Каратели
Шрифт:
Неприятное ощущение облепило холодным потом каждый жалкий миллиметр плоти. Я покрылась мурашками от ужасного предчувствия.
Возле меня остановились двое. Объятие-зажим прекратилось, Гектор сощурился от яркого солнца, будто наслаждаясь голубым небом над головами и произнес:
– Понимаете...мы отсюда не уйдем пока я не получу "хороший" ответ. Пока что я получал плохие ответы.
Гектор выудил из кармана черных штанов металлический предмет, в котором не сразу распознала нож. Только после того, как предмет щелкнул и лезвие ярко заблестело
– На кончике ножа его сраная жизнь!
– указал пальцем на охранника.
– А теперь рассказывайте. По одному или вдвоем.
Клейменный начал тараторить, объяснял, когда в последний раз видел Артема. Я молчала, загипнотизированная холодным орудием. Гектор не пользовался ножами, пистолетами, а предпочитал цепь. О нем и его цепи слагали небылицы.
– Плохо, - покачал головой Гектор.
– Не верю, что не знаете.
– Я правда не знаю, видел последний раз - вчера днем. Они пришли вместе, - указал на меня.
– А ушел он не знаю, когда. Может по-прежнему скрывается на острове?
– Это вы мне ответьте, может или не может он быть здесь?
– Гектор не обращал внимания на собеседника, завороженный опасной красотой лезвия, крутил его между пальцев.
– Надо обыскать остров. Артем может быть здесь. Он не мог убежать без нее!
– вновь с укором поглядел на меня охранник.
– Я... спрашиваю...в последний раз...
– медленно среди завораживающей тишины мелодично протянул-прошептал Гектор.
– Ты заставляешь слишком много раз повторять. Это напрягает...Где Твардовский? В противном случае приступим к пытке: начну с пальцев, перейду к глазам, к губам, к но…
Горькие карие глаза смотрели из-под бровей. Голова, скрытая легкой вязанной шапкой, была наклонена. Взгляд с такого наклона был похож на безумный.
– Прекрати!
– сделала нервный шаг в сторону Гектора.
– Ты псих! Прекрати! Я не знаю!
– Ответ!
– игнорируя выкрики-просьбы, лениво протянул Гектор.
– Я сказала - не знаю! Не знаю! Он ушел!
– орала, перекрикивая лишние звуки на острове.
– Несколько дней назад ушел!
– Куууда?
– совсем тихо поинтересовался, держа руку наготове с опасным лезвием и демонстративно рассматривая шею пленника.
– Не знаю! Не знаю! Может в лесу, может в соседнем округе!
Облегченно выдохнула, когда Гектор толкнул охранника в спину, прогоняя прочь. Как плешивую собаку, не достойную стоять рядом с хозяином.
В ответ на удар в спину охранник тихонько шепнул:
– Врет. Она знает...
Развернулся в мою сторону, голубые глаза страшно гневались, с такого расстояния казались грозовыми темно-синими. По его взгляду было понятно, что винит в нападении на остров меня. А может, предательство отца перенес тоже на меня?
– Об этой парочке в свое время весь остров шушукался, - продолжил охранник, пренебрежительно скривив уголок губ.
– Наш вождь застал их однажды вдвоем в океане...
– - А ее наказали. Они какие-то ненормальные. Мы не можем размножаться друг с другом. Что-то не так у них в башке!
– - охранник прислонил растопыренные пальцы к голове и покрутил вперед назад. Намекая, что в наших голова нарушены умственные процессы.
Я все это время слушала охранника, смотрела строго в глаза. Принимала обвинительные слова, ведь частично виновата в страданиях мужчины. Пыталась так искупить вину за содеянное. Но после сказанных слов и внимания со всех сторон обрушилось стойкое... могильное молчание. Осуждающее, насмешливое.
И это слово «ненормальные» заставило унизительно опустить взгляд на белый, искрящийся на солнце песок. Такая чистота, а я его пятнала собой.
Затем раздался едва различимый гул голосов Клейменных — маленьких сплетников. Кто постарше помнил эту историю двух летней давности, а остальным, наверное, рассказали. От Карателей шло обычное любопытство и тишина. А детишки Клейменные со смешками шептались.
Опять поглотило это ощущение... Что слова не вымолвишь, язык пристыл к небу. И челюсть, как деревянная. Я забыла это ощущение насмешки, пренебрежения. Оно душило последние два года на острове, из-за этого замыкалась в себе, предпочитала прятаться в деревянном доме в тишине и спокойствии.
Сейчас я заставляла стоять себя гордо, не гнуть спину под градом унижения. Расправила плечи, еще бы взгляд гордо поднять от песка и не смотреть под ноги Клейменных и Карателей.
– Да...представьте себе, - скромно и тихо начала объяснять. Не знаю слушал кто или нет.
– Людям и некоторым Клейменным свойственно любить.
Кого обманываю? Им плевать. Стойкое молчание и мое признание потонуло среди тишины. Только Гектор нарушил его внезапно:
– Андрей, черт возьми, ты видел когда-нибудь, как я плачу? Я сейчас заплачу от умиления! Боже, как это мило!
И смех. Смех... смех… жестокий смех, как обычно на мои чувства к Артему. Так было всегда.
Гектору видно надоело смеяться и, резко перестав, озвучил уже другим, грубым голосом:
– Игорь, установи круглосуточную слежку за Клейменными. Шаг влево, шаг вправо -- расстрел. Нарушение приказа — уже говорил, физическое наказание. Три — смерть. Попытка к бегству — смерть. Без исключений!
Глава 4
POV Гектор
Жара морально измотала, будто не один час провел в физических работах; ну например, гнул спину или работал лопатой. В макушку через черную шапку припекало солнце и лишало четкости зрения, от этого белый песок расплывался мутным пятном.
Я почти бежал к одинокому дереву-выходу, утопая кроссовками в «зыбучем» песке острова. Как же надоела жара. Уже почти прислонив ладонь к пространственной двери, услышал зов Игоря:
– Гектор, постой!