Чтение онлайн

Однако обошлось. К деревне Воха прошел заглохшими садами, дорогу пересек не скрываясь, будто кто по делу идет, а там — и казинский двор, лишенный собаки и жены, беззащитный пред всяким злоумышлением.

Сарай встретил взломщика незапертым замком, болтающимся на одной дужке.

Выходит, зря тащил с собой монтировку. Но кто же подумать мог, что куркулистый Олег, даже упившись до зеленых человечков, способен забыть о замке?

Воха осторожно приоткрыл дверь и проник в сарай.

Муровина, не прибранная, но сдутая, похожая на расстеленный для просушки тент, Вохиного внимания не привлекла, а вот готовая к пуску катапульта заинтересовала

немедленно. Монтер из Николаева с ходу усек, что эта штука по его части, хотя предназначение ее казалось неясным. На трансформатор не похожа, на распредщит — тем более. Скорее уж — стойка КИП для какого-то сложного производства. Но что за производство в сарае?

Все— таки первым делом Воха исследовал бидон, с горечью убедился, что тот пуст, а затем вновь обратил взоры на бандурину. Заглянул под приставку, проверил, что она хорошо изолирована, да и кабеля не видать. Значит, все обесточено, не для дела Казин бандурину приволок, а попросту, желая раскурочить на запчасти. Любопытствующий монтер ступил на подставку, вытянув шею, заглянул сверху, но и там силового кабеля не обнаружил. Пожал плечами, пророчески произнес крылатое слово: «Поехали!…» -и небрежным жестом ткнул в панель сенсорного управления.

В сарае неярко полыхнуло сапфировыми отблесками, и неосторожный домушник унесся прочь от родимого сто первого километра в далекую и такую чужую Синляндию.

Хмурый и небритый, с больной головой вышел Олег Казин со двора. Что и в какую сторону его влекло, не мог сказать он сам. Просто душа больше водки не принимала, да и не было в доме водки. Прикрыв калитку, Казин постоял в задумчивости и двинулся по улице, куда вели непрочные ноги. Брел себе, покуда не натолкнулся на тетку Фаину, проныру и прогляду, которой всего больше опасался собравшийся на дело Воха.

— Здоров будешь, Олежек, — приветствовала тетка нетрезвого мелиоратора.

— Вашими молитвами, тетя Фаня, — отозвался приученный к вежливости Олег.

— А чего ты среди ночи в сарае варил? — немедля перешла к делу Фанька, видя, что Казин беседовать не расположен и сейчас пошлепает дальше.

— Ничего я не варил! — возмутился крановщик. — Пьяника еще зеленая, да у меня и аппарата не бывало.

— Да я не про то, — отмахнулась Фаина, отлично знавшая, что аппарат у Олега есть, но покуда стоит без дела, ибо и шикша и голубика только начали наливаться. — У тебя ночью в сарае свет мигал, вроде как электросварка. Вот я и подумала, чего это ты ночью мастеришь?

— А!… — отмахнулся Казин, разом вспомнивший, что оставил бандурину неприбранной на самом виду. — Так это я кронштейны варил, полки хочу новые настелить.

— А у тебя, что, сварка есть? — залюбопытствовала проныра.

— На ремонтном одолжил, — нашелся Казин, — потому и варил ночью, что с утра отдавать.

— Понятно, — согласилась любознательная соседка. — А ты радио сегодня слушал?

— Ну… — непонятно ответил Казин.

— Ничего-то ты не знаешь, — поделилась новостью Фанька, — а по радио сообщение было: инопланетяне прилетели. Высадились где-то там, а наши теперь с ними контракт делать будут.

— Тоже нашла новость, — зачем-то признался Казин. — Я этого инопланетяна еще на позатой неделе видел, на Марьином ручье. Маленький такой, зеленый, вроде чертика. Реинкарнаторы у него забухли.

— Да уж как ты бухал, вся деревня видала. Надо же, до зеленых чертиков допился!… Гляди, Олежка,

как бы тебе следом за Витяем в канаве не очутиться!

— Как-нибудь, — прервал нравоучение Казин и поспешил к дому.

Хотелось похмелиться, но Казин знал, что пить больше не будет, иначе всю жизнь пропить можно. В душе наступило просветление, сильнее опохмелки Олег Казин жаждал полезной деятельности. Прежде всего следует прибрать с глаз подальше раскиданные инопланетные вещи, чтобы не вздумали больше мигать среди ночи, а потом бежать к ручью, отгонять кран. Если Фанька не соврала, то впереди и впрямь замаячил импортный контракт, а к такому делу следует готовиться заранее. Главное, не упустить свое, а там — наживем взамен погубленного. И пусть Ганна сдохнет со злости!

Вохе некогда было ни удивляться, ни пугаться, ни даже рассмотреть толком, куда его занесло. Громоподобно хрюкнуло в небесах, что-то гибкое и липкое обхватило несчастного, спеленав крепче чем акушерка младенца, и потащило в распахнутую пещеру пасти.

— Ма-а-ма!… — совершенно не мужественно закричал бывший хулиган, а его уже бросило во тьму внутреннюю, уложило, так и не распеленав, на мягкое и теплое, а затем в губы ему ткнулось что-то подозрительно напоминающее соску.

Воха завертел головой, стараясь уклониться, но настырный сосец втиснулся между сжатых зубов. Воха поневоле глотнул, закашлялся… замер изумленно.

Пиво! Это было пиво! Светлый баночный «Холстен», уж в этом-то Воха разбирался и не Ошибся бы даже с закрытыми глазами. Мгновенно смирившись, Воха осторожно попытал, не исчез ли источник жизненной влаги. Сосок был на месте и действительно источал пиво. Цель жизни, вершина бытия, сияющий абсолют были достигнуты! И все же неугомонный Монтер не утерпел навести критику:

— Лучше бы «Жигулевское», оно забористей… а впрочем, и это сойдет! — и Воха, зажмурив глаза, присосался бесповоротно.

Синоматка заполучила очередного подопечного.

Ничто не подлетало медленно к Земле, позволяя обнаружить себя возле орбиты Плутона, ни одна радиообсерватория не принимала таинственных передач, ни единая кликуша, провидя грядущие события, не предсказала явления инозвездных существ.

Потому и не было сдержанной паники в верхах, попыток сохранить тайну, шепотом передаваемых домыслов. Просто-напросто тут и там по всей Земле объявились удивительные сооружения, и нечто, ничуть не похожее на худосочного блудного сина, закопошилось, занимаясь своими инозвездными делами и вовсе не обращая внимания на аборигенов, которые ужасно расквакались, пытаясь понять, что происходит с родимым болотом.

Засекречивать происходящее было бы полной глупостью, чуть не во всяком населенном пункте люди видели хозяйничающих инопланетян, так что общепланетные СМИ получили полную свободу домыслов. В тайне держались лишь планы вооруженных сил разных стран и народов. Хотя, судя по всему, держать в тайне было попросту нечего.

Генеральный секретарь НАТО Маргарет Бриннер за один день успела произнести десяток миролюбивых речей, полных невнятных угроз, в то время как войска, поднятые по тревоге, производили невнятные маневры, ибо не знали, куда стягиваться и что там делать. Потенциальный противник был повсюду, но, кажется, не собирался не только нападать, но и просто обращать внимания на исполненные гневного достоинства речи ястребиной тетки.