Чтение онлайн

– Это смешно и глупо. У тебя и меня нет выхода. Мы друг другу сильно нравимся, нас влечет…

– Нравился! В прошедшем времени. А сейчас я не знаю, что чувствую. И на вот это вот! – пальцем указала на его джинсы, которыми прикасался в районе паха. Там все нормально чувствовалось, что и куда прикасалось. – Я не согласна. Морально не готова и не хочу этим заниматься.

– НЕ готовность можно проверить разве что в процессе, а сейчас это тупой женский отмаз. Ты давно не девочка, и мы не единожды занимались сексом! Ты -- моя запечатанная, забыла? Это твоя непосредственная обязанность!

–

Может в суд потащишь официально оформить наши отношения? Зарегистрировать союз? А? Потому что пока я тебе не должна! – с ехидцей закончила. Будет смешно. Очень смешно, легко представились лица людей и Карателей, когда придем оформлять союз. А в дальнейшем сразу повесят на главной площади.

Не успела выветрить забавную картинку в голове (как меня будут вешать) когда пол ушел от стоп. Меня взяли за ягодицы, не забыли сначала пощупать, помять и перекинули через плечо, как трофей.

Я устала бить Гектора, обычно била ладонями по спине и плечам в знак протеста, чтобы отпустил, а сейчас уже надоело. Больно только моим пальцам, его грубой коже -- нет. Поэтому локоть поставила на плечо верзиле и скучающе наблюдала, как меня несли по коридору. На его комментарий я лишь повела бровью.

Собственно, его слова легко предугадать, прежде чем громко было произнесено на ушко:

– Пойдем играть во взрослые игры.

Пронес в комнату и скинул добычу на кровать. Свет не включил, что мне на руку. Необходимо время привыкнуть к темноте, поэтому, когда Гектор потянул свою футболку через голову и не видел происходящего, я левой рукой нащупала сначала шершавую ткань покрывала… деревянную тумбочку, на верхней открытой полке -- острые сережки, которые оставила на видном месте. Сжала в кулаке тонкие серьги, как иглы.

Гектор окончательно снял футболку, с опасным, предвкушающим огоньком в глазах наклонился. А я в ответ подорвалась на колени, замахнулась и два острия прислонила к сонной артерии.

Каратель замер, явно не ожидавший подставы от пленницы.

Не то, чтобы я хотела его убить и вряд ли рука подымется. Но Гектор-то не должен знать простой истины. А сбить с него самонадеянность очень полезно.

– Кишка тонка. Ты даже вовремя взрыва пожалела несчастных людишек и Карателей. Пожертвовала свободой ради них… Ты слишком жалостливая.

Я не удержалась, фыркнула над глупым предположением, а острие продолжала держать у его бешено пульсирующей шеи. И пока разговаривали, оба не двигались.

– Какая глупость. Зачем мне жертвовать свободой ради неизвестных людей? Я бы записку охраннику оставила на проходной с информацией о заминированной бомбе. Зачем мне оставаться в здании?

– И правда зачем? Зачем же предупредила нас?

Зачем? ЗАЧЕМ? Зачем я предупредила их? Проклятье, зачем? Если бы Гектор не схватил мой кулак с серьгами и не зажал вторую свободную ладонь, непременно начала бы грызть ногти и расчесывать руку от нервов. Срочно! Почему я могла их спасти во время взрыва?

– Зачем предупредила? – невзирая на острие около шеи Гектор наклонил голову вперед, усиливая давление. Царапая шею сережками, не до крови, но предполагаю до сильной боли. – Сейчас поцелую, если не скажешь!

Угроза

подействовала, я вертела головой в разные стороны, жмурилась и пыталась спихнуть твердую навалившуюся массу тела. Минут через пять возни-бесполезных попыток выбраться из плена я устала, вспотела, выдохлась и разозлилась. Потому что опять почувствовала себя загнанной в угол и беспомощной перед Гектором.

Отреагировала крайне раздраженно:

– Ты вроде опытный бабник, а не можешь понять, когда девушка влюблена в тебя!? В смысле - была влюблена в тебя. Была! Была, в прошедшем времени. А может и вовсе не была влюблена, просто хотела побыть с тобой. На секунду доверилась тебе. Думала: «Ай, какая я умница, спасу людей, а ты в ответ меня сможешь помиловать перед народом. Типа за геройство.» И слезь с меня! Дышать нечем!

Слез. Оставил в покое, хорошо мы в темноте и не видно того, как сильно я занервничала, тело предательски дрожало от громкого сердцебиения. Меньше всего хотела затрагивать эту тему. С того дня произошел какой-то сбой и в моей, и в его жизни. Надо было бежать в Питер, может быть к настоящему моменту эмоции к Гектору давно превратились бы в прах. Самосожглись бы?

Надо было одеться, но боялась сделать движение и побеспокоить задумчивого Гектора. Только не хватало, чтобы сделал неправильные выводы. Я не влюблена в него!!! Наверное!

Молчание не прекращалось и начало утягивать в темный кокон.

Очень аккуратно я опустилась на пол, предприняла попытку бегства в ванную комнату с целью переодеться, но не сложилось сразу. Гектор на полушаге приостановил, взял за локоть и «мягко» подтолкнул - опрокинул мордой в подушку. Он правда пытался аккуратно, а получилось не очень. Вцепилась в подушку, отрывая лицо, уже хотела что-нибудь сказать в знак протеста, но защёлка на лифчике сработала, поэтому я затравленный зверек – пригнула шею.

– Что ты делаешь?

– Массаж…

– Зачем? – ладонями оперлась в матрас, подняла корпус тела, заглядывая через плечо. На что Гектор ладонью вернул обратно, в исходное положение - лицом в подушку.

– Успокойся. Что ты такая нервная? Обычный массаж руками! Что я могу сделать одними руками? – продемонстрировал большие ладони (как мои четыре) и очень длинные, шершавые пальцы.

Действительно, что мог сделать одними руками? Обычно, когда приставал, использовал губы и язык в первую очередь. Одно интересно – отчего решил порадовать массажем? Странный приступ доброты и внимательности к моей спине.

Улеглась лицом в подушку, повернув голову на бок. Покрывало положила на бедра, скрывая наготу, а руки прижала к телу. Плотно-плотно.

Гектор вышел из комнаты, оставив недоумевать по поводу его поведения и гадать куда, и зачем ушел.

Ну сделает массаж, а дальше? Какой смысл?

Я напряглась, когда холодный крем капнул на кожу, а грубые руки размазали вязкую жидкость по спине и плечам.

– Но делать массаж в ответ не буду! – недовольно проговорила в подушку.

Гектор перекинул ногу через меня, коленями зажал бедра. Получилось, что в общем-то он почти сидел на мне. Спокойствия этот момент не придал, наоборот, одно напряжение.