Чтение онлайн

– Зачем ты его пырнул? Вы договаривались без кровопролития! Без дополнительных оружий! – от злости скрипела зубами и кричала на всю квартиру и было все равно, прознает ли кто-либо из соседних квартир о местоположении Клеймённых.

– Мы не договаривались! Это он решил проявить крутизну и показать, насколько я жалок по сравнению с ним! И, черт возьми, у меня не было выбора, как бы я ещё заставил Гектора принять поражение!? – голос у Артема раздраженный, взбешенный с грозными предупреждающими нотками. Друг взял мой палец, прислоненный орудием к его груди и откинул

небрежно в сторону.

– Да набил бы ему морду! Он и так был дезориентирован, раз ты успел во время боя достать нож!!! Черт тебя подери!

Не помнила прежде такой сильной ненависти. Чтобы настолько сильно злилась. Меня не переставая дергало, как от легкой волны тока, всю дорогу до квартиры и сейчас продолжало, пока выплескивала эмоции. Беспокойство за Гектора с каждой минутой всё сильнее давило на горло и не давало нормально дышать.

Артем сейчас казался врагом, самым плохим существом на свете, пожалуй, даже худшим или примерно наравне с Игорем. Отчаянно мечтала стукнуть друга чем-нибудь тяжелым и побольнее. Видеть его рожу невыносимо, противно.

Я привыкла, что меня пинают, а Илью зачем? Пусть лучше меня бьют, но только не Илью. Я переживу, выкарабкаюсь.

Злилась, хотя понимала желание Артема защитить меня и себя. Друг беспокоился, видел ссадины и результаты насилия. Подумал, что это сделал Гектор, предлагал убить его, а я не стала объяснять.

Сердце тихонько забилось в груди. Тук-тук. А сердце Гектора еще билось? От этой мысли ударила Артема напоследок ладонями по груди, в панике рванула на выход, налетела на одного из Клеймённых.

– Куда? – Артем сжал локоть, чем приостановил мое стремительное бегство. – В шесть утра пойдем на границу, должен же он выполнить обещание.

– Я в больницу. Если не успею к шести – уходите без меня. И телефон дай! – вырвала руку из захвата, а пальцами залезла в карман толстовки Артема и покопалась в поисках средства связи. Оно должно пригодиться.

Вылетела из дома нараспашку, и тело не болело, и обо всех проблемах забыла. От слез не увидела, где закончилась лестница и как результат неуклюже свалилась со ступеньки. Попой больно стукнулась об угол. Неизвестный юноша любезно помог подняться, а я, неблагодарная, побежала незнамо куда.

Лавировала между машинами, людьми, деревьями и одновременно набирала по интернету адреса всех больниц Приама.

Ну не в морге же?

На Людей и Карателей, встречавшихся по дороге, не обращала внимания, они -- пустое место. На фонарном столбе увидела плакат, свое лицо крупным планом с текстом: "опасная преступница, террористка и бла-бла-бла…"

Впереди по дороге встретила двух женщин и мужчину. Те одновременно со мной посмотрели на плакат, потом на меня, и так несколько раз, что означало опознали сходство. Но, к удивлению, резко отошли в бок, вдавились спинами в ограду, будто старались исчезнуть, стать невидимыми. Чем освободили путь.

Трусы! Всего-то надо было поджечь тюрьму Карателей, чтобы Клеймённых зауважали. Или испугались. Это оказывается одно и тоже в людском мире.

Я врывалась в больницы, подбегала к стойкам с тетушками в белых, голубых,

розовых формах, расталкивала жалких людишек, перекрикивала посетителей. С виду создавала образ психически неуравновешенной особы. Я себя похожей и чувствовала.

– Гектор! – перекрикивала, перебивала всех. – Гектор здесь?

А как-то раз в одной из больниц меня перебили:

– Девушка, угомонитесь и не кричите. Я первая стою в очередь, а вам в конец! – добротная женщина показала себе за спину на вереницу посетителей, скромно ждавших своего часа и возможности поговорить с работницей больницы. Фраза была сказана с фырком и явным высокомерием, а я от нервов плохо соображала, поэтому наклонилась к полному лицу женщины, нависая над ней грозной тенью.

– Вы знаете… - подняла указательный палец между нашими лицами. Женщина посмотрела на него. А я в ответ зажгла кончик пальца, получилось наподобие зажженной спички. Посетительница шарахнулась и очередь вслед за ней рассеялась. – Мне всё равно, что вы первая!

Дунула на палец и огонек спокойно потух. Ладонями бахнула по стойке, где были расположены документы, ручки, телефон, компьютер работника больницы. Пальцами ускоренно забарабанила по поверхности стола.

– Быстрее…быстрее…миленький врач… у меня нервы не железные. Где Гектор? Это такой дяденька под два метра ростом с ножевым ранением должен быть… - тараторила какую-то глупость. Ладонью показывала примерный рост над своей головой и примерные габариты Карателя.

Мужчина за стойкой в синей рабочей униформе -- думаю врач, и, вероятнее всего, мною был отвлечен от важного занятия.

Барабанным стуком по столу, я как бы отбивала последние минутки его жизни. Скорее всего подобная ассоциация пришла к мужчине, потому что, наклонившись к монитору компьютера, врач начал выполнять требования.

– Или Илья Смирнов. Гектор или Илья Смирнов…смотрите…смотрите не отвлекайтесь. А еще… когда его принимали, он, наверное, сильно ругался и громко матерился на всю больницу. Его невозможно забыть.

– Нет. Такого нет!

– Точно?

– Точно.

Оххх, сколько я обежала крупных центров – четыре штуки прежде чем начала, отогнав беспокойство, немного соображать. Гектора скорее всего увезли поближе к границе с Питером. А я глупая начала с больниц в другом конце округа, где квартира Артема. А потом до меня снизошло – я догадалась остановиться в парке возле лавочки и просто обзвонить больницы, а не бегать от одной к другой.

Примерно половину пятого ночи я нашла Смирнова Илью. Поначалу работники не желали пускать, но после демонстрации силы, любезно открыли двери больницы, закрытые на ночь для посетителей.

От волнения потрясывало, но едва заверили о здоровье пациента, я угомонилась. Поднималась теперь по ступеням более медленно, слушала свои шаги и громкое биение сердца. Не спеша, словно вечность для нас с Гектором. Но, к сожалению, этой вечности не было и не будет.

В дверь для приличия постучалась, но пациент не ответил, поэтому зашла без разрешения. Возможно Гектор спал, но мне было необходимо увидеться с ним и немного поговорить.