Чтение онлайн

Да слышит ли он ее? Стоит молча у стола, засунув большие пальцы обеих рук за ремень джинсов. Кажется, человек полностью погружен в какие-то свои, одному ему ведомые мысли. Но нет! Его рассеянность обманчива. Он сейчас напоминает сильного настороженного зверя, решающего, сразу ему нападать или выждать более подходящий момент.

— Пока не знаю, что тебе и сказать, — проговорил наконец Клайв. — Все не так просто.

— Неужели ты не понимаешь, что я обращаюсь к тебе с просьбой не ради себя, а ради нашей дочери, — стараясь сдерживать растущее

раздражение, продолжала Нора. — Ты будешь встречаться с ней, как и прежде. Даниил знает, что вы часто проводите время вместе, и он это только одобряет, — заверила она.

И услышала в ответ язвительное:

— Скажите пожалуйста, какие мы терпимые!

— Я никогда не вышла бы за Дана, если бы он стал возражать против твоих контактов с Эвой. Тебе прекрасно известно, что я не сделаю ничего, что могло бы нанести ей хоть малейший вред.

— Ты-то, естественно, не сделаешь, но откуда знать, что может прийти в голову ему?

— Ничего плохого ему не придет. Не такой он человек. А что касается Эвы, то ей только на пользу — жить в доме, в котором появится наконец мужчина.

— Мне всегда казалось, что ты вполне удовлетворена тем, как сложились отношения между нами тремя.

— Да, до поры до времени действовал наилучший из возможных вариантов, — согласилась Нора и, поколебавшись, спросила: — Послушай, дорогой, а ты случайно не ревнуешь?

— Ревную? Я? — удивленно переспросил Клайв. Его напряженный взгляд оценивающе прошелся по ее лицу, по фигуре, скрытой мешковатой рубашкой и выцветшими джинсами. Нора уже не так стройна, как прежде, но тем не менее она оставалась весьма пикантной — высокая грудь, прекрасная Линия бедер, тонкая талия.

— Эва любит тебя, и Дан вовсе не собирается занять твое место в ее сердце, — поспешила заверить нервного собеседника Нора.

— В том-то и дело, что собирается, — как бы про себя, еле слышно пробормотал Клайв. — По крайней мере, в одном отношении, — прояснил он свою невнятно выраженную мысль, все еще беззастенчиво разглядывая смущенную женщину.

— Перестань! О чем ты говоришь?

Под таким откровенным мужским взглядом Нора чувствовала себя неловко. Она начала поспешно собирать со стола посуду и отнесла ее в мойку, все время ощущая на себе его внимательные глаза.

— Эва никогда не говорила мне о существовании какого-то Даниила. Это ты так распорядилась? — спросил наконец Клайв.

— Вовсе нет, с чего ты взял?

— Просто я подумал, что как-то странно все происходит в этом доме. Дочь видит вас вдвоем, она не может не догадываться о характере ваших отношений и тем не менее ничего не говорит своему отцу.

— Может быть, она как-то и проговорилась, но ты пропустил мимо ушей? Эва такая болтушка!

— Это верно, — улыбнулся Клайв, — и все-таки, если бы она упомянула кого-нибудь как близкого тебе человека, я обратил бы на это внимание.

— Фактически девочка его почти и не видела, — пояснила Нора, вытирая посуду. — В основном мы с ним встречались,

когда она уезжала с тобой.

— И ты ей ничего не говорила об этих встречах?

— Иногда говорила, но Эву не особенно интересовало, чем я занимаюсь в ее отсутствие. Дети очень эгоцентричны.

Почему, собственно говоря, я все время оправдываюсь? — подумала недовольная собой женщина. Вспомнилось, что один или два раза Даниил предлагал взять Эву с собой. Идея пойти вместе в зоопарк показалась тогда неудачной. А вот в морской аквариум они сходили втроем. Было интересно. Правда, дружеского общения между дочерью и Даном не получилось. Все вопросы и восклицания Эвы адресовались исключительно матери, попытки Дана разговорить ее наталкивались на однозначные «да» или «нет».

Как-то раз Нора пригласила Даниила на обед, надеясь, что в уюте домашней обстановки им будет легче сблизиться, получше узнать друг друга. Но из этого тоже ничего не вышло. Довольно невежливо дочь дала понять, что ей невыносимо скучно в компании взрослых, и попросила разрешения заняться собственными делами.

Когда Дан ушел, мать как бы невзначай спросила девочку:

— Эва, тебе понравился мой новый друг?

— Ничего, — небрежно ответила та, глядя на мать невинными глазами. — Для взрослого он вполне терпим.

— Мне кажется, Даниил — очень симпатичный человек, — осторожно попыталась провести свою линию мать. — Ты ему понравилась, он даже сказал, что ты — прекрасно воспитанный ребенок.

— Мама! Мне это совершенно не интересно, ведь мистер Даниил — твой приятель, а не мой, — терпеливо разъяснила свою позицию Эва.

Больше они к этой теме не возвращались, и Нора решила, что, видимо, Эва подсознательно почувствовала особый характер их отношений с Даниилом и намеренно уходит от разговора. Собственно, поэтому-то так нужна сейчас помощь отца.

— Объясни ей, пожалуйста, что моя дружба с Даниилом никоим образом не отразится на ваших отношениях.

— Это ты так считаешь! Разреши мне по данному вопросу иметь собственное мнение, — резко высказался раздраженный Клайв. В его голосе так явно прозвучало недовольство, что Нора, вешавшая в этот момент полотенце, невольно обернулась.

— Конечно, не отразится! Ты сам никогда не допустил бы подобного.

— Ты действительно думаешь, что, когда ребенку навязывают отчима, это никак не влияет на его отношения с родным отцом? — спросил Клайв, выпрямляясь и отводя руки за спину.

— Я не собираюсь никого никому навязывать. Напротив, мне хотелось бы сделать все разумно и безболезненно. Именно поэтому я и решила поговорить сначала с тобой. Ты же не откажешься помочь нашей дочери приспособиться к предстоящим изменениям в ее жизни.

— Ты говоришь об этом как о чем-то само собой разумеющемся. Откуда такая уверенность, что я пойду у тебя на поводу?

— Безусловно, я считаю само собой разумеющимся, что ты любишь свою дочь и желаешь ей добра, — холодно произнесла Нора.