Каятан
Шрифт:
«Сильный противник легко поймет, что творится у тебя в голове, и какие бы чувства ты ни испытывал, какие бы мысли ни посещали твою голову, все будет обращено против тебя. Но если ты сумеешь скрыть свои чувства, то этим уже наполовину обеспечишь себе победу. Пустота должна стать для тебя надежнейшим щитом.
И помни: нельзя просто драться, просто стараться сохранить себе жизнь. Необходима цель. И даже не просто цель, а абсолютная уверенность в итоговом достижении этой цели. Нельзя давать времени пройти, а бою закончиться, нужно опережать. Видеть перед собой не партнера для спарринга, и даже не опасного противника, который может навредить тебе, а цель. Видеть уязвимые точки, быть
Что ж, этому я научился давно.
Иг видел меня в первый раз, но уже ненавидел. Он атаковал стремительно, но я ожидал этого и легко ушел в сторону: я был быстрее. Горец атаковал во второй раз, и в третий, когда и допустил, наконец, ошибку.
Оказавшись справа от ига, с кинжалом я мягко отвел его меч влево, ограждая себя и от второго меча. Главная проблема боя против противника с двумя мечами — в том, что, даже отразив один удар, ты тут же можешь получить второй. Приходится больше внимания уделять обороне, практически лишаясь возможности атаковать. Но я не планировал строить бой от обороне. Мой меч проткнул незащищенный бок противника.
В последний момент, понимая, что уже умирает, иг захотел прихватить меня с собой, но я был готов и к этому: отрубленная кисть, все еще сжимающая рукоять, медленно полетела к земле.
Я двигался дальше. Из мрака появлялось все больше темных фигур.
Щелкнула арбалетная тетива, а сразу за ней — предсмертный крик в нескольких метрах от меня: Мик тоже не сидел без дела. Спустя мгновение пришлось резко нырнуть вниз — над головой просвистела шальная стрела. Сейчас лучник вряд ли бы обратил на меня внимание, даже если бы разглядел в темноте. Я вновь вскочил на ноги, сразу же подставляя кинжал под прилетевший сбоку меч, тут же тыкая противника острием в живот, — кажется, он был не намного старше меня. Через секунду удары посыпались почти со всех сторон. Пора назад. Отходя, успеваю достать еще двоих, но падают трое. Надо будет потом поблагодарить Мика. Я, конечно, отразил бы атаку и сам, но этот иг мог бы доставить мне еще немало проблем — шибко уж длинные у него были руки. Засунув меч в ножны, подбираю с земли чей-то кинжал и напоследок успокаиваю еще одного ига. Почувствовав сзади повозку, тут же скрываюсь за ней.
Реальный бой отнял намного больше сил, чем обычно отнимает тренировка, но без саабат мне было не справиться. С начала не прошло и пары минут, а мне уже была нужна передышка. За телегой кроме Мика был еще Книл, даже в темноте его кожа казалась немного зеленоватой — до обморока оставалось недалеко.
— Ну, ты даешь, — прошептал мне Мик, — я, конечно, знал, что ты весь из себя, но не настолько же.
— Можно подумать, ты что-то разглядел в этой темени.
— И это благодарность? За все те великолепные попадания…
— Где маг? — перебил я его.
Во время боя я чувствовал что-то… это сложно объяснить на словах, но я подумал, что это магия — магические толчки. Что-то похожее на то, как я чувствовал обращенную ко мне опасность, но все же подругому: сложное сочетание тепла и холода, касающееся то ли моего тела, то ли моих мыслей. Толчков было несколько, но потом они прекратились.
— Пару огненных шариков он бросил… довольно впечатляюще,
— Сержант наверняка там, — сказал я. — Думаю, и нам лучше продвигаться туда же.
— Без щитов хреново, — угрюмо проговорил Мик, — хотя здесь нам и вправду каюк.
Насчет щитов Мик был прав. Свой Мик почему-то не захватил, когда прятался, а мой я уже не помнил, где бросил.
— Поработай пока арбалетом… Э-э, нет, лучше тихо сиди, — шепнул я ему, — я сейчас вернусь.
Я вовремя показался из-за телеги: к нам крадучись приближалось трое горцев. Через мгновение их стало на одного меньше: арбалетный болт угодил игу в живот. Мик меня слушаться не стал. Один из оставшихся шел немного впереди второго. Чтобы не драться с обоими, я метнул в первого кинжал. Хоть он и был длинноват для метательного оружия, но в грудь шедшему спереди игу зашел почти по самую рукоять. Горец опрокинулся на спину, попутно сбивая с равновесия шедшего за ним, после чего тот сделался легкой добычей.
Выдернув из груди ига кинжал и вернув его в ножны, пригнувшись к земле, я стал оглядывать землю вокруг в поисках щитов.
Щиты, в конце концов, нашлись. Сначала один, затем второй. Вернувшись к телеге, я вручил первый Мику, а другой Книлу. Последнему пришлось не только вручить, но согнуть пальцы на ручке — видок у него был совершенно невменяемый.
— Быстро уходим.
— Но у тебя-то щита нет, — возразил Мик, тут же бросив недовольный взгляд на Книла.
— Там только два было, — ответил я, — а стрелу я в случае чего и мечом отобью. И вообще: может, потом спорить будем?
Сказать ему явно что-то хотелось, но он просто кивнул.
— Тогда идем, все одновременно. Книл дальше всех от леса. Вторым ты, Мик, прикрывая мечом и себя, и то, что может прилететь в Книла. Я чуть ближе к лесу, постараюсь отвлечь на себя внимание. Идем быстро и пригибаясь к земле, телеги лучше обойти сзади и по дуге, а то как бы свои не подстрелили. — О том, что нас могут подстрелить свои, даже если мы сзади подойдем, просто приняв за горцев, пробирающихся в тыл, я решил не упоминать. — Все понятно?
— Понятно, — недовольно буркнул Мик. — Ему явно не нравилось то, что я хочу отвлечь обстрел на себя, но спорить он больше не стал, вместо этого протянув мне арбалет вместе с десятком оставшихся у него болтов: — Пригодится.
— Спасибо, — я взял арбалет в левую руку, а вот болты оставил у Мика: вряд ли у меня будет время на перезарядку. — Книл, ты в порядке?
Ученик мага в этот момент здорово походил на труп. О готовых к выполнению задачи боевых единицах не могло идти никакой речи. В ответ он только ошарашенно уставился на меня, и через мгновение щит выпал у него из руки.
— Ясно, — проговорил я, всаживая меч в ножны, забирая арбалет в правую, а шит в левую руку. — План Б: Мик, ты тащишь этого, а я вас прикрою по возможности.
Как я и подозревал, стрелы, пущенные легионерами, оказались для нас более опасными, чем те, что пускали иги. Под то, что летело из леса, я подставил щит всего один раз, в то время как от своих пришлось защищаться трижды. Нас признали, только когда мы были уже метрах в восьми от укреплений — нескольких заваленных набок телег.
Когда мы наконец добрались, Книл бухнулся в обморок, к нам подбежал сержант Киото. Его меч был обнажен и залит кровью, на нем самом не было ни царапины.