Карнавал судеб
Шрифт:
Встревоженный ее горячностью Питер все же понимающе кивнул.
— Было время, когда я опасался, что вы можете выследить его и убить. Но вы ведь не станете этого делать?
Она медленно покачала головой.
— Я размышляла над этим днем и ночью. Месть! Боже, как я жаждала мести! Но это бессмысленно: как можно выследить призрак? Нет-нет, мой дорогой! Я не собираюсь укорачивать отвоеванную жизнь, — ответила она, так сильно сжав кулаки, что побелели костяшки пальцев. — И все-таки если когда-нибудь наши пути пересекутся — случайно или фатально, — я узнаю его! В этом я уверена. Мне подскажет сердце. Снова проснется
Жестокие слова словно занавес упали между ними.
— Теперь вы понимаете, почему я не хочу, чтобы меня нашли, — сказала она тихо. — Даже вы. Прошлое — это прошлое. Впереди же только будущее.
Он протянул ей на прощанье руку. Она задержала ее в своей на несколько мгновений, а затем вышла. Не оглядываясь.
Садясь в такси, которое должно было отвезти ее в аэропорт, она помедлила и обернулась, чтобы окинуть последним взором свое пристанище.
Три года она прожила в этом волшебном особняке. «Маривал» был ее раем, ее миром… островом, на котором она укрылась от жизненных бурь и штормов.
Она придумала, как ее теперь будут звать. Имя было взято из произведения ее любимого Шекспира, фамилия — навеяна трагическими обстоятельствами.
Миранда Ви.
Миранда — имя героини Шекспира.
Ви — от «victim».
Миранда Ви — Миранда Жертва.
На следующей неделе Питер Мэйнвэринг подал заявление об уходе, в качестве причины указав профессиональный кризис.
Лондон
— Завтра наступит последний день самого плохого периода моей жизни! — заявил Питер. — Как бы напыщенно это ни звучало.
Было воскресенье, и Питер «отчитывался». Другими словами, чаевничал с матерью, что являлось ритуальным мероприятием, проводящимся в последнее воскресенье каждого месяца.
Мать нахмурилась.
— Если я правильно понимаю, ты хочешь сказать, что уходишь от Хоксмора? — спросила она и тут же сама ответила: — Это уже третья клиника после Швейцарии… Послушай, дорогой, не можешь же ты скакать с места на место и при этом рассчитывать сделать карьеру психиатра!
Питер расхохотался:
— А я и не собираюсь ее делать! Да, наверное, никогда и не собирался. Жаль тебя разочаровывать, но я просто не гожусь на эту работу, несмотря на текущую в моих жилах кровь венских евреев и общение дядюшки Макса со стариной Фрейдом. Откровенно говоря, я просто ненавижу эту работу! Все, что в ней зависит от меня лично, — это встать утром с постели в дни, когда нужно идти в клинику. Знаешь, чем я занимаюсь во время своих обходов? Выписываю «пилюли счастья» безумцам, которым больше ничем нельзя помочь. Вас преследуют марсиане? Три миллиграмма. Бессонница? Отсутствие аппетита? Не хотите больше жить? Три миллиграмма. С вами было очень приятно поговорить, мсье Бонапарт, мои наилучшие пожелания Жозефине…
— Ты не должен издеваться над ними, дорогой…
— Совершенно верно. Поэтому-то я и ухожу, пока самому не пришлось укладываться на кушетку и пудрить мозги какому-нибудь врачу-неудачнику вроде меня. Но теперь-то уж все кончено! Fini. Terminado. Kaputt. [1]
Насмешливым
1
Эта фраза на трех языках переводится как «Конец. Предел. Устал».
Несмотря на все свои дарования, Питер не умел одного: сняв с себя по окончании рабочего дня белый халат, забыть обо всем, что с ним связано, — как змея сбрасывает кожу. Захлопнув за собой дверь служебного кабинета, оставить там все как есть и удалиться, беспечно насвистывая себе под нос… Но можно ли прожить всю жизнь, насвистывая? А вот теперь он именно так и делал!
Мать Питера поджала губы и отрезала ему внушительный кусок пирога, который он проглотил в два приема.
— Лучший пирог в Лондоне! — заявил он, протягивая тарелку за добавкой. — Министерство здравоохранения должно было бы выписывать его как лекарство. Три больших дозы. Принимать внутрь.
Она проигнорировала комплимент.
— Но что же ты будешь делать, дорогой? На что жить?
Питер отложил вилку.
— Помнишь, когда мне было десять лет, я сказал, что хочу стать писателем? С тех пор ничего не изменилось, и это говорит о том, что в глубине души я так и остался десятилетним. Так что, мамочка, now or never— теперь или никогда. Я решился!
— Писателем? В самом деле? — Мысленно она опробовала на вкус, как это звучит: «Мой сын — писатель» вместо «мой сын — психиатр» — и нахмурилась. Потому что это звучало так же тревожно, как «мой муж — художник». — Ты будешь писать романы?
— Невероятно, но я хочу попробовать себя в комедийном жанре. Сценарий небольшого спектакля с несколькими друзьями для ночного клуба в «Пастушьей таверне».
Она помрачнела еще больше.
— А кто будет платить? Твои друзья?
— На свой страх и риск. Никакой предоплаты…
— О, Питер!
— …но зато не придется платить и никаких налогов, конечно.
«Мой сын — комедиант?»
Она пристально вгляделась в его лицо и заметила, что вертикальные морщинки на переносице, неизменные в течение всех последних лет, куда-то исчезли… И внезапно она почувствовала, что у нее поднялось настроение.
— Как ты становишься похож на своего отца, когда улыбаешься! Лишь бы ты был счастлив… — вздохнула она и отрезала ему еще кусок пирога.
Когда Питер учился в университете, самое острое удовольствие он получал, выступая в театрализованных представлениях, которыми славился Кембридж. Он вступил в престижный любительский драмкружок, принимал участие в маскарадах, устраиваемых жителями городка, включая профессуру и студентов. Но больше всего ему нравилось выступать в ревю «Огни рампы», уже тогда известном всей Англии. У Питера несомненно была комедийная жилка!
UNIX: взаимодействие процессов
Компьютеры и Интернет:
программирование
рейтинг книги
Очерки времен и событий из истории российских евреев. 1917-1939. Книга 3
Научно-образовательная:
история
рейтинг книги
Статьи
Религия и эзотерика:
православие
христианство
религия
рейтинг книги
История русской революции. Том 1. Февральская революция
Документальная литература:
биографии и мемуары
рейтинг книги
Том 5
5. Полное собрание сочинений
Научно-образовательная:
политика
рейтинг книги
Феномен Солженицына
Документальная литература:
биографии и мемуары
рейтинг книги
Технарь
1. Технарь
Фантастика:
космическая фантастика
попаданцы
рейтинг книги
РКВМФ перед грозным испытанием
Неизвестные войны
Научно-образовательная:
военная история
рейтинг книги
Имя нам Легион. Том 4
4. Меж двух миров
Фантастика:
боевая фантастика
рпг
аниме
рейтинг книги
Барон не признает правила
12. Закон сильного
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
рейтинг книги
Французская новелла XX века. 1900–1939
Проза:
классическая проза
рейтинг книги
Мистики, розенкрейцеры, тамплиеры в Советской России
Научно-образовательная:
история
религиоведение
рейтинг книги