план. Если бы не ночь с ним, которую мне хотелось повторить, я уехала бы тем же утром и никогда не вернулась.
Я надеялась, что Рэйана не будет, когда моя «прогулка» закончится. В конце концов, я так долго сражалась с этой проклятой лошадью, думавшей только о том, чтобы сбросить меня, что просто заслужила какую-нибудь маленькую порцию удачи.