Капитан-командор

Со вздохом отодвинув ноутбук, Сергей Николаевич посмотрел на гору коробок, которые внук его сестры вечером сложил на веранде. Сергей Николаевич только вчера приехал в Тамбов и сразу заехал к маме, точнее к сестре.

Сестра с мамой и мужем жили в двухкомнатной хрущевке. Муж сестры, восьмидесятилетний отставной подполковник-артиллерист, был еще бодр и за обедом вместе со всеми с удовольствием выпил вина. Мама тоже выпила полстопочки и затем, улыбаясь, наблюдала из кресла за детьми. «Детьми»… Сергею Николаевичу

шестьдесят восемь лет, а сестра на семь лет старше…

Когда обед подошел к концу, сестра позвонила сыну, чтобы он отвез дядю на дачу, но сын был занят. После многочисленных звонков и пререканий приехал внук сестры Андрюша со своей женой.

Молодежь быстро переложила из джипа Сергея Николаевича в свою «калину» коробки и пакеты с гостинцами для многочисленной родни. Закончив разбираться с коробками, на двух машинах поехали на дачу. Джип вела Лелечка, жена Андрюши, и всю дорогу они мило болтали ни о чем, правда, к концу дороги Лелечка воскликнула:

– Ой, дядя Сережа, я совсем забыла сказать! На вашей даче сейчас живет Александра со своим женихом.

– Я ее знаю?

– Ну Александра, дочь Миши с Верочкой.

Заметив недоуменный взгляд двоюродного дедушки, она решила пояснить:

– Внучка тети Гали.

– ???

– Ну правнучка дедушки Влада.

Сергей Николаевич давно уже перестал даже пытаться разбирать сплетения родственных связей. Родственники – хорошо, живут у него на даче – что в этом плохого? Да и дачей это только называется, на самом деле это вполне приличный двухэтажный дом с мансардой, гаражом и садом, в паре сотен метров от реки.

Александра со своим женихом Родионом встретили машины у открытых ворот. Видимо, были предупреждены и ждали приезда. Александра, похоже, имела от своих родителей строгий инструктаж. Везде был порядок, на кухне стерильная чистота, что, в общем-то, Сергея Николаевича не удивило – родня знала о его любви к чистоте и порядку. Любой человек, пройдя должность старпома, всю оставшуюся жизнь будет замечать малейший недостаток в своем «департаменте». Родион с робким интересом разглядывал Сергея Николаевича. Парень, видимо, уже наслышан: моряк, капитан, рост под два метра, вес девяносто два килограмма. Волевое лицо и строгий, можно даже сказать суровый, взгляд – это печать профессии.

Расцеловавшись на прощание с Лелечкой и Андрюшей и попросив у Александры чашечку кофе, Сергей Николаевич устроился на веранде. Александра с Родионом уселись в креслах рядом.

– Дядя Сережа, как доехали? – спросил Родион. – Более тысячи километров за рулем – совсем нелегко в вашем возрасте…

– Доехал без проблем, но вся дорога – обгон за обгоном с выездом на встречную полосу.

Александра с Родионом понимающе закивали: о чем говорить, все знают, что дороги забиты машинами. Сергей Николаевич по молодости лихачил, давил педаль не меньше ста двадцати. По дороге в Тамбов всегда ночевал после московской окружной и с утра доезжал последние четыреста километров. С возрастом начал ездить спокойнее, но, как и раньше, ночевал после московской окружной дороги. Только теперь уже не в машине, а в гостинице. С утра оставались

те же четыреста километров, нервная нагрузка заметно уменьшилась за счет изменения манеры езды, а вот время в пути практически не изменилось.

Что рассказать молодежи про Петербург? Дежурные слова о театрах, дворцах, фонтанах и Неве? Или о пыли улиц и грязи дворов, что замечают только сами жители города? Выйдешь погулять – кругом одни помойки. Парков в городе раз-два и обчелся, да и до них еще ехать надо: пятнадцать минут от дома до гаража, тридцать минут до ближайшего парка, еще пятнадцать – искать парковку. В парке гуляющего человека будет сопровождать лай собак, то ли радостный, то ли дурной.

– У вас в Петербурге в парках специальные площадки для собак?

– Что? Нет, площадок нет, а собаки все дурные, и бродячие, и домашние.

– Неужели хозяева их не воспитывают?

– Сегодня дрессированные собаки только в цирке, воспитанные собаки вымерли вместе с воспитанными горожанами.

Сергей Николаевич замолчал. Сколько можно говорить о тотальном неуважении к законам, о бескультурье, о беспределе на дорогах? Александра с Родионом по-своему расценили молчание.

– Сколько у вас детей? – на правах новичка спросил Родион.

– Четыре сына, девять внуков и внучек, семь правнуков и правнучек, все при делах, при деньгах, при своих квартирах, и ни у кого нет времени.

– Они в Тамбов приедут?

– Нет, дети-внуки не приедут, отдыхают только за границей…

Молодежь была несколько скованна. Они, видимо, сидели просто из вежливости или ожидали забавных рассказов да анекдотов. Вся родня знала, что Сергей Николаевич любит пошутить и просто переполнен смешными историями. Немного помолчали, затем Александра с Родионом начали наперебой рассказывать студенческие новости и планы своей совместной жизни. Сергей Николаевич внимательно слушал и задавал уточняющие вопросы. Он просто отдыхал, отдыхал от дороги и от суеты Петербурга.

Утром Сергей Николаевич выполз из постели и поплелся по лестнице вниз на кухню. В зале с дивана перед телевизором вспорхнула Александра. Она подала заранее приготовленную маленькую розетку с творогом и крошечную чашечку негорячего кофе. Это инструктаж сестры, только сестра знала его привычки.

Он один в своей четырехкомнатной сталинской квартире, вот и решил купить дачу на родине предков. Сергей Николаевич нуждался в общении. Ритм жизни большого города вынуждал людей все время бежать. Дети и внуки про него не забывали, но у них не хватало времени на общение с «дедом».

– Александра, лапочка, я тебя очень прошу, не делай больше этого.

– Чего не делать, дедушка Сережа?

– Александра, лапочка, я тебя очень прошу, не вставай ради меня так рано.

– Я встала совсем не рано.

– Смешать творог со сметаной я могу сам, и в процессе приготовления кофе есть свое удовольствие.

– Я что-то сделала не так?

– Нет, все хорошо, но вставать ради меня полседьмого не надо, лучше понежиться под боком у Родиона.

– Дедушка Сережа, мне скоро ехать в университет, а Родиону в институт.